Перейти в ОБД "Мемориал" »

Форум Поисковых Движений

Пожалуйста, войдите или зарегистрируйтесь.

Войти
Расширенный поиск  

Новости:

Автор Тема: Июнь 1941-го: моряки в обороне Бреста  (Прочитано 40991 раз)

исСЛЕДОВАТЕЛЬ

  • Модератор
  • Участник
  • ****
  • Оффлайн Оффлайн
  • Сообщений: 31 588
  • Константин Борисович Стрельбицкий
Уважаемые коллеги!
Я открыл данную тему нашего Форума для обсуждения моего материала, который ниже представлю на Ваш суд для внесения в него по результатам этого обсуждения здесь необходимых исправлений, изменений и дополнений.
Публикуемый мной ниже материал представляет собой полный авторский вариант текста статьи, запланированной для публикации в июньском номере «Морского сборника» на этот год (первоначально планировалась его публикация ровно год назад, но по согласованию с редакцией я снял его с прошлого июньского номера и за это время существенно доработал и дополнил по вновь выявленным архивным документам и материалам). На основе данного текста мной будет подготовлена компьютерная презентация моего выступления на данную тему на конференции 20 – 21 июня в Бресте, о которой я уже сообщал на нашем Форуме (см. вот здесь - http://forum.patriotcenter.ru/index.php?topic=16528.0 ).
Текст приводится мной ниже в самом полном виде за исключением многочисленных ссылок на архивные документы, положенных для научной публикации, которые я позволил себе здесь опустить.
Итак, я начинаю по частям публиковать свой материал и жду от вас, уважаемые коллеги, своих отзывов как по работе в целом, так и по «отдельным частностям».
С уважением – К.Б.Стрельбицкий
Записан
"Я не мальчик, чтобы в архивы ходить!" © А.Б.Широкорад.
Значит я - МАЛЬЧИК!!!

исСЛЕДОВАТЕЛЬ

  • Модератор
  • Участник
  • ****
  • Оффлайн Оффлайн
  • Сообщений: 31 588
  • Константин Борисович Стрельбицкий
Re: Июнь 1941-го: моряки в обороне Бреста
« Reply #1 : 05 Апреля 2011, 21:20:24 »
Уважаемые коллеги!
С этого сообщения начинаю публикацию своего материала логически законченными фрагментами:

«2010 – 2011 © К.Б.Стрельбицкий,
Председатель Правления Московского Клуба истории флота

ИЮНЬ 1941-ГО: МОРЯКИ В ОБОРОНЕ БРЕСТА

Оборона Брестской крепости в первые дни и недели войны является ныне широко известной героической страницей Великой Отечественной. Важнейшая заслуга в её открытии принадлежит писателю-фронтовику Сергею Сергеевичу Смирнову, поиск которого на многие годы вперёд задал тон в изучении истории обороны Бреста горячим летом 1941-го…
…Собирая материалы по этому эпизоду начального периода войны, автор «Брестской крепости» сразу же установил, что здесь плечом к плечу сражались бойцы Красной Армии и военнослужащие различных структур НКВД. К сожалению, в сферу поиска С.С.Смирнова так и не попали представители ещё одного тогдашнего «силового» наркомата – Военно-Морского Флота: те, которых война застала в самом Бресте, и те, которые в первые её часы выступили по направлению к нему. Историческая справедливость требует пролить свет на этот фрагмент истории участия Советского ВМФ в минувшей войне…
…К 30-летию Великой Победы в издательстве Главного управления навигации и океанографии Министерства обороны СССР вышел в свет сборник воспоминаний «Гидрографы в Великой Отечественной войне 1941 – 1945». Благодаря своему небольшому тиражу и грифу «Для внутриведомственной продажи» эта книга до сих пор остаётся малоизвестной даже для историков флота, не говоря уже об исследователях обороны Бреста в 1941 году. Поэтому практически вне их внимания остался интереснейшей фактологический материал по заявленной нами теме, содержащийся в воспоминаниях капитана 1-го ранга-инженера запаса Григория Фёдоровича Кузьмина. В звании лейтенанта и в должности начальника гидрографической партии Гидрографического отдела Пинской военной флотилии (ПВФ) он встретил утро первого дня войны именно в Бресте, причём оказался там старшим, но далеко не единственным советским военным моряком: «В партии имелось около десяти вольнонаёмных специалистов (геодезисты, нивелировщики, топографы и промерщики), остальные – прикомандированные старшины и матросы, – вспоминал Г.Ф.Кузьмин. – Всего около 80 человек». Он же объяснил своим читателям, почему сразу столько военных моряков встретили войну в Бресте: напомним, что он был «начальником гидрографической партии, которая к концу мая 1941 г. приступила к подготовке к съёмке и промеру реки Западный Буг. Река эта пограничная, оценивалась как вероятное направление действий флотилии. Никаких карт или сведений о навигационных условиях этой реки у нас не имелось. Фашистская Германия, оккупировавшая Польшу, долгое время не давала согласия на производство работ. Наконец весной 1941 г. на флотилию поступило сообщение из Москвы о благоприятном завершении переговоров, - вспоминал Г.Ф.Кузьмин. – К началу июня всё было готово к выходу на работы. … 11 июня партия прибыла в Брест и обосновалась у окраины города, на обоих берегах реки Мухавец, в нескольких километрах от её впадения в Западный Буг. Поблизости находилась Брестская крепость и коммутатор речной связи». У гидрографов ПВФ сразу же начались обыкновенные, во многом рутинные «полевые работы», о которых их начальник вспоминал впоследствии кратко: «Производили нивелировку, прокладывали теодолитные ходы, намечали точки для постройки дополнительных геодезических знаков с целью сгущения сети триангуляции, устанавливали футштоки и вели наблюдения за колебаниями уровня воды, выполняли топографическую съёмку прибрежной полосы».
Так как все работы велись на советском берегу Западного Буга, непосредственно в пограничной полосе, то, как вспоминает Г.Ф.Кузьмин, ему «приходилось обращаться к пограничникам ежедневно… Командование гарнизона и старшие пограничные власти были готовы оказать нам любую помощь, без чего успешная работа была бы невозможной». В первый день войны эти контакты с «сухопутчиками» окажут морякам-пинцам неоценимую помощь, о чём мы ещё скажем ниже, а пока вернёмся к воспоминаниям Г.Ф.Кузьмина о последних мирных днях: «С первых дней пребывания в Бресте мы стали очевидцами учащавшихся нарушений советской границы немецкими самолётами. Помню, как отчаянно ругался капитан из штаба 17-го пограничного отряда. В его обязанности входило составление докладов по поводу этих нарушений, а он считал, что зарвавшихся фашистов давно пора проучить огнём, а не урезонивать дипломатическими нотами.
И ещё бросалось в глаза исключительно пристальное внимание к нам немцев. Стоило кому-нибудь из нас выйти к реке или подняться на сторожевую вышку для рекогносцировки местности, как тут же к противоположному берегу подъезжала легковая автомашина с офицерами, которые, маскируясь кустарником, вели наблюдение до тех пор, пока мы не удалялись». Навсегда запомнились офицеру-гидрографу события последнего мирного дня: «21 июня провели рекогносцировку на участке в несколько десятков километров вверх и вниз по реке. Сопровождавший нас начальник Брестской пограничной комендатуры был поражён тем, что наше появление не вызвало ожидавшегося переполоха, казалось, будто граница, как он выразился, вымерла. Это обстоятельство очень озадачило и даже встревожило капитана, тем не менее он пообещал сходить с нами в более дальний рекогносцировочный поход по реке на следующий день, 22 июня». Однако, «завтра была война»…
О первом дне Великой Отечественной в Бресте Григорий Фёдорович Кузьмин оставил поистине бесценные свои воспоминания, текст которых ещё ожидает своего анализа со стороны исследователей обороны Бреста, и поэтому мы перепечатываем его здесь полностью: «На рассвете мы проснулись от гула канонады. Быстро одевшись, я побежал на коммутатор. Но связь уже была нарушена, телефонистка плакала, на вопросы не отвечала. Взвиваются зелёные ракеты, поблизости рвётся снаряд. Догадка о том, что началась война, стала переходить в уверенность. Приказываю готовить имущество и материалы к эвакуации. На грузовике мчусь в погранотряд. Начальник погранотряда – майор Кузнецов очень озабочен, ничего определённого не говорит, но обещает выдать винтовки. Еду обратно. Уже довольно светло, над крышами проносятся немецкие самолёты, разбрасывают листовки. Приостанавливаюсь, чтобы подобрать одну. Из толпы возбуждённых горожан протягивают несколько штук, все одинаковые. Читаю на ходу. Запомнилась примитивность текста, топорность языка. Вернувшись на базу партии, тороплю со сборами. Видим – вдоль берега идут немецкие автоматчики. Обстреливают нас. Но обошлось без потерь. Прибегаем в погранотряд и сообщаем об автоматчиках. Нам дают несколько винтовок. Штабные подразделения погранотряда и мы вместе с ними поспешно выстроились и в 5 ч. утра под командование майора Кузнецова вышли из расположения части. На северо-восточной окраине Бреста отряд занял оборону и в течение нескольких часов сдерживал наступление немцев. Однако напор намного превосходящих сил противника, отсутствие поддержки с флангов вынудили нас отойти. Как только мы вышли в поле, налетели «мессершмитты». Гонялись они чуть ли не за каждым человеком. Омерзительное это состояние, когда идёт на тебя самолёт, бьёт и бьёт из пулемёта и видишь уже физиономию стервятника, а сделать ничего не можешь. Чистая случайность, что никто из партии не погиб. После ухода «мессеров» опять собрались вместе. К вечеру подошли к городу Кобрин, что в 40 км от Бреста. Остановили проходящий буксир и на нём к утру 23 июня прибыли в расположение отряда кораблей флотилии, которые спешно пришли для огневой поддержки войск. Командовавший отрядом начальник штаба флотилии капитан 2 ранга Г.И.Брахтман был обрадован нашему возвращению и поспешил доложить об этом командующему флотилией, который беспокоился о нашей судьбе».

Продолжение следует.
С уважением – К.Б.Стрельбицкий
Записан
"Я не мальчик, чтобы в архивы ходить!" © А.Б.Широкорад.
Значит я - МАЛЬЧИК!!!

исСЛЕДОВАТЕЛЬ

  • Модератор
  • Участник
  • ****
  • Оффлайн Оффлайн
  • Сообщений: 31 588
  • Константин Борисович Стрельбицкий
Re: Июнь 1941-го: моряки в обороне Бреста
« Reply #2 : 05 Апреля 2011, 21:22:53 »
Уважаемые коллеги!
Продолжаю публикацию своего материала «Июнь 1941-го: моряки в обороне Бреста» последовательными логически законченными фрагментами:

«…Увы, из Бреста на флотилию смогли вернуться не все военные моряки, ибо как выяснилось из анализа архивных документов, из состава ПВФ там находились не только члены гидрографической партии… В фондах Центрального военно-морского архива в Гатчине хранится бывшее ранее секретным донесение начальника Организационно-строевого отдела ПВФ  капитана 2-го ранга Ивана Васильевича Гуськова за № 0248, направленное им 29 августа 1941 года в Москву в адрес начальника ОРСУ ВМФ. В приложенном к нему «Именном списке безвозвратных потерь личного состава с 22.6. по 20.8.1941 г. Пинской военной флотилии» мы находим две одинаковые записи – «Пропал без вести 22.6.41 в гор.Бресте». Они касаются командира отделения мотористов Штаба ПВФ старшины 2-й статьи Тихона Семёновича Кобца и шофёра краснофлотца Василия Андреевича Ткаченко, персональные данные по которым приведены нами в приложении. Как же оказались эти военные моряки в Бресте к началу войны?
…Относительно краснофлотца В.А.Ткаченко мы с большой долей уверенности можем предположить, что он был прикомандирован от Пинского военного порта со своей машиной к гидрографической партии лейтенанта Кузьмина, и именно на этом грузовике начальник партии, как мы только что прочитали выше, утром 22 июня ездил из своего расположения в погранотряд и обратно. После этого В.А.Ткаченко, очевидно, получил приказ Г.Ф.Кузьмина эвакуировать так же упомянутые выше им «имущество и материалы» в Пинск, куда, однако, так и не прибыл…К сожалению, отсутствие в сохранившихся документах ПВФ указаний на марку и номер машины В.А.Ткаченко не позволяют нам точно идентифицировать этот «морской грузовик» по многочисленным известным сегодня немецким фотографиям уничтоженной или брошенной в Бресте советской  автотехники…
Относительно же старшины 2-й статьи Т.С.Кобца значительную информацию любезно сообщила нам заместитель директора по научной работе Мемориального комплекса «Брестская крепость-герой» уважаемая Лариса Григорьевна Бибик, за что мы выражаем здесь ей свою искреннюю благодарность. В своём письме от 16 декабря 2009 года она привела известные ей упоминания о неком моряке, бывшем 22 июня 1941 года в Брестской крепости. Анализ данных Л.Г.Бибик в сопоставлении с уже имеющимися в нашем распоряжении другими материалами привёл нас к однозначному выводу, что речь шла именно о Т.С.Кобце.
Как известно, к началу войны в Тереспольском укреплении на Западном острове на базе Окружной школы младшего начальствующего состава Пограничных войск НКВД Белорусской ССР были развёрнуты внештатные курсы шофёров, которые возглавлял старший помощник начальника отделения Отдела тыла Управления погранвойск старший лейтенант Ф.М. Мельников. Его жена Татьяна Григорьевна Мельникова впоследствии вспоминала о первых часах войны, в частности, следующее: «…добежали до конюшни и спрятались с бойцами – человек 12… Был морячок с катера. Знал мужа. Его ранило в руку, рука распухла…». Бывший вместе с ней их сын Борис Фёдорович Мельников вспоминал об этом эпизоде следующим образом: «…Мы вместе с группой раненых солдат бросились от моста к конюшням, что были расположены слева от моста [Прим. Л.Г.Бибик – Мост с Тереспольского укрепления в Цитадель]. Помню в этой группе бежал моряк (на нём была морская форма), он обслуживал два небольших катера, которые обычно стояли возле моста. Моряк был ранен в левую руку, пуля, очевидно, засела в кости, так как рука сильно распухла и посинела. Он бежал, придерживая здоровой рукой раненую». Напомним, что Т.С.Кобец был по своей штатной должности командиром отделения мотористов, и направление его в Брест для обслуживания неких катеров было, таким образом, абсолютно объяснимо. Таким образом, упомянутый в воспоминаниях обоих Мельниковых моряк – это, без сомнения, именно он.
В тех же данных, полученных от Л.Г.Бибик, мы находим ещё целый ряд упоминаний о катерах в Бресте. Так курсант уже упоминавшихся выше курсов шофёров Михаил Иванович Мясников писал, что «до войны наше отделение было прикреплено к Тютюнику. Потом получили 3 катера и Тютюник ушёл туда». Там же находим выдержку из воспоминаний самого Ивана Фёдоровича Тютюника, к началу войны в звании сержанта командовавшего автомобильным отделением транспортной роты 17-го Краснознамённого Брестского пограничного отряда Пограничных войск НКВД Белорусской ССР. Вот, что он вспоминал впоследствии: «…катеров было 11 штук. Я был командиром катеров. Моряк был из Пинской [военной] флотилии как инструктор по вождению на воде, какие знаки, какие сигналы по правилам движения на воде. 24.06.[1941] мы заканчивали курс подготовки. Нам была поставлена задача: отработать маневренность, причал [ ивание ] к берегу и отчаливание от берега, и мы занимались отработкой целый месяц. От завода был представитель, и я принимал катера и спускали на реку…». Таким образом, из вышесказанного можно сделать вывод о том, что катера в количестве 11 штук прибыли в Брест в первой половине мая и тогда же были спущены на воду реки Мухаевец, после чего на ней и на Западном Буге проходило обучение пограничников плаванию на них, планировавшееся до 24 июня 1941 года. Для этого из ближайшего оперативного объединения Советского Военно-Морского Флота, каковым являлась ПВФ, в 17-й погранотряд в Брест с флотилии был командирован «моряк-инструктор», кем был уже неоднократно упоминаемый нами выше Т.С.Кобец.
Впрочем, «пограничные моряки» (а точнее – речники), к началу войны уже не просто всё ещё учились, но и уже вполне освоили катера. Об этом свидетельствует следующий фрагмент воспоминаний дочери старшины музыкального взвода 333-го стрелкового полка 6-й стрелковой дивизии И.В.Зенкина Валентины Ивановны Зенкиной (Сачковской): «На границе были частые тревоги. Помню, в последнюю предвоенную пятницу [ то есть 20 июня 1941 года ] от железнодорожного моста прорвался в нейтральные воды немецкий катер и взял направление к Тереспольской башне. И только после того, как заметил, что к нему направился наш [ катер ], он повернул назад». С большой долей вероятности можно допустить, что в этом ответственном выходе за рулём катера находился сам старшина 2-й статьи Т.С.Кобец. Оставив в стороне неизвестные тогдашней школьнице тонкости возможности наличия нейтральных и территориальных вод на довольно неширокой пограничной реке, каковой являлся Западный Буг, поблагодарим её за столь ценное свидетельство о факте реального использования здесь пограничного катера, чему она, проживавшая в квартире в башне над Тереспольскими воротами, откуда был хорошо виден речной плёс, являлась живой свидетельницей. (Одновременно можно точно идентифицировать тот самый «немецкий катер», о котором вспоминала В.И.Зенкина. Речь идёт о лёгком «штурмбооте» образца 1939 года из состава 902-й команды штурмовых катеров (StuboKdo 902.) обер-лейтенанта Б.Баллетсхофера (Oblt. B. Balletshofer), вскоре после описанного эпизода принимавшей участие в штурме Брестской крепости. Разведывательный маршрут «прорыва» этого «немецкого катера» всего через два дня точно повторили «штурмбооты» с немецкими десантниками.)
В музейной экспозиции Мемориального комплекса «Брестская крепость-герой» выставлена составленная в 1977 году Л.Г.Олешко «Схема расположения служб на Западном острове», на которой под номером «17» обозначена «Стоянка катеров». Судя по этой схеме, она находилась на реке Западный Буг несколько выше Терепольского моста. Однако известные нам к настоящему времени немецкие фотографии Брестской крепости конца июня – июля 1941 года не просто документально подтверждают наличие в крепости катеров, но и указывают реальное место их дислокации на момент начала агрессии. Первая из этих фотографий была сделана, очевидно, непосредственно в ходе боёв за крепость (на снимке запечатлены ещё дымящиеся развалины), и на ней ясно видны советские катера, находящиеся в полузатопленном состоянии у противоположного берега в реки, в районе бывшей польской «Сапёрной пристани». Очевидно, что до нападения противника они находились не просто на плаву, а, возможно, частично были вытащенные (носами) на берег. На снимке ясно просматриваются корпуса 7 катеров, по меньшей мере, один из которых имеет минимальные повреждения и находится на плаву практически без крена. На другом снимке, сделанном с немецкого самолёта при облёте крепости уже явно после окончания боёв за неё, нам так же хорошо видна эта стоянка катеров, но уже с некоторыми изменениями: во-первых, больший обзор снимка позволяет нам предположить наличие чуть выше пристани по течению затопленных остатков ещё 2 катеров, а, во-вторых, в положении катеров у берега произошли некоторые изменения. Ещё больше они заметны на третьем имеющемся в нашем распоряжении снимке, сделанном вновь с Тереспольского моста, откуда видны корпуса уже лишь 3 катеров (и, возможно – фрагмент четвёртого). Эти изменения мы можем объяснить либо тем, что немцы проявили к советским катерам определённый интерес, либо тем, что, скорее, их повреждённые деревянные корпуса под воздействием поступающей в них воды постепенно меняли своё положение. Но самое главное, что из этих трёх фотографий можно сделать однозначный вывод о том, какие именно это были катера.
Речь идёт о стандартных советских речных полуглиссерах типа «НКЛ-27». Проект этого служебно-разъездного катера на основе предшествующего ему туристско-прогулочного был разработан к 1934 году под руководством инженера Д.Т.Карпова в Москве в Центральном конструкторском бюро Главлесмаша Народного комиссариата лесной промышленности Союза ССР и поэтому получил шифр «НКЛ» (от сокращённого «Наркомлес»). Он был принят в Регистре СССР в категории «Р» (речные суда) как «пассажирский катер с деревянным корпусом для служебных перевозок на внутренних водных путях». Открытый корпус безреданного катера полуглиссирующего типа (отсюда его краткое название – полуглиссер) изготовлялся целиком из древесины: набор – из ясеня и сосны, днище и обшивка – из 10-мм – 12-мм сосны, а палуба – из 5-мм фанеры. Габаритные размеры катера (для движения по реке и для перевозки по железной дороге) составляли 7,00 х 1,68 х 0,55 м (высота борта – 0,76 м), фактически же размерения «НКЛ-27» были несколько меньшими - 6,49  х 1,63 х 0,27 м. При полном водоизмещении в 1,45 т и наличие на борту 6 человек (рулевой-моторист и 5 пассажиров) скорость полного хода катера достигала 35 км/час, при которой на одной заправке бензина он мог пройти 250 км. В качестве главного двигателя на катер устанавливался карбюраторный автомобильный бензиновый мотор ГАЗ-ММ мощностью 50 л.с., с помощь реверсивной муфты вращавший гребной винт фиксированного шага. Полубалансирный подвесной руль приводился в действие ручной румпельной рулевой машинкой со штуртросовой проводкой. Катер имел  бесштоковый речной якорь-верп, футшток, 4 световых сигнально-отличительных фонаря (топовый, кормовый и два – зелёный и красный – бортовых), а так же автомобильную фару в качестве курсового прожектора; из штатного противопожарного оборудования на борту имелось 2 пожарных ведра, 2 огнетушителя и кошма.
Полуглиссера «НКЛ-27» нашли широкое признание у советских военных как ещё до начала войны, так уже и в ходе неё. В ходе боевых действий они широко применялись на реках для связи, разведки рек и их берегов, промера глубин, патрульной службы, перевозки раненых, а так же в качестве десантно-высадочных плавучих средств. В инженерных войсках Красной Армии «НКЛ-27» применялся для выполнения вспомогательных работ при устройстве переправ, входя, в частности, в группы моторных средств основного предвоенного советского понтонного парка Н2П.
Простота конструкции «НКЛ-27» позволяла различным небольшим судостроительным предприятиям страны ещё перед войной выпускать эти глиссера крупными сериями. Так известно, что в первом полугодии 1941 года только военным промышленностью было поставлено в целом 30 единиц полуглиссеров «НКЛ-27», из которых треть, как мы теперь знаем, оказалась к 22 июня 1941 года в Бресте.
Свой рассказ о «брестских» катерах, встретивших утро первого дня войны на границе с Германией, мы считаем необходимым завершить следующим историческим фактом: точно такие же полуглиссеры «НКЛ-27» из состава советской Днепровской военной флотилии закончили Великую Отечественную в мае 1945 года на реке Шпрее, став, таким образом, единственными кораблями Советского ВМФ, принявшими участие в битве за Берлин!»

Продолжение следует.
С уважением – К.Б.Стрельбицкий
« Последнее редактирование: 25 Августа 2018, 19:29:59 от исСЛЕДОВАТЕЛЬ »
Записан
"Я не мальчик, чтобы в архивы ходить!" © А.Б.Широкорад.
Значит я - МАЛЬЧИК!!!

исСЛЕДОВАТЕЛЬ

  • Модератор
  • Участник
  • ****
  • Оффлайн Оффлайн
  • Сообщений: 31 588
  • Константин Борисович Стрельбицкий
Re: Июнь 1941-го: моряки в обороне Бреста
« Reply #3 : 05 Апреля 2011, 21:25:54 »

Уважаемые коллеги!
Продолжаю публикацию своего материала «Июнь 1941-го: моряки в обороне Бреста» последовательными логически законченными фрагментами:

«…Уже цитировавшиеся нами в начале этой статьи воспоминания Г.Ф.Кузьмина заканчивались упоминанием об «отряде кораблей флотилии, которые спешно пришли для огневой поддержки войск». Ниже на основе документов, выявленных нами в фондах бывшего Архивного отделения Центрального военно-морского архива в Москве, мы подробно расскажем об этом выходе основных корабельных сил ПВФ в направлении Бреста.
…Вечером 22 июня на рабочие столы Народного Комиссара ВМФ СССР адмирала Н.Г.Кузнецова, начальников Генерального Штаба РККА и Главного Морского Штаба легла оперативная сводка Советского ВМФ за № 173 по состоянию на 19 часов первого дня войны. Информация по Пинской военной флотилии в ней начиналась словами: «В 07.40 передовой отряд флотилии вышел в район Бреста. В 09.00 в район Бреста вышло боевое ядро флотилии и подвижные базы питания». В полученной в Москве в 22.09 шифротелеграмме за № 479, подписанной начальником 1-го (оперативного) отдела Штаба ПВФ капитан-лейтенантом Иваном Наумовичем Миняйло, уточнялось, что эти «подвижные базы питания» включали в себя «транспорты с боевым припасом, горючим». В составе передового отряда ПВФ к Бресту по реке Пине и Днепро-Бугскому каналу вышли речной монитор «Смоленск» с 9 бронекатерами под общим командованием начальника Штаба ПВФ капитана 2-го ранга Григория Ивановича Брахтмана. Следовавшие за ними главные силы флотилии включали в себя дивизион мониторов в составе кораблей «Винница» (флаг командующего ПВФ контр-адмирала Дмитрия Дмитриевича Рогачёва), «Бобруйск», «Витебск» и «Житомир» с ещё 5 бронекатерами, а так же минный заградитель «Пина» и самоходную плавучую базу «Припять», использовавшуюся на ПВФ в качестве штабного корабля.
Необходимо отметить, что движение кораблей ПВФ к Бресту в первые часы войны было продиктовано точным выполнением моряками-пинцами предвоенных планов этого оперативного объединения Советского ВМФ, согласно которым Брест должен был стать передовым пунктом сосредоточения сил флотилии для ведения дальнейших действий против Германии на реке Западный Буг. Здесь мы не будем подробно останавливаться на этих планах, как далеко выходящих за рамки заявленной нами темы, а лишь сообщим о том, что ПВФ была включена в предвоенную схему развёртывания сил 4-й армии Западного особого военного округа. Непосредственно она должна была взаимодействовать с частями 6-й и 42-й стрелковых дивизий, «дислоцированными по глубине Брест – Кобрин», для чего корабли ПВФ первоначально сосредотачивались на участке 8-го – 9-го шлюзов Днепровско-Бугского канала, на реке Мухавец в районе города Кобрин, где как раз дислоцировался штаб 4-й армии.
К сожалению, кораблям ПВФ так и не удалось дойти до Бреста. Объяснение этому мы находим в тех же архивных документах и в воспоминаниях ветеранов. Во-первых, моряки-пинцы сразу же встретили некоторое противодействие со стороны противника, в частности – его авиации. Так, согласно той же шифротелеграмме капитан-лейтенанта Миняйло, при движении от Пинска к Бресту был отмечен «в 09.15  - 09.30 - налёт германских самолётов «Мессершмитт-110» на … плавучую базу «Припять» и минный заградитель «Пина»…». При этом на борту штабного корабля лёгкое ранение от пулемётного огня немецкого самолёта получил флагманский инспектор по физической подготовке Штаба ПВФ лейтенант Михаил Яковлевич Петрачков. Очевидно, что «Припять» и «Пина» подверглись воздушной атаке противника как самые крупные и наименее вооружённые цели среди кораблей боевого ядра флотилии. Но после того как по немецким самолётам был открыт сосредоточенный огонь из всех восемнадцати 12,7-мм пулемётов ДШК девяти бронекатеров передового отряда, те вынуждены были отвернуть. Между 11 и 12 часами последовал новый налёт вражеской авиации на корабли ПВФ: на этот раз воздушной атаке в ответственный момент шлюзования в канале подверглись корабли дивизиона мониторов. Не имея собственно зенитной артиллерии, мониторы открыли огонь по немецким самолётам из орудий главного калибра. Под огнём более десятка 76-мм орудий противник вновь вынужден был отвернуть. «Стало ясно неправильное распределение по группам средств ПВО, и четыре бронекатера от передового отряда были посланы к дивизиону мониторов», - читаем мы выводы из этого боя в отчёте.
В оперативной сводке Советского ВМФ за № 174 по состоянию на 8 часов утра второго дня войны кратко говорилось: «… Дивизион мониторов, дивизион бронекатеров, плавбаза «Припять» находятся на переходе Пинск - Кобрин». В 11.50 того же дня в Москве получили с флотилии шифротелеграмму за № 0049, в которой сообщалось, что её «корабли следуют в район Кобрина с задачей поддержки фланга армейского 28-го стрелкового корпуса».
В 05.08 24 июня командующий ПВФ контр-адмирал Д.Д.Рогачёв отправил в Главный морской Штаб телеграмму за № 0508, полученную и расшифрованную в Москве к 06.54. Она гласила: «Все попытки связаться с взаимодействующими частями безрезультатны. Разведка флотилии из Кобрина донесла: части Красной Армии отходят. Охрана Кобринских шлюзов не обеспечена. Шлюзы все бомбардируются, из-за разрушения шлюзов вода из канала уйдёт, флотилия останется на месте бесполезно. Принято решение: отойти флотилии в Пинск до начала отхода армии». Эта информация в сокращённом виде была внесена в оперативную сводку ВМФ за № 176 по состоянию на 8 часов утра третьего дня войны.
Вот как описывал впоследствии в своём отчёте этот поход кораблей ПВФ к Бресту командир передового отряда начальник Штаба ПВФ капитан 2-го ранга Г.И.Брахтман: 22 июня в «11.00 командующий отправился на машине в Кобрин в штаб 4-й армии для получения задачи. 2 командира штаба были посланы на поиски 42-й и 6-й стрелковых дивизий для установления связи. … После возвращения командующего и командиров штаба обстановка выглядела следующим образом: Брест занят противником и горит; в Кобрин заходит немецкая разведка; 42-я и 6-я стрелковые дивизии отходят на Картуз-Берёзу; сухопутных войск вдоль канала нет, кроме мелких групп; корабли прошли водораздел. Принято решение: передовому отряду идти в Кобрин для прикрытия отхода частей Красной Армии из города. Остальным кораблям оставаться у водораздела (между шлюзами № 5 и № 6). К утру 23 июня передовой отряд подошёл к Кобрину, приняв по пути стрелковую роту. С мостика монитора «Смоленск» был виден Кобрин под ударами авиагруппы противника… Стрелковая рота была высажена для разведки в Кобрин, корабли пошли дальше к шлюзу № 7. В 12.00 23 июня получили приказание командующего: «7-й и 8-й шлюзы открыты, вода падает. Отхожу в Пинск, отвожу баржи с топливом за Пинск. Вам отходить последним. Рогачёв». Сразу повернуть было нельзя, прошли 2 км до разъезда и затем повернули на обратный курс. Вода резко падала. …Кузьмину была поставлена задача: затоплением барж поперёк канала преградить падение воды... Между 5-м и 6-м шлюзами пустыми баржами падение воды было остановлено. Проходя водораздел, монитор «Смоленск» имел под килем 15 см воды» (учитывая стандартную осадку этого корабля, можно установить, что уровень воды в канале к этому моменту упал до всего 60 сантиметров).
Уже цитировавшийся выше Г.Ф.Кузьмин так подробно описал эту операцию: «Начальник штаба вызвал меня и спросил, что можно сделать, чтобы приостановить спад воды. Я вспомнил, что несколько часов назад мы прошли мимо двух стоящих у берега барж. Если эти баржи поставить поперёк канала, то спад воды уменьшится. Мне дали два глиссера, взрывчатку, выделили старшину минёра в качестве подрывника. Имевшиеся на флотилии глиссеры [типа «Автодор»] были самым быстроходным средством связи. Их маленькая открытая кабина вмещала всего двух человек: старшину и его помощника. Вместо помощников на одном из глиссеров пошёл я, на другом минёр. В сумерки подошли к баржам. Установка барж поперёк канала оказалась не простым делом. Нужно было не поломать пропеллер [в качестве движителя на глиссерах этого типа использовался не гребной, а воздушный винт авиационного типа], не попасть под него самому и не прозевать появления фашистов. Всё это надо было делать не спеша, но опасение быть застигнутым противником заставляло поторапливаться, поэтому дело сначала не ладилось. Лишь после нескольких попыток удалось одну из барж развернуть поперёк канала таким образом, что носом она упёрлась в прибрежный откос, а корма находилась посредине канала. В этом положении баржа удерживалась кормовым якорем и после подрыва затонула, при этом часть борта осталась над водой. Со второй баржей, корма которой была закреплена у прибрежного откоса противоположного берега, поступили аналогичным образом. После затопления её нос оказался всего метрах в двух от кормы первой баржи. Таким образом, русло канала было почти полностью перекрыто примитивной плотиной. Работа заняла не менее часа, и возвращались мы уже в полной темноте, боясь, что своим примут нас за немцев и подобьют. Но всё обошлось благополучно, если не считать, что в одном месте глиссеры на полном ходу вылетели на плот и проскочили по нему, изрядно ободрав днище. Спад воды заметно уменьшился, и отряд кораблей благополучно вышел из Днепровско-Бугского канала». «Принятое капитаном 2 ранга Брахтманом решение затопить баржи поперёк канала предотвратило катастрофу», - такой краткий вывод сделает впоследствии по итогам этой операции сотрудник Исторического отдела Главного Морского штаба полковник И.Шнер в своём «Хронологическом обзоре боевой деятельность Пинской военной флотилии. 1941 г. (22 июня – 21 сентября)».
Насколько же близко к Бресту удалось подойти морякам-пинцам в их походе к границе 22 – 23 июня 1941 года? По данным исследователя истории ПВФ Валерия Александровича Спичакова, приведённым им в его книге «Пинская военная флотилия в документах и воспоминаниях», корабли передового отряда повернули назад, находясь в десятке километров плавания по Мухавцу от города Кобрин, или примерно в 60 км от Бреста. Однако высланные командиром отряда в разведку к этому городу бронекатера № 41 и № 42 уже к 11 часам утра первого дня войны дошли до шлюза № 8, что был всего в 4-х километрах от Кобрина. Об этом уже в 1970-х годах вспоминал командир «сорок первого» катера мичман Георгий Иванович Бабков в беседе с писателем-маринистом Ю.В.Стрехниным, который литературно обработал эти воспоминания и включил их в свою книгу «Корабли идут в Берлин». Как вспоминал ветеран, шлюз был уже полностью оставлен своим персоналом, а его ворота открыты, и бронекатера вступили на его охрану, ожидая подхода мониторов, которые должны были пройти Мухавцем дальше к границе и взять под обстрел шоссе, ведущее из Бреста к Кобрину. Утром следующего дня, 23 июня бронекатера пулемётным огнём дважды отражали налёт немецкой авиации на район шлюза, а после полудня – атаку одиночного немецкого танка, который, по рассказу командира катера, был подбит, а попытавшийся покинуть машину её экипаж – уничтожен. При этом по остальным танкам колонны, по воспоминаниям Г.И.Бабкова, вела огонь артиллерия мониторов с канала, что, однако, не было отмечено ни в одном документе. Вскоре после этого передовой дозор бронекатеров получил приказ на отход к Пинску, куда все корабли благополучно прибыли в тот же день, отразив в районе 1-го шлюза новую воздушную атаку противника и сбив при этом, по различным данным, 3 или 4 немецких самолёта. Так завершился двухдневный поход кораблей Пинской военной флотилии по направлению к Бресту.
Как было показано выше, корабли ПВФ шли вперёд к границе согласно предвоенным оперативным планам, а отнюдь не специально на помощь защитникам Брестской крепости, о начавшейся обороне которой моряки-пинцы просто ничего не знали. Более того, в послевоенных воспоминаниях командира одного из кораблей ПВФ – монитора «Бобруйск» - старшего лейтенанта Фёдора Корниловича Семёнова – мы находим следующее описание похода: «…вся флотилия вышла из Пинска в направлении Бреста. … Не дойдя до города Кобрин, флотилия стала возвращаться обратно, так как Кобрин был уже занят немцами. Об этом сообщили пехотные офицеры, шедшие из Брестской крепости». Их сообщения и доклад прибывшего из Бреста лейтенанта-гидрографа Кузьмина и стали одной из главных причин того, что корабли не продолжили движения вперёд к границе.
Мы прекрасно отдаём себе отчёт в том, что даже успешное прибытие кораблей ПВФ к Брестской крепости 23 – 24 июня 1941 года, конечно, не смогло бы переломить общий ход ситуации в этом районе в пользу советской стороны. Однако в этом случае моряки-пинцы могли бы оказать гарнизону крепости существенную артиллерийскую поддержку почти двумя десятками стволов корабельной артиллерией калибром от 45 до 122 мм и более чем тридцатью 7,62-мм и 12,7-мм пулемётами. Так же в случае необходимости была возможна высадка корабельного десанта с полутора десятками ручных пулемётов, входившими в состав штатного вооружения этих кораблей и предназначенных специально для этой цели. Подробные справочные данные по огневой мощи каждого из 16 кораблей Пинской военной флотилии, вышедших 22 июня 1941 года по направлению к Бресту, приведены нами в приложении 2.
Тем не менее, мы считаем здесь необходимым отметить этот, первый боевой выход ПВФ утром 22 июня 1941 года как уникальный в своём роде: в то время как части Красной Армии повсеместно отступали или, в лучшем случае, переходили к обороне, моряки-пинцы, строго следуя предвоенным планам, двинулись в наступление к границе!
Противнику было хорошо известно не только о наличии в Пинске крупных советских военно-речных сил, но и о реальных возможностях их действий в районе Бреста. Дело в том, что совсем незадолго до начала войны, в период с 6 по 17 июня 1941 года ПВФ вместе с частями 42-й стрелковой дивизии принимала участие в совместном учении на тему «Огневое сопровождение наступающей дивизии» на участке Днепровско-Бугского водного пути от Кобрина до Бреста (Бывший АО ЦВМА, фонд 14, дело 44, лист 1). При этом, по воспоминаниям того же мичмана Г.И.Бабкова, бронекатера его отряда «прошли Днепро-Бугским каналом, а потом речкой Мухавец к городу Бресту» и «дошли до места, где при впадении Мухавца в Буг поперёк фарватера стоит заграждение» (Ю.Ф.Стрехнин. Корабли идут в Берлин. М., 1977, С. 7). Несколько ранее, на рубеже мая и июня, корабли ПВФ участвовали в переброске из Мозыря в район Бреста сил 75-й стрелковой дивизии. Немцы, разумеется, наблюдали со своего берега за этим и, отмечая неоднократное появление перед войной в районе Бреста советских речных военных кораблей, придумали импровизированное, но эффективное средства противодействия им. В знаменитой книге С.С.Смирнова «Брестская крепость» мы находим такие слова: ««Река оказалась перегороженной поперек течения прочной железной решеткой. … Потом пленные немецкие солдаты рассказали защитникам крепости, откуда появилась эта решетка. Командование противника опасалось, чтобы осажденному гарнизону крепости не доставили подкреплений с помощью катеров по Мухавцу, и вечером первого дня немецкие саперы поставили это заграждение, которое с берегов охраняли два пулемета». (Смирнов С.С. Брестская крепость. М., 1965. С.71). Речь, очевидно, идёт о так называемой «решётке Ощевского» - кованной оборонительной конструкции, массово устанавливавшейся русским командованием в самой Брестской крепости и в её районе в начале ХХ века. К началу войны эти металлические заборчики сохранялись ещё в значительных количествах и, оперативно были использованы наступающим противником, так как, благодаря своим острым завершениям, могли стать эффективными «противокатерными заграждениями» на Мухавце в районе крепости…»

Окончание следует.
С уважением – К.Б.Стрельбюицкий
Записан
"Я не мальчик, чтобы в архивы ходить!" © А.Б.Широкорад.
Значит я - МАЛЬЧИК!!!

исСЛЕДОВАТЕЛЬ

  • Модератор
  • Участник
  • ****
  • Оффлайн Оффлайн
  • Сообщений: 31 588
  • Константин Борисович Стрельбицкий
Re: Июнь 1941-го: моряки в обороне Бреста
« Reply #4 : 05 Апреля 2011, 21:30:34 »


Уважаемые коллеги!
Завершаю публикацию своего материала «Июнь 1941-го: моряки в обороне Бреста» последовательными логически законченными фрагментами:

«…Выше нами уже упоминались речные суда – буксир и баржи – встреченные пинцами на Днепро-Бугском канале. Говоря здесь о советских военных моряках, нельзя не вспомнить об их гражданских товарищах-речниках, волей судеб оказавшихся утром 22 июня 1941 года в Бресте. Проведённые нами поиск и дальнейшее исследование документов, отложившихся в фондах Российского государственного архива экономики (РГАЭ, Москва), позволяет нам сегодня впервые рассказать так же о судьбе гражданских речных судов, встретивших войну в Бресте. По состоянию на 22 июня 1941 года здесь находилось 17 судов и плавучих средств Припятского участка Днепровско-Двинского речного пароходства, входившего в систему Народного Комиссариата речного флота Союза ССР. Это были винтовые буксирные газоходы № 20 и № 28 с 13 сухогрузными баржами (из них 4 – открытые, а остальные 9 – тентовые), а так же землечерпательный снаряд № 7 и при нём – брандвахта с тем же номером (основные эксплуатационно-технические характеристики всех этих судов и плавсредств приведены нами в таблице в приложении 3). Из отчётных документов нам известно, что утром 22 июня район стоянки этих судов подвергся артиллерийскому обстрелу немцев, в результате чего были подожжены и сгорели оба газохода и 5 барж (открытые № 234 и № 283, тентовые №№ 060, 0112 и 145 (возможно - № 0145?) – все они имели деревянную конструкцию корпуса, и поэтому стали лёгкой жертвой огня. По тем же данным, ещё 8 барж были затоплены самими речниками – открытые №№ 285, 286 и 294, тентовые №№ 029, 030, 057, 058 и 139 (возможно - № 0139?). По нашему мнению, информация об их организованном затоплении советскими речниками, учитывая общую обстановку в Бресте утром первого дня войны, вызывает серьёзные сомнения в её достоверности. Гораздо более вероятно, что в реальности эти 8 барж были просто оставлены на плаву в Бресте, как это сообщается, например, о стальном земснаряде № 7, оперативно вывести который из строя советским речникам было бы просто невозможно. Очевидно, что такая же судьба оказалась и у бывшей при нём так же стальной брандвахты № 7, и ещё одной тентовой баржи – № 014, официально числящихся «оставленными в Бресте в неизвестном состоянии». В любом случае, утром 22 июня 1941 года все 17 перечисленных выше речных судов и плавучих средств (включая 13 барж общей грузоподъёмностью 1.470 тонн; по другим, неконкретизированным данным – 19 судов, из них 15 барж в 2.130 тонн), находившихся в Бресте, были для советской стороны утрачены. О потерях среди их команд и берегового персонала Припятского участка Днепровско-Двинского речного пароходства в Бресте те же документы, к сожалению, ничего нам не сообщают.
Таковы исторические факты участия моряков Советского Военно-Морского Флота в обороне Бреста и о действиях в его районе 22 – 23 июня 1941 года. Если своим нынешним исследованием нам удалось приоткрыть ещё одну страничку истории участия советских моряков в событиях начального периода Великой Отечественной войны на земле Белоруссии, то мы можем считать поставленную перед нами задачу историка выполненной.

Приложение 1

Персональные данные на моряков Пинской военной флотилии,
официально числящихся пропавшими без вести 22 июня 1941 года в Бресте:
1. Кобец Тихон Семёнович – старшина 2-й статьи, командир отделения мотористов Штаба ПВФ, родился в 1914 году в селе Станислав, ныне - Белозёрского района Херсонской области Украины, украинец, крестьянин-колхозник, беспартийный, холост, призван на срочную службу на флот в 1936 году Херсонским районным военным комиссариатом,
2. Ткаченко Василий Андреевич – краснофлотец, шофёр Пинского военного порта ПВФ, родился в 1918 году, украинец, крестьянин-колхозник, член ЛКСМУ, холост, призван на срочную службу на флот в 1938 году.

Приложение 2

Огневая мощь кораблей Пинской военной флотилии,
вышедших 22 июня 1941 года по направлению к Бресту

Речной монитор «Смоленск» - две 122-мм гаубицы образца 1909/37 гг., два 45-мм орудия «41-К», четыре 7,62-мм пулемёта (три «М-1» и один «ДП»)
Речные мониторы «Бобруйск», «Винница», «Витебск», «Житомир» - по три 76-мм орудия «Ф-22» и по пять 7,62-мм пулемёта (четыре «М-1» и один «ДП») каждый
Девять речных бронекатеров типа «П» – по два 12,7-мм пулемёта «ДШК» и по одному 7,62-мм пулемёту «ДП» каждый
Речной минный заградитель «Пина» - одно 45-мм орудие «21-К», четыре 7,62-мм пулемёта «М-4»
Штабной корабль «Припять» - два 7,62-мм пулемёта «М-1»
Итого - две 122-мм гаубицы, двенадцать 76-мм орудий, три 45-мм орудия, восемнадцать 12,7-мм пулемётов, тридцать девять 7,62-мм пулемёта, или 17 стволов артиллерии и 57 пулемётов».

Упомянутое мной выше приложение 3 «Основные характеристики советских речных судов, находившихся по состоянию на 22 июня 1941 года в Бресте» мной здесь не приводится из-за громоздкости таблицы, применённой мной для размещения необходимых цифровых данных по колонкам с заголовками «Тип и номер судна», «Год постройки», «Мощность/грузоподъёмность», «Длина», «Ширина», «Высота борта» и «Осадка».

Как я писал в первом сообщении данной темы, «жду от вас, уважаемые коллеги, своих отзывов как по работе в целом, так и по «отдельным частностям».
С уважением – К.Б.Стрельбицкий
Записан
"Я не мальчик, чтобы в архивы ходить!" © А.Б.Широкорад.
Значит я - МАЛЬЧИК!!!

КОМБРИГ

  • Пользователь
  • Участник
  • **
  • Оффлайн Оффлайн
  • Сообщений: 679
Re: Июнь 1941-го: моряки в обороне Бреста
« Reply #5 : 05 Апреля 2011, 22:53:44 »
Уважаемый Константин Борисович, добрый вечер!
Материал достоин всяческих похвал и ценен своей новизной. В ходе изучения возникла, пока ничем неподтвержденная версия, которая имеет право на существование.  11 катеров такого типа  многовато для одного погранотряда.
Некоторые размышления и предположения, для 17 ПО, вполне достаточно 5 катеров по одному на комендатуру. Для чего были предназначены еще 6 катеров? Они предназначались для других отрядов ПВ НКВД БССР. И в частности: 3 - для речного участка по Бугу 88 ПО, 1- на Неман для 107 ПО, 1- на Зап. Двину для 83 ПО, 1 – на Припять для 18 ПО.
Исходя из этого, в составе курсов шоферов было отделение, которое возглавлял Тютюник прикомандированный с транспортной роты 17 ПО, и которое готовило мотористов катеров, а инструктором по вождению на воде и был упомянутый  старшина 2-й статьи Т.С.Кобец.Поэтому  Кобец и знал Мельникова, а жена и дети Мельникова знали его.
С уважением, Владимир Тылец.
Записан

исСЛЕДОВАТЕЛЬ

  • Модератор
  • Участник
  • ****
  • Оффлайн Оффлайн
  • Сообщений: 31 588
  • Константин Борисович Стрельбицкий
Re: Июнь 1941-го: моряки в обороне Бреста
« Reply #6 : 05 Апреля 2011, 23:06:52 »
Уважаемый Владимир Анатольевич!
Спасибо Вам за отзыв!
Версия насчёт назначения всех 11 полуглиссеров - весьма интересная! Подумаю над ней в целом и над тем, как упомянуть её в своём тексте - в частности. Действительно 11 катеров для одного погранотряда многовато будет. Кстати, сразу же вопрос к Вам, как к специалисту: какова была общая протяжённость погранполосы в зоне ответственности 17 ПО и сколько из неё приходилось непосредственно на Западный Буг? Аналогичный вопрос сразу же возникает и по протяжённости речных участков и других названных Вами белорусских погранотрядов. Заранее спасибо за ответы!
С уважением - К.Б.Стрельбицкий
Записан
"Я не мальчик, чтобы в архивы ходить!" © А.Б.Широкорад.
Значит я - МАЛЬЧИК!!!

AdviseR

  • Опытный пользователь
  • Участник
  • ***
  • Оффлайн Оффлайн
  • Сообщений: 189
Re: Июнь 1941-го: моряки в обороне Бреста
« Reply #7 : 05 Апреля 2011, 23:14:41 »
Константин Борисович, принимайте поздравления! Отличный материал, особенно для тех, кто работает по Бресту в целом и по крепости в частности.
Проделана огромная работа, размещены документы из малоизвестных источников, которых нет в широком обороте. Спасибо Вам за статью!
11 катеров такого типа  многовато для одного погранотряда.
Некоторые размышления и предположения, для 17 ПО, вполне достаточно 5 катеров по одному на комендатуру. Для чего были предназначены еще 6 катеров? Они предназначались для других отрядов ПВ НКВД БССР. И в частности: 3 - для речного участка по Бугу 88 ПО, 1- на Неман для 107 ПО, 1- на Зап. Двину для 83 ПО, 1 – на Припять для 18 ПО.
Исходя из этого, в составе курсов шоферов было отделение, которое возглавлял Тютюник прикомандированный с транспортной роты 17 ПО, и которое готовило мотористов катеров, а инструктором по вождению на воде и был упомянутый  старшина 2-й статьи Т.С.Кобец.Поэтому  Кобец и знал Мельникова, а жена и дети Мельникова знали его.
С уважением, Владимир Тылец.
Владимир Анатольевич, крайне интересная версия, и в принципе вполне возможно, что так и было. Немного не в тему, но спрошу насчет Тютюника: он довольно часто упоминается в разных источниках, вроде как оставил воспоминания... Но есть документ, в котором указан Тютюник Иван Федорович, 1918 г.р., пленен 22.6.1941 в г. Брест-Литовск. До февраля 1942г. служил у немцев, о чем есть соответствующая запись. Отбывал ли он за это наказание, и если да, то какое?
Записан
С уважением,
Долговский Андрей Леонидович

КОМБРИГ

  • Пользователь
  • Участник
  • **
  • Оффлайн Оффлайн
  • Сообщений: 679
Re: Июнь 1941-го: моряки в обороне Бреста
« Reply #8 : 05 Апреля 2011, 23:39:31 »
Уважаемый Владимир Анатольевич!
Спасибо Вам за отзыв!
Версия насчёт назначения всех 11 полуглиссеров - весьма интересная! Подумаю над ней в целом и над тем, как упомянуть её в своём тексте - в частности. Действительно 11 катеров для одного погранотряда многовато будет. Кстати, сразу же вопрос к Вам, как к специалисту: какова была общая протяжённость погранполосы в зоне ответственности 17 ПО и сколько из неё приходилось непосредственно на Западный Буг? Аналогичный вопрос сразу же возникает и по протяжённости речных участков и других названных Вами белорусских погранотрядов. Заранее спасибо за ответы!
С уважением - К.Б.Стрельбицкий

Участок 17 ПО - 182 километра по реке Буг, от местечка Мельник до колонии Александровская, 88 ПО – около 90 км по Бугу от мест. Мельник до мест. Зузеля (3-5 погранкомендатуры).  18 ПО – на старой Границе – река Припять и весь правый фланг отряда по реке Случь, около 50 км (1 комендатура). 83 ПО – по Зап. Двине около 60 км.  На 2 ПК 107 ПО переправочное средство через Неман в р-не Юрбаркаса, связь левого и правого флангов отряда.
Записан

КОМБРИГ

  • Пользователь
  • Участник
  • **
  • Оффлайн Оффлайн
  • Сообщений: 679
Re: Июнь 1941-го: моряки в обороне Бреста
« Reply #9 : 05 Апреля 2011, 23:42:14 »
Константин Борисович, принимайте поздравления! Отличный материал, особенно для тех, кто работает по Бресту в целом и по крепости в частности.
Проделана огромная работа, размещены документы из малоизвестных источников, которых нет в широком обороте. Спасибо Вам за статью!
11 катеров такого типа  многовато для одного погранотряда.
Некоторые размышления и предположения, для 17 ПО, вполне достаточно 5 катеров по одному на комендатуру. Для чего были предназначены еще 6 катеров? Они предназначались для других отрядов ПВ НКВД БССР. И в частности: 3 - для речного участка по Бугу 88 ПО, 1- на Неман для 107 ПО, 1- на Зап. Двину для 83 ПО, 1 – на Припять для 18 ПО.
Исходя из этого, в составе курсов шоферов было отделение, которое возглавлял Тютюник прикомандированный с транспортной роты 17 ПО, и которое готовило мотористов катеров, а инструктором по вождению на воде и был упомянутый  старшина 2-й статьи Т.С.Кобец.Поэтому  Кобец и знал Мельникова, а жена и дети Мельникова знали его.
С уважением, Владимир Тылец.
Владимир Анатольевич, крайне интересная версия, и в принципе вполне возможно, что так и было. Немного не в тему, но спрошу насчет Тютюника: он довольно часто упоминается в разных источниках, вроде как оставил воспоминания... Но есть документ, в котором указан Тютюник Иван Федорович, 1918 г.р., пленен 22.6.1941 в г. Брест-Литовск. До февраля 1942г. служил у немцев, о чем есть соответствующая запись. Отбывал ли он за это наказание, и если да, то какое?

Да это он. Насчет наказания не знаю.
Записан

КОМБРИГ

  • Пользователь
  • Участник
  • **
  • Оффлайн Оффлайн
  • Сообщений: 679
Re: Июнь 1941-го: моряки в обороне Бреста
« Reply #10 : 05 Апреля 2011, 23:54:15 »
Андрей Леонидович, по Тютюнику, если можно его воспоминания в тему 17 ПО.
С уважением,
Записан

исСЛЕДОВАТЕЛЬ

  • Модератор
  • Участник
  • ****
  • Оффлайн Оффлайн
  • Сообщений: 31 588
  • Константин Борисович Стрельбицкий
Re: Июнь 1941-го: моряки в обороне Бреста
« Reply #11 : 05 Апреля 2011, 23:54:27 »
Уважаемый Андрей Леонидович!
Спасибо за лестный отзыв! "Рады стараться!"
С уважением - К.Б.Стрельбицкий
Записан
"Я не мальчик, чтобы в архивы ходить!" © А.Б.Широкорад.
Значит я - МАЛЬЧИК!!!

Set

  • Новичок
  • Участник
  • *
  • Оффлайн Оффлайн
  • Сообщений: 86
  • Ефименко Андрей
Re: Июнь 1941-го: моряки в обороне Бреста
« Reply #12 : 06 Апреля 2011, 00:00:01 »
Уважаемый Константин Борисович!
Присоединяюсь к похвалам коллег и поздравляю с отличной работой!
Записан
Ефименко Андрей

исСЛЕДОВАТЕЛЬ

  • Модератор
  • Участник
  • ****
  • Оффлайн Оффлайн
  • Сообщений: 31 588
  • Константин Борисович Стрельбицкий
Re: Июнь 1941-го: моряки в обороне Бреста
« Reply #13 : 06 Апреля 2011, 00:04:54 »
Уважаемый Владимир Анатольевич!
Благодарю за приведённые справочные данные. Из них можно сделать следующие выводы.
В 17 ПО на каждую из 5 "речных" погранкомендатур приходилось в среднем по 35 км реки. Это в точности 1 час движения полуглиссера типа НКЛ-27 полным ходом, или 2 часа округлённо в обе стороны (не учитывая скорости течения при движении по и против него). Вполне нормально для патрулирования, хотя, конечно, эпизодического, а не постоянного.
В 88 ПО на каждую из 3 "речных" погранкомендатур также в среднем приходилось по 30 км реки - аналогично. Насчёт ещё одного ПО вы пишете: "83 ПО – по Зап. Двине около 60 км.". Сколько на этот расстояние приходилось погранкомендатур? Не две ли (следуя логике)? Со 107 ПО всё так же логически понятно, а в 18 ПО собственно-то полуглиссер нужен был бы скорее как транспортно-связное средство, чем патрульное, то есть тоже одна единица. Вот вроде бы со всеми 11 НКЛами и разобрались.
Будем сию "мысль отливать в строку"!
С уважением - К.Б.Стрельбицкий
Записан
"Я не мальчик, чтобы в архивы ходить!" © А.Б.Широкорад.
Значит я - МАЛЬЧИК!!!

исСЛЕДОВАТЕЛЬ

  • Модератор
  • Участник
  • ****
  • Оффлайн Оффлайн
  • Сообщений: 31 588
  • Константин Борисович Стрельбицкий
Re: Июнь 1941-го: моряки в обороне Бреста
« Reply #14 : 06 Апреля 2011, 00:06:07 »
Уважаемый Андрей!
Спасибо за отзыв!
Надеюсь моё "Личное сообщение" ранее уже получили, так что в курсе.
С уважением - К.Б.Стрельбицкий
Записан
"Я не мальчик, чтобы в архивы ходить!" © А.Б.Широкорад.
Значит я - МАЛЬЧИК!!!

КОМБРИГ

  • Пользователь
  • Участник
  • **
  • Оффлайн Оффлайн
  • Сообщений: 679
Re: Июнь 1941-го: моряки в обороне Бреста
« Reply #15 : 06 Апреля 2011, 00:09:39 »
Уважаемый Владимир Анатольевич!
Благодарю за приведённые справочные данные. Из них можно сделать следующие выводы.
В 17 ПО на каждую из 5 "речных" погранкомендатур приходилось в среднем по 35 км реки. Это в точности 1 час движения полуглиссера типа НКЛ-27 полным ходом, или 2 часа округлённо в обе стороны (не учитывая скорости течения при движении по и против него). Вполне нормально для патрулирования, хотя, конечно, эпизодического, а не постоянного.
В 88 ПО на каждую из 3 "речных" погранкомендатур также в среднем приходилось по 30 км реки - аналогично. Насчёт ещё одного ПО вы пишете: "83 ПО – по Зап. Двине около 60 км.". Сколько на этот расстояние приходилось погранкомендатур? Не две ли (следуя логике)? Со 107 ПО всё так же логически понятно, а в 18 ПО собственно-то полуглиссер нужен был бы скорее как транспортно-связное средство, чем патрульное, то есть тоже одна единица. Вот вроде бы со всеми 11 НКЛами и разобрались.
Будем сию "мысль отливать в строку"!
С уважением - К.Б.Стрельбицкий

83 ПО точно  2 комендатуры, 18 ПО и как переправочное средство через Припять, связующее звено между правым и левым флангом отряда. 
Записан

исСЛЕДОВАТЕЛЬ

  • Модератор
  • Участник
  • ****
  • Оффлайн Оффлайн
  • Сообщений: 31 588
  • Константин Борисович Стрельбицкий
Re: Июнь 1941-го: моряки в обороне Бреста
« Reply #16 : 06 Апреля 2011, 00:17:09 »
Уважаемый Владимир Анатольевич!
Спасибо за уточнения! Всё теперь в Вашем предположении окончательно встаёт на свои места - один полуглиссер полагался каждой "речной" погранкомендатуре на примерно 30 км реки.
С уважением - К.Б.Стрельбицкий
Записан
"Я не мальчик, чтобы в архивы ходить!" © А.Б.Широкорад.
Значит я - МАЛЬЧИК!!!

AdviseR

  • Опытный пользователь
  • Участник
  • ***
  • Оффлайн Оффлайн
  • Сообщений: 189
Re: Июнь 1941-го: моряки в обороне Бреста
« Reply #17 : 06 Апреля 2011, 00:41:09 »
Андрей Леонидович, по Тютюнику, если можно его воспоминания в тему 17 ПО.С уважением,
Сейчас сделаем. Там не очень много, но учитывая его дату пленения - 22.06., хорошо что вообще хоть что-то есть...

Интересно развилась тема с количеством катеров. Похоже, всё сходится, а это ещё одно небольшое открытие!
Записан
С уважением,
Долговский Андрей Леонидович

исСЛЕДОВАТЕЛЬ

  • Модератор
  • Участник
  • ****
  • Оффлайн Оффлайн
  • Сообщений: 31 588
  • Константин Борисович Стрельбицкий
Re: Июнь 1941-го: моряки в обороне Бреста
« Reply #18 : 06 Апреля 2011, 00:54:54 »
Уважаемый Андрей Леонидович!
Меня само это число катеров - 11 (ничему не кратное, то есть по смыслу ни на какие внутренние подразделения не делящееся) - удивило. Но число-то было указано точное - именно 11, а не "где-то с 10" или "больше десятка", как, например, можно было по прошествии времени написать. А уважаемый Владимир Анатольевич со своим знанием "белорусско-пограничной" специфики и конкретики сразу это число "разложил", дальше - моё небольшое "логическое построение", и мы имеем то, что Вы назвали "небольшим открытием"! Лично мне, как автору, приятно :) - значить не зря писал и размещал здесь!
С уважением - К.Б.Стрельбицкий
Записан
"Я не мальчик, чтобы в архивы ходить!" © А.Б.Широкорад.
Значит я - МАЛЬЧИК!!!

КОМБРИГ

  • Пользователь
  • Участник
  • **
  • Оффлайн Оффлайн
  • Сообщений: 679
Re: Июнь 1941-го: моряки в обороне Бреста
« Reply #19 : 06 Апреля 2011, 01:52:04 »
Уважаемый Андрей Леонидович!
Меня само это число катеров - 11 (ничему не кратное, то есть по смыслу ни на какие внутренние подразделения не делящееся) - удивило. Но число-то было указано точное - именно 11, а не "где-то с 10" или "больше десятка", как, например, можно было по прошествии времени написать. А уважаемый Владимир Анатольевич со своим знанием "белорусско-пограничной" специфики и конкретики сразу это число "разложил", дальше - моё небольшое "логическое построение", и мы имеем то, что Вы назвали "небольшим открытием"! Лично мне, как автору, приятно :) - значить не зря писал и размещал здесь!
С уважением - К.Б.Стрельбицкий


Теперь остается вычислить, состав курсантов-мотористов и все встанет на свои места. По 17 ПО думаю это удастся. Надо искать к версии документальное подтверждение.
Записан
Страниц: [1] 2 3 4 5 6 ... 8   Вверх
« предыдущая тема следующая тема »