Перейти в ОБД "Мемориал" »

Форум Поисковых Движений

Пожалуйста, войдите или зарегистрируйтесь.

Войти
Расширенный поиск  

Новости:

Автор Тема: Статья из журнала «Пограничник» 1995 г.  (Прочитано 763 раз)

Александр Слободянюк

  • Эксперт
  • Участник
  • *****
  • Оффлайн Оффлайн
  • Сообщений: 10 310
Ниже статья из журнала «Пограничник», которая не давала мне покоя и вот моя версия.
Предположительно многое в статье сознательно было опущено, прежде всего Знамя какой части было спасено ? Однозначно сегодня можно утверждать, пограничники с Западных границ могли нести только Знамя 17 КПО. Это мое предположение, может быть и ошибочное, но имеющее право на исследование.
Прочитайте внимательно:
«В ТО ВРЕМЯ, о котором хочу рассказать, о значении Знамени, как «символа воинской чести, доблести и славы», мне ничего не было известно. Наша деревня глухая, не каждый год, как говорится, и вороны залетают.
Слухи о том, что немцы объявились восточнее Рославля, по несчастью, вскоре подтвердились, но какое-то время у нас было тихо: ни наших, ни врагов. Как-то под утро слышу осторожный стук в окно. Вглядываюсь и вижу: стоят перед хатой два красноармейца, один другого поддерживает. «Хозяйка,— говорят,— дай поесть и попить. От самой границы идем. Отдохнем чуток и уйдем». Один был покрепче, а тот, что постарше, с четырьмя треугольниками в зеленых петлицах, совсем ослаб.
Вечером старшина сказал: «Из-за нас у тебя, Мария, могут быть неприятности. Уйдем в ночь, верю, доберемся до своих. Но великая к тебе просьба. Женщина ты честная, по всему видно. На фотографиях, что на стенах, вижу красноармейцев, похвальная грамота висит. А просьба такая. Нужно надежно спрятать сверточек — никому не проговорись о нем. И отдашь его после прихода наших представителю Красной Армии. Поклянись, что исполнишь нашу просьбу, иначе ни тебе, ни роду твоему счастья не будет».
Я головой согласно киваю, дело, думаю, нешуточное, раз старшина такое говорит. Сверток, а в нем было Боевое Знамя, заложила я в ведро, мы его закопали в углу хлева. Ночью пограничники старшина Голяков и рядовой Степанов ушли, и больше я их никогда не видела.
За время оккупации я три раза перепрятывала знамя. Боялась страшно: и того, что подмокнет, и того, что кто-либо о нем узнает. Полицая, что в деревню на постой определили, задабривала, ни дна ему ни покрышки. Свои зато волком смотрели. Жила и дрожала все три года: и немцев боялась, и соседей, и партизан, что были неподалеку. Зато и подумать никто не мог, какую тайну сберегла.
Когда узнала, что Гжатск освобожден, что фронт продвинулся на запад, собралась и пошла в райцентр, в отделение милиции. Пришла к Огурцову, заместителю начальника РО НКВД. А он, оказывается, был про меня наслышан. Как ударил кулаком по столу: «Явилась, немецкая стерва? Теперь на советскую власть молиться будешь?» Ничего ему не сказала, и молчала про свою тайну еще полгода, надеялась, что объявятся те пограничники. Потом приехал к нам в деревню вновь назначенный секретарь райкома партии Грязнов. Ему открылась: будь, думаю, что будет. «Что же ты молчала, женщина ты этакая? — у Грязнова при виде знамени слезы на глазах появились— Да ты ж героиня, самая что ни на есть настоящая!»
Потом приезжали корреспонденты, даже писатель Поповкин заглядывал. Вскоре вызвали меня в область и облвоенком вручил орден Красной Звезды. А уж какой в деревне фурор произвела! Соседи, школьники зачастили с поздравлениями.
Герои же, настоящие, воины-пограничники, что вынесли знамя с поля боя, несли его полтысячи километров, погибли, видимо Наводили справки, но так и не дознались, кто были эти люди.
Называли меня, помнится, солдатом Отечественной войны. А что, считаю, и я повоевала.
Мария Кондратьевна САВВИНА.
Записан
Страниц: [1]   Вверх
« предыдущая тема следующая тема »