Перейти в ОБД "Мемориал" »

Форум Поисковых Движений

Пожалуйста, войдите или зарегистрируйтесь.

Войти
Расширенный поиск  

Новости:

Автор Тема: Кёнигсберг: каким он нам достался  (Прочитано 18435 раз)

АПО Память

  • Администратор
  • Участник
  • *****
  • Оффлайн Оффлайн
  • Сообщений: 23 163
  • Будаев Александр Валерьевич
    • WWW
Re: Кёнигсберг: каким он нам достался
« Reply #40 : 20 Июля 2012, 21:28:25 »
...

Похожих зданий несколько, после штурма они имели повреждения и восстанавливались под свой уклад...

Улица 1812 года,

Записан
С уважением,  Александр

АПО Память

  • Администратор
  • Участник
  • *****
  • Оффлайн Оффлайн
  • Сообщений: 23 163
  • Будаев Александр Валерьевич
    • WWW
Re: Кёнигсберг: каким он нам достался
« Reply #41 : 20 Июля 2012, 22:03:17 »
...

Похожих зданий несколько, после штурма они имели повреждения и восстанавливались под свой уклад...

Улица Томская, 21
Записан
С уважением,  Александр

АПО Память

  • Администратор
  • Участник
  • *****
  • Оффлайн Оффлайн
  • Сообщений: 23 163
  • Будаев Александр Валерьевич
    • WWW
Re: Кёнигсберг: каким он нам достался
« Reply #42 : 20 Июля 2012, 22:05:30 »
...
Похожих зданий несколько, после штурма они имели повреждения и восстанавливались под свой уклад...

Московский проспект, 98
Записан
С уважением,  Александр

АПО Память

  • Администратор
  • Участник
  • *****
  • Оффлайн Оффлайн
  • Сообщений: 23 163
  • Будаев Александр Валерьевич
    • WWW
Re: Кёнигсберг: каким он нам достался
« Reply #43 : 20 Июля 2012, 22:18:55 »
...

Похожих зданий несколько, после штурма они имели повреждения и восстанавливались под свой уклад...

Улица Горького, 113
Записан
С уважением,  Александр

АПО Память

  • Администратор
  • Участник
  • *****
  • Оффлайн Оффлайн
  • Сообщений: 23 163
  • Будаев Александр Валерьевич
    • WWW
Re: Кёнигсберг: каким он нам достался
« Reply #44 : 20 Июля 2012, 22:26:11 »
...

Похожих зданий несколько, после штурма они имели повреждения и восстанавливались под свой уклад...

Улица Большая Песочная, 1-5

Записан
С уважением,  Александр

АПО Память

  • Администратор
  • Участник
  • *****
  • Оффлайн Оффлайн
  • Сообщений: 23 163
  • Будаев Александр Валерьевич
    • WWW
Re: Кёнигсберг: каким он нам достался
« Reply #45 : 30 Июля 2012, 10:38:40 »
Ответ сотрудника обл.архива Анатолия Павловича

Цитировать
Re: поиск 
29 июл. в 00:47
Анатолий Бахтин <*@mail.ru>
Кому Будаев Александр <may1945-pobeda@yandex.ru>

Уважаемый Будаев Александр,
слишком мало информации на этом документе, поиск очень затруднён.


Fri, 20 Jul 2012 19:21:35 +0400 от Будаев Александр <may1945-pobeda@yandex.ru>:
Записан
С уважением,  Александр

АПО Память

  • Администратор
  • Участник
  • *****
  • Оффлайн Оффлайн
  • Сообщений: 23 163
  • Будаев Александр Валерьевич
    • WWW
Re: Кёнигсберг: каким он нам достался
« Reply #46 : 06 Декабря 2012, 10:39:49 »
Материал в газете "Комсомольская правда. Калининград"




Записан
С уважением,  Александр

АПО Память

  • Администратор
  • Участник
  • *****
  • Оффлайн Оффлайн
  • Сообщений: 23 163
  • Будаев Александр Валерьевич
    • WWW
Re: Кёнигсберг: каким он нам достался
« Reply #47 : 21 Августа 2013, 21:27:40 »
Материал на сайте "Калининград"
Цитировать
16.08.13 10:49
«Подземный город, тоннель к Балтийской косе и современная работа искателя»:
Авенир Овсянов о городских легендах

Каждый калининградец хоть раз слышал легенды о подземном городе или о Янтарной комнате.
Некоторые верят в существование подземного хода от Балтийска до косы, другие — в путь под Преголей. Для того, чтобы подтвердить или опровергнуть эти городские истории, корреспондент Калининград.Ru побеседовал с человеком, который более сорока лет исследует подземелья области — главным региональным экспертом научно-производственного центра по охране памятников Авениром Овсяновым.

— Авенир Петрович, начнём с главного: подземный Кёнигсберг — миф или реальность?

— Я бы ответил, что это одновременно и легенда, и реальность. Есть многочисленные непроверенные данные, и есть реальные подземные сооружения. Источником легенд являются первые книги наших писателей детективного жанра, которые создали свои произведения сразу после войны. События в них обычно разворачивались в подземельях, тоннелях, с помощью которых люди проходили под Преголей. Эти книги породили у людей представление, что под Кёнигсбергом находится ещё один город.

Во-вторых, переселенцы зачастую приезжали сюда из глухих деревень, дальних уголков Советского Союза. Они никогда не видели подземных убежищ, фортов. Поэтому понятие «подземное» у них было несколько иное. Например, форт — он стоит на поверхности, но покрыт землёй. Отсюда у людей сложилось впечатление, что это подземное сооружение. После войны приезжие видели много убежищ на территории города, их оголовки, которые и сейчас есть. И, конечно, у людей сложилось мнение, что под ними существует подземный город.

Ещё было большое количество ясновидящих, биоэнергетиков, которые с помощью рамок, качающихся шариков и других приспособлений, предсказывали большое подземное хозяйство, тоннели. Даже современные учёные иногда выдвигают подобные теории. Например, доктор наук Кулаков в своей книге на полном серьёзе пишет, что во время раскопок на территории Королевского замка обнаружили локальный подземный ход. И он говорит о том, что не исключает, что этот ход ведёт под дном Преголи, и прихожане могли из замка попадать в Кафедральный собор на службу. Есть также люди, которые верят, что существует тоннель между Балтийском и косой.

Все эти данные легко опровергаются. Если бы по косе шла асфальтированная дорога, то можно было бы предположить, что под проливом идут тоннели. Но на косе грунтовая дорога с глубокими колеями. Ну какой может быть тоннель ради грунтовой дороги? Во-вторых, коса — это живой организм. Она — дитя природы. С одной стороны наступает море, а на залив — песок.

Она движется, перемещается. Люди понимали это и раньше. Тем более под косой находятся и плывуны, и сапропель, и увлажнённые грунты. Как в средневековье могли построить тоннель в увлажнённых грунтах? Даже сейчас метро в Москве строят с огромным трудом. Ведь и там попадаются подземные воды, которые предварительно замораживают, цементируют или могут сначала обработать жидким стеклом, сделать его твёрдым. А как это делать в плывунах при той технике, которая была раньше? Поэтому наличие тоннеля я начисто отрицаю.

Опять же — как может существовать подземный ход от Королевского замка до Кафедрального собора, если остров — это пойма Преголи? Там идут торфы, увлажнённый грунт. И как в средневековье могли построить подземные тоннели в такой почве? И как прихожане могли спускаться с горы, с высоты замка, при свете факелов или в кромешной темноте под дно реки, а потом подниматься на остров? Это, конечно, миф.

Я считаю, что все эти разговоры о подземном городе, подводные лодки под Кёнигсбергом и огромные полости — это легенды. Хочу сказать, что местность-то наша — равнинная. Течение Преголи совсем незаметно, оно медленное. Кроме того, здесь очень большой слой рыхлых осадочных горных пород и около 30 водоносных горизонтов, что вообще исключает какое-то подземное строительство. Но в то же время я не исключаю, что в местах, где низкий уровень грунтовых вод, очень много убежищ и подземных складов. Но это всё в пределах нормы, это не тот подземный город, о котором гласит народная молва.

— То есть многочисленные подземные сооружения для Кёнигсберга — норма?

— Я знаю, что практически под каждым зданием было бомбоубежище. В начале 90-х мы обнаружили подземный ход на Ленинском проспекте, в районе остановки у памятника «Мать-Россия». В этом месте работал кран и вдруг он ушёл под землю — осел, только стрела торчит. Работы были приостановлены, и меня пригласили к этому пролому.

Там мы обнаружили целый лабиринт, подземные ходы. Спустились и увидели на уровне плеча по периметру всего пути бронированные вентиляционные отверстия. Через метров пятьдесят нашли поворот направо и вход с противопульной дверью. Вошли внутрь, а там со всех сторон ходы закрыты кирпичными стенками. Повернули дальше и увидели колодец. Казалось, что нашли подземный город.

Но, во-первых, все стены были отделаны сборным железобетоном, а этот материал появился в 40-е годы ХХ века, значит, это современность. Во-вторых, толщина грунта над этим сооружением была всего 70 сантиметров. И когда я провёл анализ, понял, что этот и другие ходы были сделаны после бомбёжки англо-американской авиацией в августе 1944 года. Тогда была ковровая бомбёжка, и выходы из убежищ под зданиями засыпались.

Дома рушились, и люди погибали. В преддверии будущего штурма немцы делали выходы из убежищ. Но почему вот такая система — построено в виде квадратов? Это тоже продумано — для ведения подземного боя. Чтобы не было сквозного прострела. Кроме того, оказалось, что русские здесь уже были: мы нашли советские консервные банки и бутылки. У меня ещё есть выписка из архива, что после бомбёжки убежища в домах соединялись друг с другом.

— Среди горожан также ходит молва, что существовали такие бомбоубежища, в которых можно было прожить несколько лет, это действительно так?

— Да, были бомбоубежища и довольно комфортабельные. Там были и нары, и запасы топлива, и продукты. Но, конечно, в них можно было жить недолго — до месяца. Это в случае, если было завалено здание сверху. Они и сейчас существуют, эти убежища, в случае войны они могут быть использованы гражданским населением для временного пребывания.

— Поговорим о главной тайне региона — Янтарной комнате. Сколько раз вы «подбирались» к ней?

— Подходов было очень много. Несколько раз мы были уверены на 100%, что нашли эти ценности. Когда начиналась моя поисковая деятельность, после академии, меня вызвал начальник училища, в котором я преподавал, и познакомил с девушкой — Куриловой Ириной Михайловной. Она рассказала мне о том, что в городе работает секретная экспедиция по поиску культурных ценностей, и им нужна консультация фортификатора по одному объекту. Мы поехали в Балтийск. Там в цитадели одному матросу приказали пробить стену, чтобы поставить пробку и повесить щит. Из отверстия, которое он пробил, посыпался песок, дыру расширили и песок хлынул лавиной.

Позвали экспертов — думали, что там Янтарная комната. Когда я пришёл, матросы песок носилками выносили во двор, и я увидел, что за пробитой стеной есть ещё одна, сделанная явно наспех и давно. На полу я увидел слив для воды, а на потолке залеплённое отверстие. И тогда я вспомнил, что в конце XIX века форты укреплялись как раз строительством второй стены со стороны моря, чтобы выдержать удары новых снарядов. А между стенами намывался песок. Так я развенчал первую в своей жизни теорию о найденной Янтарной комнате.

Ещё один случай был, когда мы на 100% были уверены, что нашли комнату. Он случился позднее. Тогда я уже работал в этой секретной экспедиции внештатным консультантом. На Ленинском проспекте раньше были немецкие магазины «Кепа» и «Тефака». Один гражданин Германии написал мне письмо, в котором утверждал, что он в 1944 году перевозил ящики из Королевского замка во двор этих магазинов. Он сказал, что во дворе была шахта, в которую и опускались эти ящики под магазин «Кепа». Решив эту версию проверить, мы пригласили немца, но он отказался приезжать, побоялся, так как был солдатом германской армии.

Мы с экспедицией объяснили всё владельцам этого дома, нас правильно поняли, и мы решили посреди этой комнаты пробурить отверстие, чтобы найти бункер. И нашли — в самом центре комнаты. Так нам казалось, потому что, пробурив пол, мы нашли бетонное основание, покрытое дёгтем. Потом добрались до арматуры. Сомнений не было, что мы нашли бункер с культурными ценностями. Но потом я вспомнил, что мы на радостях забыли основное правило искателя: если обнаружил подземную аномалию, очерти её границы. А мы сосредоточились только на этом месте. И я решил это сделать и обнаружил, что мы упёрлись не в бункер, а в фундамент этого каркасного здания, который шёл в виде лент под землёй.

— Во время экспедиций вы находили ценные артефакты?

— Конечно. Мы же искали не только Янтарную комнату, вопрос стоял о поиске культурных ценностей вообще. Во Второй мировой войне Россия утратила очень и очень много. Видите эти корешки книг? Вот здесь у меня есть 35 томов каталога с перечнем того, что было потеряно, но это далеко не всё — всего 50 томов. В последние годы мы работали в зоне госграницы. Однажды ко мне в кабинет пришли два немца в возрасте далеко за 80. Они были бывшими офицерами германской армии и рассказали мне, что 25 марта 1945 года после взятия Хайлигенбайля (Мамоново) они капитулировали.

Но перед этим им поступила команда о том, что все предметы, предоставляющие какую-то ценность, надо прятать. Копать времени не было, и они всё сбрасывали в траншеи, землянки, а потом обрушали их. А там были и образцы оружия, и сейфы, архивы, казна. На мои просьбы представиться или оставить адрес немцы ответили молчанием, только показали на карте, где именно происходили эти действия.

Оказалось, что они были правы. В этом районе мы нашли около десяти тысяч экспонатов: и предметы быта, и оружие, и архивы верховного командования, и радиостанции. Всё это я сдавал по актам в музеи города и области.

— И сейчас находят?

— Сейчас наступила сложная пора в поисковой работе — выяснилось, что нужна правовая основа. По археологии есть законы, правила и по эксгумации воинов тоже есть. А по поиску ценностей, как оказалось, законов нет. И теперь эта работа ведётся очень изящно: версии поступают по-прежнему ко мне, я отправляю их в Балтийское управление министерства культуры. От них версии попадают в министерство культуры области, в музеи, в службу охраны памятников. Они передают их моему директору, а он — мне.

То есть от меня уходит один листочек, а возвращается ко мне папочка с резолюциями: «Разобраться и доложить». Если я много лет занимался проверкой версий один и делал это за несколько дней, сейчас это занимает около месяца. И ни у кого мысли нет, что это идиотизм высшей степени. Вот пытаются в Москву писать, чтобы создали опять поисковую группу, как раньше была. Но в Москве молчат, видимо, думают, что это можно решить на региональном уровне.

— Вернёмся к Янтарной комнате. Вы верите в то, что она хранится на территории Калининградской области?

— Я категорически отрицаю версии, опубликованные в тоннах литературы о Янтарной комнате. Некоторые утверждают, что было сорок-тридцать ящиков янтаря из Королевского замка. Дело в том, что комнату разрушали ещё в Екатерининском дворце. Наши музейные работники, когда услышали гром пушек на окраине Пушкина, пытались подручными средствами её разобрать. Но она не была мобильной, а была намертво прикреплена к стенам. И когда музейные работники пытались её отодрать, был нанесён первый ущерб. Видя, что они не могут спасти ценности, работники замка их прикрыли и уехали в Ленинград.

Потом пришли немцы, где-то около трёх недель ценности были без присмотра. И солдаты тоже пытались что-то отковырять на сувениры. Это безобразие прекратилось, когда пришли два немецких научных сотрудника. Они решили разобрать Янтарную комнату, привлекли для этой работы солдат. Тогда тоже был нанесён немалый ущерб — целые пласты янтарной мозаики падали на пол. Итак, её разобрали, камень сложили в ящики и отправили в Ригу. По пути она тоже подвергалась разграблению.

Так что, когда комнату перевезли в Кёнигсберг осенью 1941 года, она уже была сильно повреждена. К тому же как раз в 1941-м наступал срок её реставрации. В Королевском замке её фрагментарно собирали, янтарь сыпался от старости. В 1944 году, после бомбёжки англо-американской авиацией, доктор Родэ доносил в Берлин о потерях Королевского замка. В этом отчёте было сказано, что Янтарная комната не пострадала за исключением шести цокольных пластинок. Но это слово можно перевести и как панели, и тогда ситуация приобретает более масштабный оборот.

Так что то, когда её снова решили вывозить и уложили в ящики, это уже были жалкие остатки комнаты, которую изначально подарили русским. Как и все культурные богатства, её, вероятно, вывозили частями. И я не исключаю, что остатки мозаики находятся в разных российских, польских или немецких городах. Может быть, она лежит в земле, ведь в спешке могли зарыть куда угодно, в любой бугор. Но если она лежит в условиях переменной влажности, то мы можем найти только россыпи янтарной мозаики, без панелей.
http://kaliningrad.ru/news/interview/item/29590-podzemnyj-gorod-tonnel-k-baltijskoj-kose-i-sovremennaya-rabota-iskatelya-avenir-ovsyanov-o-gorodskih-legendah
Записан
С уважением,  Александр

АПО Память

  • Администратор
  • Участник
  • *****
  • Оффлайн Оффлайн
  • Сообщений: 23 163
  • Будаев Александр Валерьевич
    • WWW
Re: Кёнигсберг: каким он нам достался
« Reply #48 : 15 Сентября 2013, 23:05:19 »
Из сети:
http://kaliningrad.rfn.ru/rnews.html?id=97013
Цитировать
13.09.2013 20:05 
Почти семь десятков лет по заминированному немцами мосту
ездили русские машины и трактора
Александр ХРИСТОФОРОВ,
Максим ВЕРНЕР

Мамоново, Калининградская обалсть
Рядом с Мамоново случайно обнаружили заминированный еще со времен Второй мировой войны мост. Мина со взрывчаткой пролежала у его основания 68 лет.

Бетонный мост через реку Витушку сегодня выглядит вполне основательно. Впрочем, и раньше никто не сомневался в его прочности. Однако шесть десятков лет после войны переправа была пороховой бочкой. И любая из миллиона машин, проехавших здесь за эти годы, могла взлететь на воздух. Такое открытие сделали строители во время ремонта.

АНАТОЛИЙ БАБИЙ, НАЧАЛЬНИК СТРОИТЕЛЬНОГО УЧАСТКА: «Было неожиданно, как нам сказали, тут совхозы были, колхозы, трактора ездили, как оно не взорвалось, я не знаю».

Говорят, что найденного арсенала хватило бы не на один такой мост. Саперы вывезли отсюда боеприпасы, общий заряд которых достиг нескольких сот килограммов тротила.

АЛЕКСАНДР ХРИСТОФОРОВ, КОРРЕСПОНДЕНТ: «Вот в этом месте и нашли заложенную взрывчатку. Здесь лежали тротиловые шашки, уложенные в несколько рядов, сверху - противотанковая мина, со стеклянным взрывателем. Почему отступающие немцы не взорвали мост, до сих пор остается тайной».

Под Хайлигенбайлем основные сражения развернулись в феврале - марте 45-го. Советские войска вытеснили немецкие дивизии с запада и прижали их к заливу. Этот городок был последним оплотом отступающих гитлеровских войск.

ДМИТРИЙ ШИЛОВ, ДИРЕКТОР КРАЕВЕДЧЕСКОГО МУЗЕЯ Г. МАМОНОВО: «Эта дорога шла из Хайлигенбайля, через реку Витушку, в сторону имения Бронзарт, оно сейчас находится в том направлении. Вернее, то, что от него осталось, практически там ничего не осталось. Это район государственной границы».

Сейчас в этом районе идет интенсивное строительство. Возводятся дома, школы, детские сады, прокладываются газопроводы. За последние 10 лет из земли достали около 4 тысяч боеприпасов.

ВЯЧЕСЛАВ ЗИЗЕВСКИЙ, НАЧАЛЬНИК ОТДЕЛА ПО МОБИЛИЗАЦИОННОЙ РАБОТЕ И ДЕЛАМ ГО И ЧС МО МАМОНОВСКИЙ ГОРОДСКОЙ ОКРУГ: «Недавно, только зимой, извлекли порядка полутора тысяч этих зенитно–артиллерийских снарядов мелкого калибра. А вот больших снарядов, от 120 мм и выше, там около тысячи».

От опасной находки под мостом на память оставили этот необычный стеклянный взрыватель. В музее «Форпоста Балтики плюс» он считается лучшим экспонатом. Если бы эта маленькая деталь сработала, прозвучало бы самое большое эхо войны за последние годы.

Видео: http://kaliningrad.rfn.ru/v/92213.asf
Записан
С уважением,  Александр

АПО Память

  • Администратор
  • Участник
  • *****
  • Оффлайн Оффлайн
  • Сообщений: 23 163
  • Будаев Александр Валерьевич
    • WWW
Re: Кёнигсберг: каким он нам достался
« Reply #49 : 15 Сентября 2013, 23:11:50 »
Еще об этом в РГ:
http://news.mail.ru/inregions/nordwest/39/incident/14766229/?frommail=1
Цитировать
Под Калининградом разминировали мост времен второй мировой
Саперы в Калининградской области рядом с городом Мамоново разминировали мост, который был подготовлен к подрыву фашистами в годы Второй мировой войны. Об этом сообщает «Интерфакс» со ссылкой на  администрацию муниципалитета.


Отмечается, что бетонный мост через реку Витушку послевоенных лет считался надежным и активно использовался автотранспортом. Некоторое время назад было принято решение о его ремонте.

На днях строители обнаружили в его основании несколько рядов взрывчатки. Скорее всего, она была заложена немцами в 1945 году, когда сооружение готовилось к подрыву. Ими оказались тротиловые шашки, а также противотанковая мина со стеклянным взрывателем, но уничтожить мост отступающие немцы так и не смогли.

В наши дни в результате операции по разминированию моста саперы вывезли из опасного места несколько сот килограммов взрывчатки.
Записан
С уважением,  Александр

АПО Память

  • Администратор
  • Участник
  • *****
  • Оффлайн Оффлайн
  • Сообщений: 23 163
  • Будаев Александр Валерьевич
    • WWW
Re: Кёнигсберг: каким он нам достался
« Reply #50 : 05 Февраля 2014, 09:31:21 »
Под Калининградом из тевтонского замка выселят осужденных
http://rg.ru/2014/01/29/reg-szfo/tapiau-anons.html
Исправительная колония общего режима №7 в Гвардейске Калининградской области, которая расположена в замке Тапиау, через несколько лет переедет в новое здание. А цитадель, построенная в XIV веке Тевтонским орденом, будет отреставрирована и станет туристическим объектом.

Участок под строительство новой исправительной колонии европейского типа уже выделен, сообщил временно исполняющий обязанности начальника УФСИН России по Калининградской области Артур Чернов. Это земли в Гвардейском районе, которые находятся на балансе колонии-поселении № 12 в поселке Славинск.

По словам Артура Чернова, колонию возведут на бюджетные деньги в рамках госпрограммы развития Калининградской области до 2020 года. Помимо помещений ИК, программа предусматривает строительство жилых домов для сотрудников учреждения.

- На 2014 год заложены средства на проектно-изыскательские работы, - сообщил врио начальника калининградского УФСИН.

Справка "РГ"

Замок Тапиау впервые упоминается в 1258 году как важный перевалочный пункт крестоносцев в войнах с Литвой. Четырехфлигельная цитадель в камне была отстроена в 1347-1359 годах.

В середине XV века Тапиау стал столицей Тевтонского ордена. Сюда перевезли на хранение орденские архивы и библиотеку.

После секуляризации с 1525 года замок являлся загородной резиденцией герцога Альбрехта Гогенцоллерна (Бранденбургского), последнего магистра Тевтонского ордена и первого светского правителя Пруссии.

При Фридрихе Вильгельме III в 1786-1797 годах замок был приспособлен под заведение для бедных - земельный дом призрения. Позднее цитадель была переоборудована под тюрьму, в этой роли она пребывает до сих пор.
Записан
С уважением,  Александр

АПО Память

  • Администратор
  • Участник
  • *****
  • Оффлайн Оффлайн
  • Сообщений: 23 163
  • Будаев Александр Валерьевич
    • WWW
Re: Кёнигсберг: каким он нам достался
« Reply #51 : 04 Мая 2015, 04:42:03 »
В Калининградской области открыт памятник первым переселенцам
https://news.mail.ru/inregions/nordwest/39/society/21909787/?frommail=1
В приграничном с Литвой городе Советске открыт памятник первым переселенцам Калининградской области. Как сообщила корреспонденту ИА REGNUM директор музея истории города Советска Анжелика Шпилёва, бронзовая скульптура представляет собой композицию — офицер Великой Отечественной войны с супругой и сынишкой, который надел на себя отцовскую фуражку с красной звездой.

Скульптура весом 973 кг установлена на привокзальной площади Советска вблизи паровоза 1943 года выпуска. Автором памятника выступил член Союза художников России Андрей Шевцов.

Памятник посвящён первым переселенцам, переехавшим в 1945—1950 годах в Калининградскую область и принимавшим активное участие в её восстановлении. По данным Калининградского областного архива, основу населения Калининградской области составили выходцы Белоруссии, Украины и Прибалтики. К моменту завершения массового заселения, в начале 50-х годов, население Калининградской области превысило полумиллионный рубеж.
Записан
С уважением,  Александр

АПО Память

  • Администратор
  • Участник
  • *****
  • Оффлайн Оффлайн
  • Сообщений: 23 163
  • Будаев Александр Валерьевич
    • WWW
Re: Кёнигсберг: каким он нам достался
« Reply #52 : 08 Июля 2015, 17:34:20 »

«Загадочная территория»:
новые владельцы рассказали, что будет с фортом № 11 «Дёнхофф»
Артур Сарниц и его единомышленники планируют сделать из полузаброшенного объекта туристическую жемчужину Калининградской области.
https://news.mail.ru/inregions/nordwest/39/society/22594848/?frommail=1

Во вторник, 7 июля, для журналистов был организован пресс-тур в форт № 11 «Дёнхофф». Объект некоторое время назад передали из областной собственности в аренду частной фирме архитектора Артура Сарница.
По словам новых владельцев, (которые де-факто являются всего лишь арендаторами, но по отношению к делу их хочется назвать хозяевами) они всего полторы недели назад приступили к работе. Однако уже можно увидеть, сколько привнесёно в этот большой и с виду весьма мрачный объект.

После войны сооружение принадлежало министерству обороны, здесь располагался склад. Во время штурма 1945 года форт сдался почти без сопротивления, поэтому является одним из самых хорошо сохранившихся в регионе. После подробной экскурсии Артур Сарниц рассказал о дальнейших планах по восстановлению объекта.

По романам Жюля Верна

По словам Сарница, на поверхности лежала идея создания на этой территории музейного пространства. Её поддержали и поляки, помогавшие архитектору при первоначальных работах. Гости из соседней республики занимались восстановлением похожего сооружения у себя на родине, поэтому их опыт оказался весьма кстати.

Осушение форта, которое первоначально представлялось задачей весьма трудоёмкой и непростой, оказалось значительно проще. По полученным из Берлина чертежам и схемам система, придуманная немцами, была «реанимирована» буквально на глазах. Уровень воды понизился более чем на полтора метра.

Но Сарниц отметил, что считает необходимым сделать форт популярным не только среди приезжих туристов, но и жителей региона.

«Поэтому решили сделать многофункциональную территорию отдыха. И музей, и детские площадки, и зону пикников и так далее. Мне лично хотелось бы сделать аттракционы для детей по романам Жюля Верна», — отметил архитектор.

От кузнеца до стрельбы из лука

Всего в двух крыльях между центральной паттерной расположено около 30 больших комнат, которые будут наполняться «разным смыслом». При этом владельцы абсолютно открыты для предложений со стороны и уже получили массу любопытных вариантов.

Так, в форте работает кузнец, оборудовавший под свою мастерскую одну из комнат, и «мастер механизмов», который помогает арендаторам оживлять старые конструкции. Также на территории проводят свои соревнования стрелки из лука.

«Помещения должны быть наполнены смыслом. От элементарных кафе и ресторанов до экспозиций, выставок и так далее. Хотелось бы часть археологического музея, например, сюда перевезти. Ещё рассчитываем обустроить ботанический сад с уникальными растениями. Мы планируем развивать эту и другие идеи», — поделился задумками Сарниц.

Также в планах отдать часть помещений под обустройство хостела, чтобы люди смогли приезжать сюда надолго...
Записан
С уважением,  Александр

АПО Память

  • Администратор
  • Участник
  • *****
  • Оффлайн Оффлайн
  • Сообщений: 23 163
  • Будаев Александр Валерьевич
    • WWW
Re: Кёнигсберг: каким он нам достался
« Reply #53 : 06 Октября 2020, 19:44:23 »
https://youtu.be/vNIJax_5_E4
"Кёнигсберг - штурм самой неприступной крепости Третьего рейха."
Записан
С уважением,  Александр

АПО Память

  • Администратор
  • Участник
  • *****
  • Оффлайн Оффлайн
  • Сообщений: 23 163
  • Будаев Александр Валерьевич
    • WWW
Re: Кёнигсберг: каким он нам достался
« Reply #54 : 01 Июля 2021, 09:04:09 »
Экскурсия в город Советск в честь 75-летия Калининградской области

25 июня 2021 года  ветераны города Калининграда совершили экскурсию в самый северный город области город Советск.
В ней приняли участие ветераны Московского, Октябрьского, Балтийского Советов ветеранов города Калининграда в количестве 42-х человек.
Руководителями экскурсии были председатель Октябрьского Совета ветеранов Валерий Юрьевич Соловьев и заместитель председателя Совета ветеранов Николай Алексеевич Гусев.
Советск - самый северный город области. Он расположен у слияния  рек Тильжи и Немана, соединён с литовским берегом Мостом королевы Луизы через таможенный терминал. Напротив Советска на литовском берегу находится  самый маленький город Литвы Панямуне,  созданный искусственно после войны.
20 января 1945 года в честь успешного завершения штурма Тильзита войсками  1-го Прибалтийского фронта под командованием маршала И.Х.Баграмяна в Москве был дан салют 20-ю артиллерийскими залпами из 224 орудий.
Согласно решению Потсдамской конференции Тильзит в 1945 году перешёл в состав СССР и в 1946 году был переименован в Советск.
В самом начале поездки  была остановка у памятника советским разведчикам, расположенным у посёлка Десантное, 101-й км шоссе Калининград-Советск
Памятник советским разведчикам, действовавшим в годы Великой Отечественной войны в тылу врага на территории Восточной Пруссии, установлен в 1976 году на месте приземления парашютистов, в том числе и группы «Джек»
На этом знаменательном месте заместитель председателя Совета ветеранов города Калининграда Николай Алексеевич Гусев  вручил Памятный знак  «Российского комитета ветеранов» «За укрепление содружества» председателю Балтийского Совета ветеранов войны и труда города Калининграда Нине Павловне Ярыгиной.

Экскурсовод рассказал о достопримечательностях города Советска. Он второй по численности в регионе, находится на границе с Литвой.  Город известен историческим событием: подписанием Тильзитского мира между Наполеоном и Александром I в 1807 году.
Пограничный мост через реку Неман длиной 416 метров назван в честь королевы Луизы — популярнейшей исторической личности в Пруссии и Германии. Работы по возведению моста начались в 1904 году и были завершены 19 октября 1907.

Александр I и Наполеон вели переговоры на плоту по середине реки Неман (раньше она называлась Мемель). Встреча длилась полтора часа.
А Тильзитский мир был подписан на берегу в доме.
На воротах на мосту Королевы Луизы вначале было изображение Луизы. В советское время его сняли и повесили герб. При реставрации герб сняли и поместили в музей, а изображение Луизы вернули на прежнее место.
Парк Победы и мемориальный комплекс "Танк"  — мемориальный комплекс победы в Великой Отечественной войне1941—1945 гг., расположен в центральной части города Советска. Он был открыт в 1975 году.


Музей военной техники
Экспозиция музея военной техники находится на аллее воинов-интернационалистов под открытым небом. Основали его на средства меценатов, он был открыт 8 мая 2014 года.
Бронзовый памятник первым переселенцам Калининградской области установлен в апреле 2015 года на фоне трофейного немецкого паровоза 1943 года ТЭ-7336. Скульптурная композиция представляет собой семью из трех человек: старший лейтенант с медалями «За отвагу», «За боевые заслуги» и «За взятие Кенигсберга», его жена и их маленький сын. Сзади них стоит чемодан с вещами.
Это единственный памятник, посвященный людям, которые переехали в новообретенную Калининградскую область после Великой Отечественной войны, для восстановления ее из руин. Как сказала экскурсовод, жена со страхом смотрит на этот чужой город, думая, «как здесь можно жить?»

В городе четыре больших парка для отдыха горожан.

Ветераны побывали в старейшем парке города «Якобсруэ», который  расположен поблизости с историческим центром города и являющийся его достопримечательностью.
Он был основан на пастбище, переходящем в лес, в 1823 году Садовым союзом Тильзита и носит название по имени пастбищного сторожа Якоба.
Перед нами памятник Королеве Луизе. Он был открыт 22 сентября 1900 года. На его открытие тогда прибыл император Вильгельм II.
Первоначально на месте данной скульптуры стояла величественная трёхметровая статуя Луизы, облаченная в мантию, в левой руке она держала спадающий плащ, а в правой – небольшой букетик.
После окончания Второй мировой войны скульптура Луизы была утрачена, на постаменте уже в советский период развития города была установлена гипсовая фигура футболиста с мячом. Только в 2014 году на этом месте снова появилась Луиза.
В парке находится памятник русскому композитору М.И.Глинке. Он когда был здесь, гулял в этом парке.
В центре парка стоит прекрасный дуб, посаженный в дань памяти «отца» немецкой гимнастики - Фридриха Людвига Яна 18-го века. Дуб был высажен посередине светлого зеленого газона, украшенного темно-зелеными самшитовыми кустиками, с топиарной стрижкой в виде конусов.
На одной из его площадей города Советска стоит скульптура лося, которая вернулась из Калининградского зоопарка.
На пешеходной улице стоит трамвай. Его привезли из Санкт-Петербурга. Дома в городе после войны не разбирали, а восстанавливали. Сейчас их реставрируют, поэтому много домов ещё с немецкими лепнинами на фасадах.
Всех экскурсантов заинтересовал   реставрированный дом с рыцарем наверху. Сейчас в нём находится общежитие.
История его такова: в доме напротив жил богатый горожанин по фамилии Ройтер, в переводе с немецкого – рыцарь. Он каждое утро вставал, подходил к окну и любовался своим изображением.
Фонтан с орлом на углу 2-х улиц восстановил за свои собственные средства бывший глава города.  Название его - «Орлиный фонтан».

В арке жилого дома находится уникальная фреска работы тильзитского художника и учителя рисования Генри Мутрея, созданная в конце XIX века.
На фреске изображен павлин, которого окружают тропические растения.
Фреска написана водяными красками по сырой штукатурке, благодаря чему фреска приобретает прочность и долговечность.
Какие изумительные виды!
Обедали ветераны в современном ресторане города «Геркулес»

Экскурсия закончена, пора в Калининград

В материале использованы записи Нины Павловны Ярыгиной и фото Виталия Харитоновича Якубовского

Материал оформил
Герман Петрович Бич
Записан
С уважением,  Александр

АПО Память

  • Администратор
  • Участник
  • *****
  • Оффлайн Оффлайн
  • Сообщений: 23 163
  • Будаев Александр Валерьевич
    • WWW
Re: Кёнигсберг: каким он нам достался
« Reply #55 : 02 Июля 2021, 11:47:51 »
Калининграду – городу моей жизни, посвящаю!
4 июля 2021 года моему любимому городу Калининграду, в котором прошли моё детство и юность исполняется 75 лет. И я живу в нём тоже 75 лет.
Меня привезли сюда семилетним мальчиком в мае 1946 года, и я отчетливо помню, какое ощущение было у меня, когда меня, маму, и моего брата везли на полуторке к новому месту моего проживания – Сталинградский проспект (сейчас проспект Мира, 106).
Я стоял у кабины машины и смотрел вперёд, на дорогу, видел  деревянные, дребезжащие мосты через реку Преголя, кругом развалины, разбитая громадина Королевского замка, сбоку его - памятник с отбитой рукой; эта огромная площадь (Площадь Победы), а там за ней перед разбитым драмтеатром фигура железного Шиллера. А мы всё едем и едем. Кругом разбитые дома, развалины, наши военные, женские фигуры-немки.
Полуторка останавливается у целехонького четырехэтажного дома с вывеской «Гастроном».
-Всё! Приехали! – объявляет нам тётя Зоя.
Мы сходим, берем свои пожитки, поднимается на четвёртый этаж, а там нас уже ждет наша двоюродная сестра – Галя, ровесница моего брата.
Мы в Кёнигсберге.
Ощущение было странное: радостное – приехали, тревожное – разбитые дома, среди буйно цветущей сирени и каштанов.
Мы приехали сюда благодаря маминой младшей сестре тёти Зои. Она тоже, как и моя мама, после окончания валдайской школы уехала в Ленинград, где училась в каком-то училище, там же вышла замуж, у неё родилась дочка, ровесница моего брата. Её муж с началом войны ушел воевать, а она, после подвига своей тёзки Зои Космодемьянской, оставила свою дочь, мою двоюродную сестру бабушке, записалась на курсы радисток, а потом воевала связисткой-радисткой, участвовала в штурме Кёнигсберга. После  окончания войны демобилизовалась, привезла свою дочь – Галю в Кёнигсберг,  стала работать заведующей отделом в гастрономе № 1 Калининграда, на Сталинградском проспекте, и вызвала сюда свою сестру, мою маму и нас в этот город.
Наша мама по приезду устроилась кассиром на работу в магазин «Гастроном», который располагался на первом этаже нашего  дома.  Работа  была  в  те  годы  тяжелая,  нервная, опасная. К концу смены у нее постоянно болела правая рука, потому что она все восемь часов, а то бывало и более, крутила ручку немецкого кассового аппарата. После смены она должна была, как можно быстрее,  пересчитать деньги и сдать их инкассатору. И вот, когда мама работала во вторую смену, которая заканчивалась тогда в двадцать три часа, она приносила домой, на четвертый этаж большой чемодан с деньгами, и мы с братом помогали ей подбирать одноименные купюры в пачки по сто штук. В чемодане было столько денег, что сейчас даже трудно представить. Как я помню, несколько миллионов рублей.
Такие суммы мы считали, бывало, часа два, иногда даже при свете свечи или коптящего масляного бинта, опущенного в блюдечко с растительным маслом, так как свет в ночное время часто выключали. После подсчета денег мама уносила этот чемодан в контору магазина, которая была на втором этаже, и сдавала деньги инкассатору, а потом возвращалась домой очень усталая и сразу же засыпала.
В сорок седьмом году я пошел в школу. В то время обучение было раздельное. Дети учились в мужских и женских школах.
Я начал учиться в школе номер один города, расположенной на улице Кропоткина.
Ранее в этом здании у немцев, видно, было какое-то училище или специальная школа с прекрасными классами, спортивным и актовым залами, тренировочными городками, а рядом раскинулся огромный парк с теннисными кортами и какими-то другими специальными площадками, сейчас там теннисные корты общества «Спартак».
  Я учился, как и все ребята моего окружения, средне, но спортом увлекался основательно. Уже с первого класса мы играли в самую любимую игру всех мальчишек — футбол, класс на класс, двор на двор, улица на улицу, выбирали дороги, по которым не ездил транспорт, дворы развалин домов, пустыри парков, один из которых был на том месте, где сейчас расположен Дом культуры рыбаков.
Мы очень увлекались чтением книг и делали так: один читал, а остальные слушали и так по очереди. Ввиду этого, чтобы найти что-то интересное, мы искали интересные книги, для чего многие были записаны в школьные, районные, городские, отраслевые библиотеки. Там каждый из нас набирал книг, сначала прочитывал сам, выискивал интересное, а потом, найдя его, рассказывал другим, а иногда даже зачитывал вслух.
Мы, ребята, как могли, зарабатывали себе, для своих нужд деньги, собирая для этого в развалинах металлолом, из телефонных и электрических кабелей вытапливая свинец, а затем все это сдавали на приемные пункты металлолома или старьевщикам и на полученные деньги покупали мячи, книги, пирожки, печенье, конфеты и, конечно, сигареты,
В школе же, бывало, всем классом и даже школой частенько выходили, разбирали развалины домов, очищали от сухого раствора кирпичи, складывали их в стопки, грузили на машины.
Тогда в городе проживали оставшиеся после штурма Кенигсберга немцы, наши военные и мы, приехавшие сюда со всей страны, русские люди.
Но я помню, как в январе сорок восьмого года по нашему Сталинградскому проспекту, сейчас проспекту Мира, несколько дней шли на товарную станцию, туда, куда приехали мы, немцы, немки, их дети. Они шли, можно сказать, налегке, с одним-двумя чемоданами, узлами, катили маленькие тележки, измученные, покорные, смирившееся со своей судьбой, зачастую голодные.
Они покидали свою землю, ту, где родились, жили, трудились, растили детей.
В один из этих дней, я это постоянно вспоминаю, к нам в подъезд, а мы с братом стояли в нем и смотрели, как бредут немцы, вошла немка и со слезами на глазах просила, умоляла дать немного хлеба для своих голодных детей. Это  она говорила нам на ломаном русском языке.
Я сбегал, позвал маму, и она, увидев эту несчастную женщину, отдала имеющуюся у нас тогда половину буханки хлеба, а та, в знак благодарности, после ухода, возвратилась и принесла, отдала нам прекрасные гнутые немецкие детские санки, на которых мы прокатались все наше детство.
Город после их отъезда стал пуст, безлюден. Мы ходили по подвалам, каморкам, закуткам, в которых раньше ютились немцы, смотрели на их скарб, на все, что их окружало, что у них было, чем они жили, что они оставили. Уходя, они не разбили все это, не сожгли, не уничтожили, но мы ничего не брали, грабить мы не могли, мы не были к этому приучены, нам казалось, что они скоро вернутся.
Это, видно, все же достоинство нашего поколения.
Наш дом с гастрономом на первом этаже, в котором мы по приезду поселились, находился на углу Сталинградского проспекта и улицы Каменной. Вторая часть этого магазина размещалась в точно таком же здании, но только на углу этого проспекта с улицы Коммунальной. Они, эти два здания, тогда во время войны разбиты не были и поэтому в них разместились столь важные для людей учреждения-магазины.
Напротив нашего дома была построена продолговатая дощатая палатка, где продавались пиво, другие горячительные напитки и разнообразные закуски. Порой, сидя у окна своей комнаты, мне приходилось созерцать, какие интересные события разыгрывались там, внизу, возле нее, с каким смаком люди пили пиво, водку, все это закусывали, при этом ругались, выясняли отношения, порой ожесточенно дрались.
Мне даже запомнился такой случай: дядя моего товарища, он был с нашего двора, по профессии художник, рисовал афиши для кинотеатров, в таком споре получил бутылкой шампанского по голове. Он был в шляпе. Числился у нас интеллигентом. Эта толстая бутылка раскололась, и шампанское потекло по шляпе, волосам, лицу, а художник после этого, немного покачавшись из стороны в сторону, как ни в чем не бывало, пошел от палатки
Те события вспоминаются мне как-то смутно, отрывисто. Наши военные, первыми ставшие жителями города, жили в оставшихся не разбитых домах и в маленьких коттеджах по окраинам города. Люди, те, кто приезжал сюда, расселялись тоже там же. А немцы, это были в основном немки и их дети, — в подвалах, разбитых квартирах, закрыв пустые окна фанерой и картоном. Электричества, где они существовали, не было. Да они сами, понимая весь трагизм своего проживания, старались быть незаметными и как можно меньше попадаться на глаза русским и, тем более, военным.
Мы же, дети, были просты и бесхитростны и играли во дворах со своими немецкими сверстниками. Мне вспоминается, как мы с братом зашли как-то в квартиру, где проживал наш немецкий сверстник, по его просьбе. В этом помещении пахло чисто по-немецки, как-то приторно сладко, а мать мальчика подарила нам небольшую коробочку красивых немецких карандашей, которые мы потом очень берегли.
Ребята постарше постоянно что-то искали, рыскали по развалинам немецких домов, собирали пистолеты, автоматы, винтовки, фаустпатроны, стреляли из них в безлюдных местах, гранатами и толом глушили рыбу в прудах и озерах. В те послевоенные сороковые годы выстрелы на улицах и скверах города звучали часто, было порой страшно ходить у развалин и заходить в одиночку в эти разбитые дома.
Как-то, идя по Сталинградскому проспекту после рыбной ловли и купания, мы были прижаты к обочине проспекта группой убегающих, отстреливающихся людей, за которыми бежали, догоняли их, и тоже стреляли из пистолетов человек, десять милиционеров. Мы со своими удочками спрятались за деревья, чтобы шальные пули не попали в нас. Вскоре мимо нас промчались и милиционеры. Мы видели, как упал на асфальт раненый бандит, потом второй, и, немного спустя, стали возвращаться милиционеры, ведя под руки раненых парней. Мы двинулись за ними, смотря во все глаза: то на пойманных бандитов, то на милиционеров. Так мы дошли до отделения милиции — оно находилось на Сталинградском проспекте, у улицы Коммунальной, там, где сейчас аптека, видели, как бандитов затолкнули в подвал с маленькими окнами и решетками из толстых железных прутьев на них, где уже сидело много таких же. Из этого подвала доносились крики, мат, просьбы выпустить, накормить, напоить. Страшно на все это было смотреть и тем более слышать. Но время тогда было такое.
Время шло, ремонтировались дома, и вскоре наша семья получила одну комнату в доме номер три по улице Коммунальной, на первом этаже трехэтажного дома. В нашей квартире было три больших комнаты, в которых, кроме нас, проживало еще две семьи. Удобства — они были очень просты и примитивны: вода, туалет, на кухне сначала стояла плита для приготовления пищи на дровах и угле, потом подвели газ, поставили четырех конфорочную газовую плиту, а для отопления комнат на кухне стоял отопительный котелок. Каждая семья имела в подвале свой закуток, в котором хранила дрова и уголь. Топили котелок по очереди все семьи нашей квартиры, по неделям, топили хорошо, качественно, от этого у нас в доме всегда было тепло и уютно.

Фото 1949 год
Взаимоотношения между нами, нашими соседями были таковы, что я ни разу не слышал ругани, упреков, предъявления каких-либо претензий друг к другу по уборке, топке печей, оплате квартиры, воды, газа, наверное, это потому, что все мы были жертвами войны, хлебнули в ней огромное количество горя и невзгод. Люди ценили спокойствие, дружбу, понимали друг друга с полуслова и, конечно, оказывали помощь как словом, так и делом.
Под крышей нашего дома, это был своеобразный четвертый этаж, жил мой ровесник Коля Мордовкин, с сестрой постарше себя, матерью и неродным отцом. Родители Коли, так как жить было трудно, на одной из полян у разбитого дома поставили маленький деревянный сарайчик, выкопали землянку, — копать их умели все, — завели пару поросят, разработали небольшой огород, тем самым подкармливались.
Я вместе с Колей копал грядки на этом огороде, смотрел, как кормят свиней, помогал убирать выращенный скудный урожай, но самое лучшее для нас было время, когда начинали резать свиней, тогда мы угощались свежей печенкой и вкусным мясом. Как это было вкусно!
Брошенными садами, разработкой земельных участков занималось большинство семей, где были мужчины. Они отгораживали участки садов у развалин и там создавали свое нехитрое подсобное хозяйство и собранным урожаем подкармливали себя и других.
Этих бесхозных садов тогда вокруг было великое множество, и мы летом постоянно ели яблоки, груши, вишни и другие плоды становившейся дикой природы. Из яблок особенно мне нравился белый налив, рассыпчатый, сладкий, тающий во рту, приятно источающий спелый аромат.
В те первые послевоенные годы город был изумительно красив, особенно весной. Хотя большинства домов и других строении практически не существовало, вместо них высились только стены, но все они утопали в зарослях кустов.
Сирень — белая, синяя, голубая и других немыслимых цветов, как она буйно цвела и душисто пахла; а черемуха, чудесный жасмин — наверное, столько, сколько было их тогда в городе, сейчас нигде нет, их неподражаемый запах запомнился мне на всю жизнь. И так все это чудесное время — весна, лето и даже осень, отразилось в моей памяти морем цветов, кустарников, цветущих все это теплое время.
Вскоре рядом с нашим домом отремонтировали дом под номером семь. Он был длинный, трехэтажный, и размещался на трех улицах: Коммунальной, Разина, Каменной. В нем-то и появились мои новые: друзья Борис Болдуев, Валька Шепитов, два Вовки Жуковых, но они были не родственники, а просто однофамильцы. С ними-то и прошло все мое детство и юность, и что характерно, никто из нас в этом послевоенном хаосе, разгуле хулиганства и бандитизма, беспризорности не был осужден, а все выучились, - стали военными, инженерами, первоклассными рабочими.
Но друзей мы теряли. В этом разбитом нашем городе оружия было еще слишком много, и если то, что лежало на поверхности было собрано и сдано, то внутри руин, под битым кирпичом, в подвалах мы находили целые склады его. Затем стреляли из пистолетов, винтовок, кидали эрликоны, запалы от гранат, доставали порох из снарядов, тол из фаустпатронов.
Ровесник моего брата Эрик Фирсов с тремя другими мальчишками доставал тол, раскалывая головку фаустпатрона, у пруда, где сейчас отстроено здание Калининградского университета, но от его ударов произошел взрыв, и все четверо погибли, а мы, спустя три дня, шли за их гробами, прощались с ними. Нам было очень грустно и тяжело.
В то далекое время мы, дети, были предоставлены самим себе, но постоянно, как могли, стремились помочь своим родителям. Нашими трудами летом рыба не переводилась с наших столов. Мы ловили ее на бесчисленных озерах удочками, самодельными перемётами, руками под корягами деревьев, у берегов. Тут же у костра протыкали эти рыбешки острыми, очищенными от коры прутиками кустов и, подержав над огнем, хорошо посолив, лакомились свежим, нежным рыбьим мясом. Мы ловили также и раков. Они больно хватали своими твердыми клешнями наши пальцы, но мы вытаскивали их из воды. Там же, на берегу озера, в котелке на костре варили их до красноты, и, возвращаясь домой, продавали их стоящим у ларьков любителям попить пива. Да и сами с наслаждением ели белое мясо раков из их хвостов и клешней.
С раннего возраста мы все умели плавать. Ближайшим местом нашего купания было два небольших продолговатых озерца в конце проспекта Мира, сейчас это озеро Дзержинец. Вода в них тогда была чистая, прозрачная, и на их берегах еще стояли оборудованные немцами раздевалки, мостки, вышки для прыжков в воду, плавательные дорожки.
Вообще, в нашем районе в конце сороковых и в начале пятидесятых годов кипела жизнь, Это был центр деловой и культурной жизни города, там, у тех озер, находился тогда драматический театр, гордость Калининграда, прекрасный стадион (сейчас это стадион Пионер) с волейбольными и баскетбольными площадками, теннисными кортами, здесь играли в забытую теперь игру — городки. На этом стадионе в середине пятидесятых годов заливали огромный каток, его освещали, включали музыку, и мы, мальчишки, девчонки всего нашего района, катались на коньках, водили «паровозики», крутились, дурачились, играли в снежки. Было сказочно хорошо. А еще поближе, это на том озере, сейчас это пруд Поплавок, мы, расчистив площадку от снега, играли в простой русский хоккей, гоняя до изнеможения маленький мячик клюшками, сделанными из ветвей деревьев. Часто, когда было много снега, мы совершали лыжные прогулки по заснеженным склонам маленьких горок парка имени Калинина.
По-моему, все в те годы любили ходить в театр, наверное, потому, что это искусство для многих из нас было ново и загадочно. Театр покорял всех, как нас, ребят, так и взрослых. В том калининградском театре ставились прекрасные пьесы и играли замечательные артисты. Они играли для простых людей, потому что они любили нас, зрителей.

Извините меня мой читатель, я увлёкся. Я хочу рассказать о мой маме Татьяне Лаврентьевне Бич, в девичестве Иванова. Отдать должное о её личном подвиге, она сохранила нам с братом жизнь, вырастила и воспитала нас.
Она родилась 28 декабря 1912 года в городе Валдае. В её семье было папа, мама, шесть сестер: Шура, Варя, Таня, Зоя, Катя, Лена и два брата: Николай и Павел.
Её отец, Лаврентий Иванович Иванов был почтовым работником, а мама, Мария Ивановна – домохозяйка.
Семья жила бедновато, отец от этого чинил всем обувь, а мама обшивала всех, готовила еду. А дети учились, играли, росли.

1929 год
В 1932 года мама уехала учиться на телеграфистку в Ленинград. Тогда самым современным телеграфным аппаратом был аппарат под названием «Юза».
Там познакомилась с молодым человека, рабочим завода «Пролетарий» Бич Петром Фёдоровичем, но  в 1934 году после окончания учебы мама была направлена на работу в город Новгород, и связь мамы с папой прекратилась. Но всё-таки любовь взяла своё, папа приехал в Новгород и предложил ей руку и сердце.
В 1936 году они поженились, мама уехала с ним в пригород Ленинграда, поселок Ковалево, где он проживал. Там мама целый год до рождения (1937) моего брата Альберта проработала на Центральном ленинградском телеграфе.
22 июня началась война, папа ушел воевать, мама оставляла нас на бабушку, а сама уходила рыть окопы.
Осень и зима были тяжелые, голодные. Брат занимался поиском пищи, стрелял из рогатки птиц. Я от голода перестал ходить. И 29 марта 1942 года, по нашей дороге шли солдаты, проверили проживающих в домах поселка, нашли нас, забрали и отвезли на берег Ладожского озера, откуда потом, ночью на машинах всех собравшихся перевезли на тот берег озера. Мама рассказывала, что во время поездки, на ледовой дороге разрывались немецкие снаряды. Она закрывала нас своим телом. Впереди идущая машина провались в воронку, и ушла под лёд. «Хоть в нас попала, и все мучения кончились», - думала она.
Но машина благополучно совершила свой рейс. На противоположном берегу всех определили по баракам, покормили, а потом посадили в теплушки и отправили на восток.
Ехали долго. В конце апреля приехали в город Глазов Удмуртская ССР, потом нас отправили в Красноярский край село Подтёсово. Там мама стала работать бухгалтером в столовой, а мы ходить в детский сад.
Наша мама одна вырастила нас, помогло ей в этом только наше советское государство, которое всем, чем могло, заботилась о нас.

1968 год
Только после ухода нас в свою жизнь, мама вышла замуж за одинокого фронтовика. Они оставили свои комнаты (мама на Коммунальная 3, её новый муж на проспекте Мира, напротив кинотеатра «Заря») и получили однокомнатную квартиру в новом доме на улице Горького.

1990 год
Добавлю, после окончания в 1957 году школы я пошел работать на завод почтовый ящик №29 (завод «Янтарь»).
Стоя у токарного станка, я с огромным удовольствием вздыхал запах, срезаемый с металла стружки, смотрел, как победитовое сверло, орошаемое эмульсией, входит, как нож в масло, просто и легко, в железо, видел результат своего труда в виде созданных мною валов,  выточенных втулок, болтов, гаек, так нужных для механизмов машин и кораблей.
Я любовался, как работают токаря со стажем, отслужившие армию ребята, и пожилые мастера, виртуозы токарного дела, как они протачивают валы кораблей, растачивают места посадки подшипников, и стремился походить на них.
И было так приятно после рабочей смены смотреть на то, что ты сделал, и сдать это мастеру. А потом машинным маслом смазать свои руки, тем самым смыть, впитавшуюся в ладони черноту отработанного металла, вытереть их чистой ветошью и принять душ. а затем спокойно пойти домой, где заняться чтением, спортом, встречами с друзьями.
И ещё, я долго искал, где погиб, похоронен мой отец и только три года назад мне сообщили из города Вологда, что он лежит на Пошехонском кладбище города и записан, что похоронен 17 апреля 1942 года, и его специальность формовщик ленинградского завода «Пролетарий».
Я с сыном хотел слетать к нему, но эта пандемия не даёт нам это сделать.

4 июля, в день рождения моего города Калининграда, я снова, как это делаю много, много лет, приду с моими самыми близкими друзьями на Привокзальную площадь, к памятнику Михаилу Ивановичу Калинину, чьим именем назван город, кто-то прочитает стихи, а кто-то споёт песню «В славном сорок пятом ты пришел солдатом к берегам Прибалтики русский человек…».

Житель блокадного Ленинграда,
калининградец с мая 1946 года
Герман Петрович Бич
« Последнее редактирование: 02 Июля 2021, 12:13:51 от АПО Память »
Записан
С уважением,  Александр

АПО Память

  • Администратор
  • Участник
  • *****
  • Оффлайн Оффлайн
  • Сообщений: 23 163
  • Будаев Александр Валерьевич
    • WWW
Re: Кёнигсберг: каким он нам достался
« Reply #56 : 02 Июля 2021, 12:08:28 »
...
Я начал учиться в школе номер один города, расположенной на улице Кропоткина.
...
Современный вид здания школы с аналогичной точки съемки:
Записан
С уважением,  Александр
Страниц: 1 2 [3]   Вверх
« предыдущая тема следующая тема »