Форум Поисковых Движений

(https://i127.fastpic.org/big/2026/0224/c6/6764b7fc0c441c9173502384c22f06c6.jpeg) (https://fastpic.org/view/127/2026/0224/6764b7fc0c441c9173502384c22f06c6.jpeg.html)

ЕЛОХОВ Степан Гаврилович (1896-1944), командир хозяйственного взвода 444 Александрийского иптап, старший сержант.
Уроженец деревни Погост Рязанцевского сельского поселения Переславского района Ярославской области Российской Федерации. Русский.
Жена - Елохова Наталия Васильевна, проживавшая по адресу: РСФСР, Ярославская область, Переславский район, деревня Погост.
Призван 3 марта 1942 года Переславским РВК Ярославской области.
Участник Великой Отечественной войны с мая 1942 года на Карельском фронте как наводчик 5-й батареи 444 иптап.
Награждён орденом Красной Звезды (23.02.1943) и медалью "За боевые заслуги" (24.02.1944).
Убит 30 мая 1944 года при налёте авиации противника.
Ныне прах воина покоится в братской могиле села Пелиния Дрокиевского района Молдовы.

     Елохов. Много раз приводилось слышать эту фамилию. Я встретил её и в приказе о награждении особо отличившихся. Запомнилось лицо этого человека, запечатленное армейским фотографом. Елохов — лучший наводчик в полку, он имеет двенадцать благодарностей и награждён боевым орденом, он стреляет ночью, как днём, без промаха. И вот, наконец, мне довелось попасть на батарею, где служит Степан Гаврилович Елохов.
     Всегда опрятного, с великолепной выправкой бойца командир капитан Куприков заметил с первого же дня. Он вызвал его. Побеседовали. Оказалось, что у Елохова на фронте три сына — Леонид, Иван и Сергей.
     Елохов служил когда-то артиллеристом, но, как недавнего колхозного счетовода, его назначили писарем.
     Елохов показал себя на этой работе с самой лучшей стороны.
- Как дела? - спрашивал его командир.
- Всё в порядке.
- А дома?
- Благополучно.
     На Черном море сражался сын Елохова гвардеец Иван. Командир доставал из сумки свежие газеты и протягивал их писарю.
- Тут много о черноморцах. На досуге прочтите. И с товарищами поговорите о героях, о сыне тоже.
     Капитан недолго держал Елохова в канцелярии. Он видел, как исправно нёс свою службу старый солдат, по специальности наводчик, и отдал приказ о переводе сержанта в огневой расчёт.
     Прочёл писарь приказ, встал и, вытянув руки по швам, сказал:
- Буду служить Родине, как служил всегда. Спасибо, товарищ командир!
     Елохов после этого часами не отходил от орудий, изучал их, присматривался к работе людей, не стесняясь спрашивать самых молодых.
     Утром, придя к пушке и застав бойца за чисткой детали, он спрашивал его, как называется эта деталь и для чего она нужна. Боец думал, что наводчик проверяет его, и подробно рассказывал о значении детали. Но Елохов проверял не только бойца, а и самого себя.
     Скоро Елохов стал лучшим наводчиком на батарее и на новой позиции первым открыл боевой счёт. Вражеский дзот, который он взял на прицел, взлетел в воздух с двух выстрелов. Затем к этому дзоту прибавился ещё один, потом были поражены вражеская землянка, кухня. А ещё через некоторое время Елохову удалось накрыть огнём своего орудия целую группу гитлеровцев.
     Удачный выстрел прямой наводкой ночью явился бы для противника особенно чувствительным. Сержант поделился своей мыслью с командиром батареи.
- Раз вы подняли этот вопрос, - сказал командир, то у вас, вероятно, есть уже наготове какой-то план?
     Елохов ответил, что план у него, действительно, имеется, и сообщил его командиру.
- Действуйте! - ответил капитан.
     Днём Елохов ползал по переднему краю обороны, в бинокль высматривая участок, где закопался враг. Особенно долго лежал сержант в одном месте. Ушёл, но скоро опять туда вернулся. Он принёс с собой несколько колышков, воткнул их в землю, как вешки, затёсанной добела стороной к своим позициям, а передний из них расщепил в расщелину вставил палочку. Вешки показывали направление цели, палочка в расщелине - угол наводки.
     Ночью расчёт притащил сюда свою пушку. В темноте цели не было видно, но Елохов различал свои вешки. И, когда орудие было установлено, наводчик с уверенностью сказал:
- Готово.
     Командир скомандовал:
- Огонь!
     И снаряд лёг прямо в цель. Елохов назвал свои вешки «умеками». Скоро по таким «умекам» стали стрелять и другие расчёты.
     ...Цель найдена, орудие установлено. Люди заняли свои места. Наводчик Елохов приникает глазом к оптическому прибору.
- Вижу только кусты, - говорит он и приказывает принести ему маскировочный халат. — Поползу вырубать кусты.
- Но там минировано, - предупреждают его.
- А вы думаете, я не знаю? – отвечает сержант.
     Елохов скрывается в потемках. Медленно тянется время. Всем кажется: вот-вот с треском впереди разорвется мина.
     Наконец, вздох облегчения вырывается у артиллеристов. Елохов вернулся.
- Готово? - спрашивает командир.
- Как на ладони.
     И, не снимая маскировочного халата, Елохов берётся за рычаги.
- Огонь!
     Дзот перестал существовать.
     ...Степан Гаврилович Елохов нашёл на батарее земляка-ярославца, Александра Сергеевича Рожкова. Оказалось, что и Рожков — артиллерист, наводчик.
     Елохов упомянул о трёх своих сыновьях-фронтовиках. Прочитал несколько писем от них и из колхоза. Рожков достал из кармана фотографию жены и детей. Поговорив о деревне, о семье, перешли на фронтовые темы. Елохов рассказал, как учит он молодёжь, как помогает командиру.
     Но не только об артиллерийских делах говорят с молодыми бывалые солдаты Елохов и Рожков. Слушая их рассказ о жестокости и подлости гитлеровцев, молодые артиллеристы сжимают кулаки, и нередко беседа прерывается возгласами:
- А у меня мать сейчас у немцев в неволе!
- Эх, кабы мне на Украину!
     Бывалый солдат знает дорогу к сердцу любого бойца.
     ...Тихо в землянке. Артиллеристы отдыхают. Но не спится сержанту Елохову. Много месяцев он в Карелии, а не привык ещё к белым ночам. Степан Гаврилович достает пачку писем, несколько листков чистой бумаги и выходит из землянки. Он садится за дощатый столик, перечитывает письма из деревни и с фронтов от сыновей, пишет ответы…
     Из лощины ползет туман. Прохладно. Елохов не чувствует этого. Он пишет одно письмо за другим и уходит в землянку лишь тогда, когда замечает, что восток уже заалел. На заре он заснёт, но не надолго. Командир дал ему новое поручение, и нужно утром, до завтрака, подумать о том, как выполнить его наилучшим образом...

Из книги Вильница И. Е. "Жизнь и любовь":
"...Несколько слов о героизме. По моим наблюдениям, героические поступки совершают иногда в состоянии эйфории или под влиянием алкоголя, но чаще в критические минуты опасности: когда либо ты, либо тебя. В нашей части героем был пожилой сержант — наводчик орудия Елохов. Когда на его позицию шёл немецкий танк, он, спасая себя, успевал выстрелить первым, и, таким образом, на его счету было шесть подбитых танков. Конечно, он имел самообладание и как охотник, зоркий глаз, но, право, в момент выстрела он думал не о патриотизме, а о собственной жизни. В конце войны, чтобы сохранить жизнь героя, его перевели в тыл полка заведовать продовольственным складом. Однажды, в спокойной обстановке, он поехал за продуктами во фронтовую тыловую базу, в  60 км. от передовых позиций. В небе барражировал немецкий самолет-разведчик, который напал на беззащитную машину. Елохов погиб от первой же пулемётной очереди, а водителя машины даже не задело. Судьба?!"

Из фронтового дневника начальника химической службы 444 иптап/444 лап капитана Самсонова:
"...Первое время население нас сторонилось и убегало при встрече с нами. Но когда на другой день мы хоронили погибшего при выезде из Цыганешти от пулемётного обстрела немецкого самолёта бойца Елохова, то пожилые старушки охотно собрались на похороны и плакали, когда мы опускали гроб в могилу. Они поняли мою надгробную речь по жестам и интонации. Две старушки подошли ко мне и предложили буханку хлеба, но, не поняв, в чём дело, отказался. После я узнал, что по обычаям молдаван и румын на гроб покойному кладётся буханка хлеба, и уже потом могила засыпается землёй. Был июнь месяц..."