2 апреля, 10:35
Один из многих тысяч
Альберт АДЫЛОВ
Родственники солдата Великой Отечественной посетили место его последнего боя
Говорят, что война не окончена, пока не похоронен последний погибший на ней солдат. Но даже достойно погребённые бойцы иногда «теряются»: возникают противоречия в документах о том, где именно лежит павший солдат, или родственники вообще бывают не в курсе, где искать такое захоронение. Навеки оставшемуся 34-летним Николаю Цикурову в этом смысле, можно сказать, повезло: память о нём за 65 лет, прошедших со дня гибели в боях за Восточную Пруссию, в вечность не канула.
О воине, погибшем в марте 1945 года при ликвидации так называемого Хайльсбергского котла – окружённых частей немецко-фашистской 4-й армии, все эти годы помнила его семья, сейчас живущая на Украине, в Киеве: жена Мария Алексеевна, ушедшая из жизни в 1996-м, сын Леонид, ныне 72-летний. Хранила память сложившего голову за Отечество предка и совсем молодая поросль династии – именно правнук Никита Ковальчук нашёл на одном их сайтов поисковых организаций родную фамилию. На семейном совете постановили – ехать в Калининград, где 20 лет назад безуспешно искал следы погибшего красноармейца другой его сын – Вячеслав. Им удалось списаться с местными поисковиками, активистами патриотической работы, и вот 26 марта Леонид Цикуров и Никита Ковальчук прибыли в наш регион. Встречал их здесь исполнительный директор Ассоциации поисковых отрядов «Память» Александр Будаев, а принимало областное управление федеральной службы исполнения наказаний – и не случайно.
Оказывается, уроженец Донбасса после прохождения срочной службы учился в Центральной школе НКВД в Москве, затем – в харьковской школе ГУЛАГ, после чего в 1937 году был назначен заместителем начальника части общего снабжения управления лесных пенитенциарных учреждений, дислоцировавшихся в посёлке у месторождения оловянных руд «Карадуб» (ныне это Облученский район Еврейской автономной области Хабаровского края). Рассказывает историк правоохранительных органов Юрий Ржевцев:
- Несмотря на достаточно высокую должность в уголовно-исполнительной системе, Цикуров не являлся офицером спецслужб – он в соответствии с полученным образованием был гражданским финансовым работником. Поэтому и петлицы у него на фотографиях тех лет «чистые» - без каких-либо знаков различия. На ведомственном арго это называлось «сотрудник без звания». И именно поэтому призван он был 8 февраля 1942 года рядовым красноармейцем, и не в СМЕРШ, пограничные или внутренние войска, а в пехоту.
По семейному преданию, Николай Фёдорович участвовал в боях под Ленинградом, был ранен и контужен. Вероятно, после госпиталя был определён стрелком 1231-го стрелкового Неманского полка 371-й стрелковой Витебской Краснознамённой ордена Суворова дивизии 65-го стрелкового Ковенского Краснознаменного корпуса 5-й армии 3-го Белорусского фронта. 5-я была одной из армий, уничтожавшей окружённую группировку гитлеровцев на полуострове Бальга. Как пишет в своей книге «Хроники штурма Пиллау» историк Сергей Якимов, разбитые немецкие части «на рыболовных судах, лодках, сбитых из досок и брёвен, плотах и армейских понтонах… пытались переправиться в Пиллау и на косу Фрише-Нерунг, вдоль которой были выставлены заградительные отряды, собиравшие солдат на сборные пункты, откуда офицеры штаба парашютно-танкового корпуса «Герман Геринг» отправляли их вглубь Земландского полуострова, «чтобы тот страшный вид, который представляет собой разгромленная армия, не повлиял на сознание населения и войск»… К концу марта в руках неприятеля оставалась лишь прибрежная полоска, которая, подобно шагреневой коже, уменьшалась на сотню-другую метров в день…»
Группировка была ликвидирована 29 марта, а днём раньше красноармеец Николай Цикуров погиб в боях за полуостров. В похоронке место гибели было обозначено так: «к. Балга». Что значило это самое «к.» - сейчас можно только догадываться. А похоронили его согласно тому же документу «западнее 400 м д. Волитто». Здесь-то и возникает коллизия: в этом месте было два населённых пункта с похожими названиями – Волиттник и Волитта. Если речь идёт о Волиттнике (ныне Приморское Багратионовского района), то прах оттуда, скорее всего, покоится в братской могиле посёлка Пятидорожное. Относительно же «снятой с учёта» (был такой термин, применявшийся к переставшим существовать населённым пунктам) Волитты есть глухие сведения о существовании там не обозначенного ни в каких документах братского захоронения, и здесь есть над чем поработать поисковым отрядам.
Леонид Цикуров и Никита Ковальчук торжественно передали фотографии своего родственника-героя музею УФСИН на улице Александра Невского. Принимавший их старший инспектор отдела кадров и работы с личным составом майор внутренней службы Александр Кигим говорит:
- Такие сотрудники, как Николай Цикуров, – гордость нашей службы: и в системе работал достойно, и в лихую годину на фронте долг свой выполнил до конца…
А в субботу, 27 марта, гости из Киева посетили места, где погиб за Родину их отец и прадед. Особенно волнительно это было для Никиты, которому в пятницу исполнился 21 год: чувствовалось, что эту поездку в Калининград он никогда не забудет…
