Форум Поисковых Движений

ВИНОГРАДОВ Илья Васильевич (1906-1978), советский военачальник из числа представителей высшего эшелона советской военной разведки, участник боёв за Восточную Пруссию, генерал-лейтенант в отставке.
Родился в 1906 году в Башкирии – в посёлке Нижний Авзян современного Белорецкого района.
На военной службе с начального периода Гражданской войны, в частности, на первую половину 1919 года – первый номер 4-го пулемёта 209-го Витебского стрелкового полка 1-й стрелковой бригады 24-й Железной стрелковой дивизии. В данном качестве отличился 9 апреля 1919 года в боях на территории современной Сумской области Украины, за что впоследствии был удостоен ордена Красного Знамени. Подробности его подвига содержит приказ по полку № 173/оп от 13 апреля 1919 года: «При выходе их окружения белых 9 апреля с.г. 209-й Витебский полк с частями 214-го Симбирского полка отходил через деревню Куяново. У деревни Куяново части были окружены конницей белых. Для отхода частей был один путь по гати с мостом через ручей, который перейти вброд было невозможно из-за полноводья со снегом. Для защиты гати с мостом были выставлены пулемёты с задачей защищать мост до прохода через мост всех наших частей. При неоднократном налёте конницы белых весь расчёт 4-го пулемёта был выведен из строя. Несмотря на тяжёлое ранение первого номера 4-го пулемёта, он остался у пулемёта и до окончания прохода всех наших частей защищал мост».
В воинском звании «полковник» со второй половины 1930-х.
С июля 1940 года – начальник 11-го отдела Разведывательного управления (в/ч «Полевая почта 38729») Генерального штаба РККА, но к началу 1941 года уже начальник 7-го (приграничная разведка) отдела такого же управления. В частности, в период 23 января- 22 февраля 1941 года в Москве под руководством полковника И.В. Виноградова как начальника 7-го отдела Разведуправления Генштаба РККА состоялись сборы начальников разведотделов военных округов и армий. Главная тема - отработка вопросов перевода данных разведаппаратов на условия работы с мирного времени на военное. Одним из важных итогов этих сборов стал предложенный начальнику Генерального штаба РККА генералу армии Г.К. Жукову к утверждению план мероприятий по созданию в приграничных военных округах тайных баз с запасом оружия, боеприпасов и иного военного имущества иностранного образца и резервных агентурных сетей на своей территории на глубину 100-150 километров.
В составе действующей армии с первых дней Великой Отечественной: начальник разведывательных отделов штабов ряда фронтов - последовательно Юго-Западного (1-го формирования), Сталинградского (1-го формирования) и Донского; начальник разведывательных отделов штабов Воронежского и 2-го Белорусского (2-го формирования) фронтов.
17 ноября 1942 года был удостоен воинского звания «генерал-майор».
О боевой доблести генерала И.В. Виноградова рассказано в военных мемуарах маршалов И.Х. Баграмяна и К.К. Рокоссовского. Вот лишь одна цитата (из книги мемуаров К.К. Рокоссовского «Солдатский долг»; см. также в материалах http://militera.lib.ru/memo/russian/rokossovsky/13.html), в которой отражены события, имевшие место на завершающем этапе Сталинградской битвы: «Поскольку Ставка определила нам срок вручения ультиматума противнику за два дня до начала наступления, мы решили это сделать утром 8 января [1943 года]. Провести ответственную процедуру было поручено разведуправлению фронта, которое возглавлял хороший работник и замечательный товарищ - генерал И.В. Виноградов. К участию в ней рекомендовалось привлечь добровольцев. Желающих оказалось очень много. Виноградов выбрал парламентёром майора А.М. Смыслова, переводчиком - капитана Н.Д. Дятленко; им, как предусматривалось ритуалом, был придан горнист. Сопровождать наших посланцев, находясь на удалении и не обнаруживая себя противнику, взялся сам Виноградов.
Накануне вечером по радио командующему 6-й армией Паулюсу и его штабу было передано предупреждение о высылке парламентеров в назначенное место и время. Указывалось, что они идут без оружия и несут большой белый флаг. При подходе к назначенному месту трубач сыграет соответствующий сигнал, извещая о прибытии парламентёров.
На участке, где намечалась встреча парламентеров с противоположной стороной, нами было запрещено ведение огня на всё время процедуры. Такое же условие было поставлено и противнику, который к назначенному времени должен был выслать своих уполномоченных офицеров.
Конечно, с нашей стороны было установлено наблюдение на этом участке фронта и подготовлены огневые средства и войска на всякий случай.
Ночь на 8 января мы провели в несколько напряженном состоянии (сужу по себе). При встречах с товарищами за ужином и в нашей штаб-квартире вопрос о том, что день грядущий нам готовит, дебатировался всеми. Представители Ставки не оставались в стороне и оживленно вместе с нами строили всевозможные предположения. А как всем нам хотелось, чтобы противник понял логику событий! Скольким людям это сохранило бы жизнь!
Немецко-фашистскому командованию предоставлялась возможность предотвратить катастрофу, нависшую над окруженными войсками. Здравый смысл должен был подсказать ему единственное разумное решение - принять условия капитуляции.
Ровно в назначенное время наши парламентеры вышли из блиндажа и с развёрнутым белым флагом направились к немецким позициям под громкие звуки трубы.
Как мы с Н.Н. Вороновым предполагали, так и получилось: с вражеской стороны никто не вышел навстречу нашим парламентёрам. Более того, по ним был открыт огонь, сначала одиночный ружейный, а затем пулемётный и даже миномётный.
Парламентёры вынуждены были вернуться. Бедному Виноградову пришлось проползти некоторое расстояние по-пластунски: почему-то по нему огонь вёлся особенно усердно.
Наша попытка проявить гуманность к попавшему в критическое положение противнику не увенчалась успехом. Грубо нарушая международные правила, гитлеровцы открыли огонь по парламентёрам. Нам оставалось сейчас одно - применить силу».
В ходе боёв за Восточную Пруссию – начальник Разведывательного отдела штаба 2-го Белорусского фронта (2-го формирования). В данном качестве, в частности, внёс весомейший вклад в разгром Восточно-Прусской и Восточно-Померанской группировок немецко-фашистских войск. Так, например, он непосредственно руководил подготовкой и заброской во вражеский тыл на польскую территорию, пролегающую вдоль линии границы с Восточной Пруссией специальных диверсионно-разведываьельных групп, в том числе таких легендарных, как «Матросов», «Невский» и «Олег».
В послевоенный период, как сказано в некрологе, опубликованном в газете «Красная Звезда», «много сделал для развития дружбы и боевого сотрудничества с армиями братских социалистических стран». В частности, в 1967-1975 гг. состоял в должности военного, военно-воздушного и военно-морского атташе при Посольстве СССР в Германской Демократической Республике.
С 1975 года – военный пенсионер с местом постоянного проживания в Москве.
В 1967 году выступил в роли военного консультанта трёхсерийного телефильма «Майор Вихрь» (режиссёр Е. Ташков; «Мосфильм»), снятого по известному одноимённому роману о разведчиках Юлиана Семёнова.
Кавалер большого количества государственных и иностранных наград, включая четырнадцать орденов – Ленина, Октябрьской Революции, пяти Красного Знамени, Суворова 2-й степени, Богдана Хмельницкого 1-й степени, двух Отечественной войны 1-й степени, Красной Звезды, «За службу Родине в Вооружённых Силах СССР» 2-й (№ 1) и 3-й степени, - а также многочисленных медалей. Из иностранных наград – медаль бывшей ГДР «За спасение жизни», которой был удостоен за спасение немецкого мальчика, провалившегося на реке Шпрея в разводье во время внезапно начавшегося ледохода.
Скончался в феврале 1978 года.
Похоронен в Москве - на Кунцевском кладбище.