Перейти в ОБД "Мемориал" »

Форум Поисковых Движений

Пожалуйста, войдите или зарегистрируйтесь.

Войти
Расширенный поиск  

Новости:

Автор Тема: Выпуск 1941-го года. Воспоминания выпускника  (Прочитано 1824 раз)

Gleb1

  • Пользователь
  • Участник
  • **
  • Оффлайн Оффлайн
  • Сообщений: 300
  • Глеб Валерьевич
    • WWW
Отрывок из воспоминаний выпускника 1941 года, Урюпинского военного пехотного училища лейтенанта Куделина Вениамина Григорьевича, с 1971 по 1980 г.г. директора Мемориального комплекса "Брестская крепость-герой".






Записан
Если Вы являетесь родственником или располагаете какими-либо сведениями о 75-й стрелковой дивизии, фронтовыми письмами, воспоминаниями, фотографиями - свяжитесь с нами. Мы благодарны всем, кто помогает нам в нашей поисковой работе.
На почту 115sp75sd@gmail.com можно отправить сообщение

murylev

  • Сын своего отца, Атеист, Перфекционист, COVID-диссидент, приставку "уважаемый" прошу в сообщениях при обращении ко мне не употреблять!
  • Новичок
  • Участник
  • *
  • Оффлайн Оффлайн
  • Сообщений: 9 248
  • Мурылев Андрей Анатольевич (Cat)
    • WWW
http://militera.lib.ru/memo/russian/sb_bug_v_ogne/21.html

Сборник очерков. Буг в огне. — Минск: «Беларусь», 1965. — 528 с. с илл. — Тираж 30 000 экз. ( Составители: майор А. А. Крупенников — начальник Музея; Т. М. Ходцева, подполковник запаса С. В. Маслюков — старшие научные сотрудники Музея; подполковник запаса Е. М. Синковский — зам. председателя Совета ВНО; подполковник запаса Д. И. Лозоватский — ученый секретарь Совета ВНО; полковник в отставке А. В. Залевский — председатель секции ВНО при Центральном Музее Вооруженных Сил СССР.)

Вениамин Григорьевич Куделин

Под Малоритой

В июне 1941 года — лейтенант. Участвовал в боях на Западном фронте до сентября 1941 года. В дальнейшем партизан Полесского партизанского соединения.
Награжден орденом Красного Знамени и четырьмя медалями.
Член КПСС.
В настоящее время (1965) В.Г. Куделин — руководитель лекторской группы Брестского обкома партии.


После окончания военного училища (Урюпинского военного пехотного училища) я и мой друг Нажмутдин Мухтаров были направлены в 115-й стрелковый полк. К месту службы прибыли 19 июня 1941 года.
20 июня я принимал минометный взвод в 1-м батальоне, Мухтарова назначили в 3-й батальон, строивший укрепления. Нажмутдин должен был выехать туда поездом утром 22 июня, через Брест.
21 июня прошло в разных хозяйственных заботах. Оружие и удостоверение личности в этот день я так и не получил. Вечером с Нажмутдином сходили в Малориту.
Что день грядущий нам готовит? Укладываясь спать, я обычно задавал себе этот вопрос.
Страшный грохот взрывов, потрясший все окружающее, поднял всех на ноги. Мы вскочили с нар, посмотрели друг на друга и почти одновременно произнесли: «Тревога». Привычными движениями начали одеваться. Горнист как-то особенно тревожно заиграл сбор. На ходу оправляя обмундирование, бежим на главную линейку. Лес в направлении станции освещается всполохами взрывов. Что-то жужжащее пролетело мимо и, уткнувшись в песок линейки, замолкло. «Неужели осколок? — подумал я. — Это что-то мало похоже на учебную стрельбу».
Разрывы прекратились так же внезапно, как и начались, а когда мы подбежали к подразделениям, было уже тихо. Полк стоял, выстроенный поротно, развернутым строем, на лицах всех читалась тревога и недоумение, и, естественно, все взоры были обращены в сторону командира полка. Он ничего не сказал, только отдал приказание развести подразделения по лагерю и окружающему лесу. Минометная рота, отойдя несколько десятков метров, остановилась. Поставив минометы, бойцы собрались в группы и заговорили шепотом. Одни говорили, что началась война с Германией, другие их успокаивали, объясняя все случившееся учебной тревогой. Истины никто не знал, и я не мог представить, что все это может быть началом войны.
Мухтаров, взвалив на плечи чемодан, отправился на станцию, стремясь поскорее добраться в свой батальон.
Рассветало. Вдоль границы слышалась отдаленная артиллерийская канонада, иногда доносился рокот моторов.
Около восьми утра из штаба дивизии прибыл приказ. Содержания его мы не знали, но когда через час полк выступил вперед, на запад, все поняли, идем навстречу немцам или на помощь пограничным частям.
Наша рота оставалась до особого распоряжения на охране лагеря. Здесь мы услышали по радио Правительственное сообщение о вероломном нападении фашистской Германии на Советский Союз.
После полудня за нами прибыли автомашины. Шофер одной из машин возбужденно рассказал, что их по дороге обстреляли самолеты. Рота двинулась к границе. За Малоритой свернули с шоссе и поехали проселком. Несколько раз приходилось вылезать из кузова и подталкивать машины — дорога песчаная, и колеса буксовали. В одну из таких заминок мы услышали впереди и вправо от нас пулеметную стрельбу и редкие взрывы. Но вот деревня Збураж, а за ней на поле идет бой. Бойцы, рассыпавшись по густой ржи и картофельному полю, ведут огонь. Немцев не видно, но зато видны на поле, где залегли наши, разрывы мин и снарядов. В деревню уже идут легкораненые, тяжелораненых несут. «Вот она — война, — подумал я. — Ну что ж, воевать так воевать».
Минометы устанавливаем тут же, в деревне, и открываем огонь из всего своего оружия. Бьем по местам, где, по нашему мнению, должен быть противник. Но и немцы нас обнаружили. В деревню начали залетать их мины, сначала отдельные, а потом — пачками. Они рвались вокруг нас, но мы все охвачены азартом боя, и некогда думать об опасности.
К вечеру пехота начала отходить к деревне. Связной командира роты передал приказание двигаться на Малориту.
«Почему мы отступаем?» Этот вопрос мучил всех. Вот и из деревни мы ушли согласно приказу. В чем же дело? Только через несколько дней, когда первые часы войны, такие тяжелые, горькие и позорные, были пережиты, мы осознали и поняли, что терпим поражение.
Около двух часов ночи достигли лагеря. Здесь получили боевой приказ, заняли оборону между лесом и речкой.
Утром 23-го роту переместили ближе к станции Малорита, к деревне Ласки. Около одиннадцати часов в небе появилось двенадцать вражеских бомбардировщиков. Они сбросили бомбы на станцию, а затем на бреющем полете пронеслись над окопами, поливая нас свинцовым дождем. Я к этому времени со взводом занял новую позицию в маленьком лесочке. Это был тот самый лесок, где в мирные дни помкомвзвода устанавливал миномет, обучая расчет подготовке данных для стрельбы. Мнимым объектом была тогда станция, ориентиром — шпиль церкви. Сейчас там были действительно враги — фашисты, а шпиль церкви служил нам ориентиром для боевой стрельбы. Помкомвзвода был здесь, данные подготовлены и проверены еще до войны, и мы ждали только приказа об открытии огня, а когда этот приказ поступил, открыли такой огонь из батальонных и стоявших позади нас полковых минометов, что гитлеровцы весь остаток дня, ночь и часть следующего дня больше не проявляли активности.
Бой начал разгораться с новой силой только 24 июня, во второй половине дня. Немцы теснили наш левый фланг, и подразделения полка отходили в лес. Батальон прикрывал отход.
Неожиданно встретил Нажмутдина Мухтарова. Он не сумел уехать в свой батальон и находился пока при штабе полка. Поговорили, вспомнили ту последнюю мирную ночь и расстались.
Все было готово для встречи фашистов, и они не замедлили появиться. Противник шел по полю, развернувшись в цепь, впереди которой видно было несколько человек. Подойдя ближе, они стали кричать на русском языке: «Красноармейцы, командиры, убивайте своих политруков и коммунистов, переходите к нам!» Сплошная лавина огня захлестнула последние выкрики. Несколько мгновений — и духу не осталось от этой нечисти. Потом они били из минометов, несколько раз пытались наступать и в лоб и с флангов, но все попытки сбить нас были безуспешны. Бой длился весь день, а с наступлением темноты батальон отошел в лес и двинулся за полком. К рассвету вышли на поляну. Сюда постепенно собрались все подразделения полка и прибыл штаб дивизии. Вокруг нас — немцы да болото.
Я пробрался к речке, чтобы умыться. Здесь увидел командира дивизии генерал-майора Недвигина. Заложив руки за спину, он ходил по берегу и о чем-то думал.
Было решено пробиться из окружения и идти на восток Пинскими болотами.
С наступлением темноты 26 июня прорвался один батальон. Наш батальон и еще некоторые подразделения, обеспечивавшие прорыв, выйти из окружения в эту ночь не сумели. И только в первых числах июля мы, просочившись мелкими группами через гитлеровское кольцо, зажавшее нас в болоте, пошли на юго-восток. Я вел 22 человека. Вскоре мы прибыли в район станции Сенковичи, где влились в свой полк.
« Последнее редактирование: 18 Декабря 2016, 18:44:06 от murylev »
Записан
При использовании информации с данного Форума, ссылка на соответствующую страницу цитируемой темы обязательна
__
Ищу информацию биографического характера в отношении выпускников и представителей командно-преподавательского состава Ташкентского пехотного училища имени В.И.Ленина 1918-1958 гг.
Страниц: [1]   Вверх
« предыдущая тема следующая тема »