Форум Поисковых Движений

Константин Борисович, вот и мне не нравится все это... я если честно до недавнего времени даже и не предполагал, что вокруг уже давно "зашевелились" и ведут планомерную работу по "реабилитации"... думал, что уже давно в 1950-х - 1960-х гг. поставили точку кто враг, кто так себе - немного оступился, а кто просто так - рядом проходил...

Спасибо, Татьяна Николаевна, интересная статья, но, по моему мнению, написана несколько поверхностно, практически никакого фактажа.
Далее, не раскрыт четко термин - "насильственная мобилизация", порядок ее проведения и что, интересно, автор вкладывал в этот термин??
В статье также указываются еще несколько градаций военнопленных и др. лиц - предатели и белоэмигранты, изменники Родины, добровольно сдавшиеся в плен, совершившие другие тяжкие преступления против советского народа и т.д., которые получается стоят как бы особняком от легионеров из этой бригады. Т.е. легионер, при "насильственной мобилизации" принявший присягу на верность фюреру с росписью в соответствующем документе, по мнению автора мягко скатывается с горки собственно "предателя и изменника Родины", не достоин этого эпитета и именуется подспудно и латентно просто случайно оступившимся человеком, вставшим на этот "неправедный" путь под влиянием различных внешних факторов и обстоятельств (а в груди комсомольский запал и партийная совесть остались, конечно же)... короче записался в адвокаты... а далее (сегодняшний формат реабилитации) - закон — что дышло: куда повернёшь — туда и вышло...
_____________________

Есть - Доморад Константин Ильич (1918 г.р.) - проскальзывает его фамилия в мемуарах и воинское звание на 1943 г. - капитан! Из других источников известно, что Доморад К.И. - сотрудник НКВД, перед войной окончил Ленинградскую школу НКВД (1939), в 1939-1941 гг. работал в УНКВД по Пинской области (БССР). С июня 1941 г. по апрель 1942 г.  Доморад К.И. был разведчиком в партизанской группе И.А. Скоробогатько, действующей на территории Белоруссии. С марта 1942 г. до лета 1943 г. К. Доморад проходил службу в отделе контрразведки "Смерш" 16-й армии Западного фронта. С сентября 1943 г. по середину 1944 г. - заместитель командира (по разведке) Борисовско-Бегомльского партизанского соединения.

http://militera.lib.ru/memo/russian/machulsky_rn/index.html - Мачульский Р.Н. Вечный огонь. Партизанские записки. / Литературная обработка А. Колосова. — Издание третье, доп. и испр. — Мн.: Беларусь, 1978. — 446 с., ил., 16 л. ил. Тираж 50 000 экз.

МАЧУЛЬСКИЙ Роман Наумович
ВЕЧНЫЙ ОГОНЬ.
ПАРТИЗАНСКИЕ ЗАПИСКИ
Мн.: Беларусь, 1978.

"...И.П. Ганенко и работник Центрального штаба партизанского движения П.А. Абрасимов беседовали возле самолета с двумя офицерами, а когда я приблизился, представили мне майора Георгия Семеновича Морозкина, мужчину средних лет, и капитана Константина Ильича Доморада, которому на вид можно было дать лет двадцать.
— Товарищей сегодня днем принимал Пантелеймон Кондратьевич и ввел в курс дела, — сообщил Ганенко. — Оба подчинены вам. Капитан назначается вашим заместителем по разведке...."

"...В пути находились уже более двух часов. В иллюминаторы никто не смотрел — все равно в темени ничего не различишь. Рядом сидели Ганенко и Доморад.
— В тылу бывали? — поинтересовался я у офицера.
— Не приходилось. Впервые лечу.
— Волнуетесь?
— Очень волнуюсь, — откровенно признался капитан.
— Ничего, привыкнется..." (здесь, в разговоре, получается Доморад как настоящий разведчик и контрразведчик шифровался и скрыл, что в 1941-1942 гг. партизанил...)

"...ВНОВЬ СО СВОИМИ
До штаба бригады Гиль-Родионова — километров пятнадцать. Мой заместитель по разведке капитан Доморад и сопровождавшие его автоматчики-мотоциклисты давно уже должны оттуда вернуться, но их все нет и нет. Я прислушиваюсь к шуму леса — не донесется ли знакомое урчанье мотоциклов. Однако ни один посторонний звук не нарушает монотонного лесного говора. Волнуется и Иван Петрович Ганенко.
— Не случилось ли что? — высказываю я опасение за товарищей.
— Подождем, — ответил Ганенко, стараясь не выдавать своего волнения.
Домораду было поручено передать Гиль-Родионову, чтобы тот прибыл в штаб бригады «Железняк» на встречу с членами подпольного ЦК КП(б) Белоруссии И.П. Ганенко и Р.Н. Мачульским. Думалось всякое: может быть, вся эта затея с переходом «1-й русской национальной бригады» на сторону партизан — тонко задуманная провокация и наши товарищи погибли?
В полдень 22 августа со стороны леса послышался шум автомашины. Вскоре на дороге показался немецкий грузовик, в кузове которого находилось около десятка человек. Машина въехала в деревню и остановилась. Из кабины вышли капитан Доморад и два незнакомых нам офицера. За ними следовали пять автоматчиков в немецкой форме с красными нашивками на рукавах.
Первым к нам подошел высокий, стройный, сероглазый блондин лет тридцати семи, в черном кожаном пальто, фуражке командира Красной Армии, на которой виднелась новая пятиконечная звездочка, и начищенных до блеска сапогах. Сбоку у него висел в длинной деревянной кобуре маузер, на груди — крупный цейсовский бинокль.
— Гиль-Родионов Владимир Владимирович, командир бригады, — взяв руку под козырек, негромко отрекомендовался и тут же добавил: — Прошу извинить за опоздание. Счел своим долгом подготовить для Центрального Комитета партии необходимые документы.
Мы назвали себя, поздоровались. Иван Петрович пригласил всех сесть.
— То, что произошло 16 и 17 августа в бригаде, которой я командую, вы знаете, — начал Гиль-Родионов. — Я лично и мои подчиненные, офицеры и рядовые, — как те, у кого есть вина перед Родиной, так и те, у кого никакой вины нет, — полны решимости бороться с оккупантами в рядах белорусских партизан. В то же время нас волнует вопрос: простит ли нам Родина, что мы около года находились на стороне оккупантов?
— Сначала нам хотелось бы узнать, как вы, советский офицер, оказались по ту сторону баррикады? — спросил у Гиль-Родионова Ганенко. И тот подробно рассказал о себе.
— Война застала меня в должности начальника штаба 229-й стрелковой дивизии. В одном из боев в районе Толочин — Сенно я был ранен и захвачен в плен. Вместе с группой бойцов и командиров попал в сувалковский лагерь для военнопленных. Гитлеровцы пытали и истязали наших воинов, морили их голодом, по нескольку дней не давали воды. Когда узники были доведены до полного истощения и ежедневно от голодной смерти умирали сотни людей, в лагере стали все чаще появляться фашистские офицеры. Они нагло заявляли: «Всех вас ждет голодная смерть. Не хотите умереть — переходите на нашу сторону, помогайте великой Германии, создавайте «русскую освободительную армию» и идите воевать с большевиками. Германия оценит ваши старания».
Провокационные заявления советские воины встречали суровым молчанием.
Администрация лагеря стала применять к пленным еще более изощренные пытки и истязания. Голодная смерть безжалостно косила пленных. Те, у кого еще оставалось хоть немного сил, ежедневно снимали с лагерных нар и выносили из блоков сотни мертвецов — скелетов, обтянутых сухой желтой кожей.
В те дни у меня и зародилась мысль дать согласие на создание националистического формирования. Расчет был такой: вывести с собой из лагеря как можно больше пленных, скомплектовать из них бригаду (а может быть, и дивизию), получив от немцев вооружение и снаряжение, и при удобном случае перейти линию фронта и влиться в ряды действующей Красной Армии. О своем согласии на «службу» у гитлеровцев я сообщил германскому командованию. Вскоре я был назначен помощником коменданта сувалковского лагеря военнопленных от русской стороны. Фашисты прибавили к моей фамилии кличку «Родионов», и я стал официально именоваться Гиль-Родионовым.
Прежде чем создать бригаду, гитлеровцы потребовали от меня изложить в письменной форме цели формируемого «русского соединения». Я написал несколько пунктов «программы», которая была переделана в Берлине гитлеровцами на свой лад и стала политической программой так называемого «Боевого союза русских националистов», призванного, по замыслам фашистов, стать сильной антисоветской организацией.
— Как видите, — сказал Гиль-Родионов, — я предполагал одно, а получилось нечто совершенно противоположное. Прошу иметь в виду, что бы обо мне ни говорили, — я оказался на стороне врага не по политическим мотивам и не по малодушию. Хотел любой ценой спасти от гибели себя и многих наших военнопленных, но избрал для этого неправильный и не такой уж легкий, как мне сначала казалось, путь. Я готов нести ответственность за свое поведение и поведение моих подчиненных. Даю честное слово, что буду сражаться с гитлеровцами мужественно, до последней капли крови. — Он достал из внутреннего кармана кожаного пальто несколько страниц машинописного текста, передал их Ганенко и добавил: — Пожалуйста, познакомьтесь с этим документом. В нем дана оценка действиям моей бригады..."

"...В конце августа 1943 года капитан Доморад вылетел в Москву для доклада Центральному штабу партизанского движения и ЦК КП(б)Б всех материалов об истории возникновения «1-й русской национальной бригады» и обстоятельствах ее перехода на сторону партизан. Спустя несколько дней из Москвы возвратился Доморад и вручил мне и Ганенко, а также Гиль-Родионову письмо начальника ЦШПД П. К. Пономаренко, в котором были изложены указания о порядке дальнейших боевых действий партизанской бригады Гиль-Родионова. После этого мною были приняты меры по укреплению этой бригады кадрами. В ее подразделения было направлено большое количество коммунистов и комсомольцев, в том числе 12 политработников. Вначале обязанности комиссара бригады выполнял коммунист А. Костеневич, а затем комиссаром был назначен И. М. Тимчук, отозванный с согласия ЦК КП(б)Б с поста секретаря Логойского подпольного райкома партии. С помощью направленных в бригаду коммунистов и комсомольцев она вскоре стала сильной боевой единицей..."
________________________________

Константин Ильич Доморад также является автором книги:
Партийное подполье и партизанское движение в Минской области, 1941-1944
/ К. И. Доморад ; Под ред. И. М. Игнатенко; Акад. наук Беларуси, Ин-т истории
412, с. ил. 21 см Минск Навука i тэхнiка 1992
________________________________

Биография Доморада К.И. на белорусском языке - http://stardorlib.ucoz.ru/publ/istorija_starodorozhchiny/geroi_starodorozhchiny/domorad_konstantin_ilich/60-1-0-112

Перевод биографии Доморада К.И. на русский язык - http://forum.patriotcenter.ru/index.php?topic=69611.0

Мы вернулись в хату и стали расспрашивать фальшивого немца, что это за родионовцы и откуда они взялись. Немного успокоившись, он уже без заиканий сообщил, что в лагерях военнопленных был завербован в РОА («Русская освободительная армия»), в которую многие пошли, чтобы не умереть с голода зимой 41—42 годов. Так же, как «украинцев», немцы их обмундировали, вооружили и использовали для борьбы с партизанами в немецком тылу. На фронт не допускали, боясь их перехода на сторону своих.

... известный русскоязычный украинский пронацистский сайт "Райберт"