Перейти в ОБД "Мемориал" »

Форум Поисковых Движений

Пожалуйста, войдите или зарегистрируйтесь.

Войти
Расширенный поиск  

Новости:

Автор Тема: Павшие из Раменского и Бронницкого районов Московской области  (Прочитано 152774 раз)

Геннадий Кушелев

  • Кушелев Геннадий Юрьевич
  • Эксперт
  • Участник
  • *****
  • Оффлайн Оффлайн
  • Сообщений: 10 865
  • Skype: g_kushelev
Это где синий карандаш?
Яволь! Так точно!
В моём прочтении и переводе:
"12.07.1942 г. из "цвайлагеря" сбежал.
 17.08.1942 при попытке задержания жандармерией Хоензальца расстрелян".
Записан
С уважением,
Геннадий
Буду благодарен за информацию о побегах советских военнопленных
Suche alles über Fluchtversuche von russischen Kriegsgefangenen

Warwara

  • Эксперт
  • Участник
  • *****
  • Оффлайн Оффлайн
  • Сообщений: 5 455
  • Варвара Леонидовна

 17.08.1942 при попытке задержания жандармерией Хоензальца расстрелян".
Слова "попытка" там нет.
Записан
С уважением, Варвара
---------------------------------------
При использовании информации данного сайта ссылки на соответствующую страницу и автора обязательны

рамспас

  • Эксперт
  • Участник
  • *****
  • Оффлайн Оффлайн
  • Сообщений: 806
  • Горбачев Александр Васильевич
Уважаемый Александр Васильевич!
Вы пишете: "Спасибо, исправляю. 14483 чел.". Данная цифра - утверждённый 05.04.1941 штат № 04/400 стрелковой дивизии "военного времени", по которому 153-ю развернуть, конечно, не успели...
Далее позволю себе исправить небольшую неточность в Вашем рассказе о Сергее Валове. Вы пишете: "...служил в Беломорской военной флотилии на пароходе "Родина"... ". Пароход "Родина" до своей трагической гибели принадлежал Северному государственному морскому пароходству Народного Комиссариата Морского Флота Союза ССР, а в состав Беломорской военной флотилии Северного флота не мобилизовывался. Но на нём была военная команда, сотоящая из моряков именно БВФ, официально числившихся на этом пароходе "в длительной командировке".
Кстати, трагедия "Родины", на которой погиб Ваш земляк Сергей Валов мне хорошо знакома по архивным документам, так как несколько лет назад я специально консультировал экспедицию группы российских дайверов на это судно (о чём есть запись в справке обо мне на нашем Форуме - http://forum.patriotcenter.ru/index.php?topic=4581.15 - "Являлся научным консультантом экспедиций на подводные лодки Л-24, М-97, С-8, С-10, Щ-212, транспорт «Родина»..."). Имя "Родины" есть на открытом в Исландии при моём опять же консультативном участии (но, увы, без меня лично - страна НАТО "со всеми вытекащими":) ) памятнике всем кораблям и судам, погибшим в "Полярных конвоях".
С уважением - К.Б.Стрельбицкий

Спасибо, Константин Борисович! Собственно то, что выкладываю материалы здесь и позволяет получить уточнения и исправления ошибок специалистами Вашего уровня.
В личной переписке просьба как бы обязывает, а здесь комментарии тех, кто посчитал ошибку существенной и сам ее прокомментировал.
Записан
С уважением, А. Горбачев

рамспас

  • Эксперт
  • Участник
  • *****
  • Оффлайн Оффлайн
  • Сообщений: 806
  • Горбачев Александр Васильевич
РамСпас поиск. Возвращение

ЗАПОЛЯРЬЕ. ВЫСОТА 258.3

Красноармеец Заливанов (Заливнов) Виктор Семенович, 1920 г.р., стрелок 205 стрелкового полка 52 стрелковой дивизии. Погиб 1 августа 1941 г. на высоте 258,3. Призван Раменским РВК из д. Рыбаки. Время призыва неизвестно, но в донесении о безвозвратных потерях указано «кадровый», значит был призван до войны. В донесении его фамилия записана «Заливанов», возможно это правильно, но согласно Книге памяти Московской области (т.22-I) из Рыбаков призывались бойцы с фамилией Заливнов, поэтому можно предположить, что и его фамилия звучала именно так. С ошибками писарей приходится сталкиваться довольно часто. в Книге памяти сведений о нем нет.
205 стрелковый полк был сформирован в 1935 г. в составе 52 стрелковой дивизии в Ярославле. В сентябре 1939 он участвовал в боевых действиях в Западной Белоруссии и Западной Украине. За образцовое выполнение боевых заданий командования награжден орденом Красного знамени. Заливанов мог в этих операциях участвовать, т.к. в 1939 г. призывной возраст составлял 19 лет и, скорее всего, он уже служил.
В декабре 39-го дивизия была передислоцирована в Мурманск. Земляки наши защищали Отечество на всех фронтах и флотах. Заливанову выпало воевать и погибнуть в Заполярье, на Кольском полуострове.
Война в Заполярье значительно отличалась от боевых действий на западной границе. Ландшафт Кольского полуострова довольно своеобразен. По его территории протекает около 21 тыс. рек, здесь находится свыше ста тысяч озер и около 13 тыс. болот. В северной части полуострова изобилуют сопки и лощины, покрытые редкой растительностью, мхом и лишайником. Характер местности не позволил немцам применить излюбленные рассекающие танковые удары и в основном бои велись вдоль полевой дороги на Мурманск. Первый удар немецкого горно-стрелкового корпуса «Норвегия», нанесенный 29 июня 1941, прикрывавшие это направление советские части не выдержали и отступили. Им в помощь выдвинулась 52 дивизия. Закрепившись на новых рубежах наши войска, ведя напряженные бои, в Мурманск и главную базу Северного флота — Полярный врага не пустили.
Одним из мест таких боев и была высота 258,3. Заполярье не средняя полоса и ориентиров в виде населенных пунктов здесь нет. Привязать эту высоту не к чему, кроме федеральной трассы «Кола». Высота 258.3 расположена в 2-х км справа от 1462,5 километра трассы. На современных картах ее нет, но есть на найденной карте 1941 г. с положением частей по состоянию на 10.07.41.



Так что же за бои были за эту высоту? Вернемся к началу участия в боевых действиях 205 полка, т.к. это и есть военная судьба красноармейца Заливанова. Первым принял бой первый батальон полка на 58-м километре Мишаковской дороги к перевалу на реке Западная Лица Для обеспечения прорыва враг бросил 30 самолетов, которые подвергли позиции батальона яростной бомбардировке и пулеметному обстрелу. Тем временем главные силы полка, также неся потери от вражеской авиации, выдвинулись в район боя и заняли оборону на выгодном рубеже. Атаки немцев следовали одна за другой. Дело доходило до рукопашных. Как правило, победителями выходили наши бойцы, но их становилось все меньше. В этих условиях командующий армией дал разрешение на отход. Взорвав мост на реке Титовка, полк под бомбежками противника отошел на правый берег реки Западная Лица.
Это был рубеж, за которым открывался путь на Мурманск. Сопротивление 52-й дивизии нарастало, да и немцы, двигаясь по безлюдной каменистой тундре, основательно выдохлись. Их наступление было остановлено недалеко от реки Западная Лица, т.к. форсировать водную преграду сходу врагу не удалось.
В первых числах июля немецкие егеря наступление возобновили. В течение одного дня были отбиты несколько атак противника и он снова взял передышку и подтянул вторые эшелоны. В дальнейшем ожесточенные бои продолжались здесь весь июль. Враг отчаянно пытался форсировать реку. На главном направлении это ему не удалось, но егеря захватили небольшой плацдарм на восточном берегу Западной Лицы — на левом фланге 52-й дивизии.
На захваченных рыбачьих и собственных надувных лодках немцы форсировали губу реки Большая Западная Лица, высадились в её южном конце и стали углубляться в направлении на юго-восток. Это была угроза прорыва гитлеровцев к Мурманску, до него оставалось 50-60 км.
В те дни и появились названия «Чёртов перевал», «Долина смерти», «Высота Неприступная» — места, где в непрерывных ожесточённых боях обе стороны несли большие потери. В ходе этих боев дивизии немецкого горнострелкового корпуса были обескровлены и наступление снова застопорилось. К Мурманску враг не прорвался.
Бои 205-го полка за перевал и в «долине смерти» дали возможность полкам дивизии занять оборону на выгодных высотах и организованно встретить натиск противника. На этом рубеже гитлеровцы понесли большие потери и прекратили наступательные бои.
1 августа – это день начала неудачной попытки наступления наших дивизий и день гибели красноармейца Заливанова на высоте 258,3.
Эти дни описаны в книге «У хладных скал» бывшего командира 52-й дивизии генерал-майора Г.А. Вещезерского.



Первоначально высота 258,3 была взята егерями 13 июля. Это случилось после прорыва обороны 112 полка, который был правофланговым в обороне дивизии. Захватив высоту 274,0 немцы повернули на юг к высоте 258,3 и уже ночью она была в их руках.
Далее позиции частей практически не менялись. Дивизия готовила приказ на оборону, но тут в ее расположение прибыл начальник разведотдела штаба армии. Он стал убеждать, что немцы отходят. Сослался при этом на донесения летчиков, которые якобы два дня подряд наблюдали в тылу горного корпуса колонны автомобилей, уходящие на запад. «Бывают люди, которые считают, что высокий пост делает их необыкновенно проницательными», - так вспоминал об этом комдив Вещезерский. Но разведка убедила в этом и командование армии, в связи с чем на 1 августа было назначено наступление наших войск.
Полки получили небольшое пополнение и довели стрелковые роты до половины их штатной численности. Однако командиров по-прежнему не хватало, взводами нередко командовали сержанты.
Передний край противника был занят плотно, без существенных разрывов, поэтому было принято решение атаковать его в лоб на участке 58-го полка, соседа 205-го полка справа.
Сам же 205 полк должен был наступать на высоту 258.3. Штаб дивизии разместился на высоте 314,9 в районе 58 полка.
1 августа выдался ясный, солнечный день. Были ясно видны восточные склоны хребта, занятого немецкими егерями. После авиаудара наступление началось.
С КП дивизии действия 205 полка не были видны, но то, что видел и описал командир дивизии можно отнести ко всем наступающим батальонам и их бойцам.
«Лишь через час после артподготовки мы увидели наконец пехоту 58-го полка близ рубежа атаки. Всего несколько разрозненных группок. Среди разрывов мин, под гул пулеметных очередей, которые разносились далеко окрест горным эхом, солдаты то ползком, то короткими перебежками продвигались к переднему краю противника. Вражеские егеря засели на высоком скалистом обрыве, который проходил почти вдоль всего хребта. Я долго наблюдал за двумя группками по четыре-пять человек. Их смелость и мужество, казалось, не знали предела. Вот бойцы приблизились к обрыву. С вершины хребта на них летят десятки ручных гранат. Пули, ударяясь о гранит, вспыхивают яркими блестками. Один храбрец пополз по скале, по какой-то незаметной ложбинке. Он бросает вверх гранату, вторую и наконец стремительно прыгает в неприятельский окоп. За смельчаком устремляются вперед другие. Кто они, эти герои? Несмотря на все усилия, предпринятые штабом после боя, нам так и не удалось узнать их имена».
И все же донесения из полков общего оптимизма не вселяли. Начальник штаба 205 полка также доложил, что батальон Тихомирова уткнулся в проволочное заграждение и окапывается. В этом бою за высоту 258.3 и погиб Виктор Заливанов. Возможно в составе этого батальона.



Наступление не состоялось и вплоть до 1944 г. позиции сторон практически не менялись. Бои за высоту 258.3 велись и в дальнейшем. Она переходила из рук в руки и на ее склонах покоятся останки более тысячи солдат и офицеров.
В декабре 1941-го года за героизм личного состава 52 стрелковая дивизия была преобразована в 10-ю гвардейскую стрелковую дивизию, а 205-й полк получил название 24 гвардейский стрелковый Краснознаменный полк.
Но красноармеец Заливанов до этого дня не дожил. Его жизнь в числе тех, кому полк обязан этим высоким званием.
Погибшие на высоте 258.3 морские пехотинцы и воины 52-й дивизии были оставлены на поле боя. Останки собирались поисковиками во главе с Л.В. Журиным в 1980 г. и были похоронены на вершине. В 1987 году на захоронении открыт памятный знак.
В конце 80-х захоронение было осквернено вандалами, в связи с чем его перенесли в Долину Славы на Мемориальный комплекс воинам, погибшим при защите Заполярья в 1941-1945 годах. Находится комплекс справа на 1457,5 километре федеральной трассы «Кола» (М-18). На воинском кладбище мемориала похоронено около 3 тыс. воинов, но пока фамилии Заливанова там нет. Как павший за Отечестве в Заполярье он будет увековечен в Долине Славы к октябрю 2011 г.

РамСпас благодарит Орешету Михаила Григорьевича, директора Мурманского областного Центра гражданского и патриотического воспитания молодежи за предоставленную информацию и помощь в увековечивании имени погибшего солдата.

Особая благодарность за дополнительно высланные фото захоронения останков павших воинов на высоте 258,3 в 1987 г.













« Последнее редактирование: 16 Сентября 2011, 15:39:42 от рамспас »
Записан
С уважением, А. Горбачев

рамспас

  • Эксперт
  • Участник
  • *****
  • Оффлайн Оффлайн
  • Сообщений: 806
  • Горбачев Александр Васильевич
РамСпас поиск. Возвращение.

ОПОЛЧЕНЕЦ ЛЮСИН. ОДИН ДЕНЬ ВОЙНЫ

Красноармеец Люсин Василий Никифорович, 1901 г.р., житель д. Кузяево. Солдат 2-го стрелкового полка 5-й дивизии народного ополчения Фрунзенского района Москвы.
В Книге памяти (т.22-I) из его личных данных есть только место и год рождения, д. Кузяево, 1902г. В карте пленного дата рождения - 24.12.1901, видимо это правильная дата, т.к. карты заполнялись либо самим пленным, либо с его слов.
Числится пропавшим без вести в ноябре 1941-го. Умер в плену в 1942-м.
В результате поиска в объединенной базе данных (ОБД) Мемориал удалось найти донесение о безвозвратных потерях 113 стрелковой дивизии, где есть сведения, что красноармеец Люсин В.Н. пропал без вести в октябре 1941г. Есть и список РВК о солдатах, с кем за годы войны связь была утеряна. В списке указано, что последнее письмо от Люсина получено 27 сентября 1941-го и его обратный адрес - ППС 932, 2 стрелковый полк. По «Справочнику полевых почтовых станций РККА в 1941-1945 гг» этот номер ППС был закреплен за 5-й Московской стрелковой дивизией народного ополчения (МСДНО) Фрунзенского района, впоследствии ставшей 113 стрелковой дивизией.
В найденных документах пленного Люсина указана дата его пленения – 3 октября 41-го. Чтобы разобраться где и при каких обстоятельствах Люсин попал в плен, вернемся к созданию 5 МСДНО и ее участию в боях. При этом я не ставлю задачей рассматривать или оценивать общую обстановку на этом участке фронта. Моя цель – восстановить военную судьбу солдата.
Дивизия Фрунзенского района Москвы формировалась в Московском государственном педагогическом институте иностранных языков (Метростроевская ул. д. 38). В июле 1941 года сюда пришли добровольцы - рабочие, инженеры, служащие различных организаций и предприятий, преподаватели и студенты нескольких ВУЗов Москвы. Запись добровольцев началась сразу же после митинга, состоявшегося 4 июля в МГПИ.
Скорее всего одним из них был и Василий Люсин. 
Дальнейший путь дивизии описан в книге «Люди Русского Сопротивления» Н.В. Минаевой, доктора исторических наук, профессора русской истории, дочери ополченца 5 МСДНО.
Командиром дивизии был назначен генерал-майор И.А. Пресняков, всего же кадровых командиров насчитывалось 70-80 человек. Остальные назначались из ополченцев. Уже с 9 июля развернулась боевая учеба дивизии.



Вскоре ее перебросили в район Боровска. 30 июля ополченцы приняли присягу, а через два дня были переброшены в район Спас-Деменска и Кирова. Здесь, в деревне Тишнева, 12-13 августа дивизии и её полкам вручили боевые знамена. 30 сентября дивизия, но теперь уже как 113-я стрелковая, была переброшена к реке Десна. 2-й полк стал 1290-м.
2 октября немцы перешли в наступление и форсировали Десну. Им удалось смять войска первого эшелона и навалиться всеми своими силами на ополченские дивизии, в том числе и на бывшую Фрунзенскую.
Вот как описал впоследствии первое сражение ополченцев Фрунзенского района майор М. Е. Агапов, в то время командир 972 артиллерийского полка 113 дивизии: «2 октября 1941 г. в 6 часов утра противник открыл сильный артиллерийский и минометный огонь. Для всех стало ясно, что фашисты начали артиллерийскую подготовку, всегда предшествующую наступлению. К 10 часам артиллерия 1-го эшелона наших войск была подавлена и прекратила ответный огонь, а примерно к 11 часам фашистские войска подошли к переднему краю обороны ополченской дивизии. Открыла огонь наша артиллерия, послышались первые длинные очереди пулеметов, ружейные залпы и одиночные выстрелы. Завязался жестокий длительный бой.
Это сражение стало для ополченцев серьезнейшим испытанием, и они его с честью выдержали. Недостатки в боевой подготовке восполнялись их высоким патриотизмом и храбростью.
Фашисты обрушили на их дивизию силу своей военной техники. Они засыпали позиции минами и артиллерийскими снарядами. Не давая подняться, резали огнем из автоматов. Танки, двигаясь мощными колоннами, давили людей и орудия. Фашистская авиация числом до 50 самолетов, чувствуя свое абсолютное господство в воздухе, снижалась над нашими частями, покрывая все пространство пулеметными очередями и снарядами из малокалиберных пушек.
Противнику удалось захватить населенные пункты Новоселье, Семирево и высоту №229. Но ополченцы, контратакуя противника, выбили его из населенных пунктов».

В ночь с 3 на 4 октября попал в плен отец автора книги. В этих же боях 3 октября попал в плен и боец Люсин. Всего один день выпало ему сражаться с оружием в руках, а далее месяцы неволи, унижений, издевательств, рабского труда и безвестная смерть.
Дивизия же продолжила свой скорбный путь. После этих боев в ее составе осталось порядка 2 тыс. человек. Она оказалась в Вяземском котле, в который попали четыре наши армии. В нем погибли, были искалечены, попали в плен сотни тысяч бойцов, в том числе ополченцев - рабочих, служащих, студентов, аспирантов и профессоров московских ВУЗов.
Так вспоминал о гибели 113-й дивизии ее боец Гордон А.Е.:
«Вначале нам необходимо было пересечь проходившее неподалеку Варшавское шоссе, теперь уже занятое немцами. ... При подходе к шоссе нас поддержали огнем несколько установок "Катюш" … Мы были ошеломлены этой неожиданной поддержкой. Еще более неожиданной она оказалась, по-видимому, для немцев. Движение по шоссе на некоторое время прекратилось, и нам удалось беспрепятственно его пересечь.
В оставшееся ночное время мы смогли продвинуться на восток на 10-15 км и сосредоточились в лесу в районе станции и деревни Чепляевка. ... Вдоль опушки леса, в котором мы расположились, тянулась грунтовая дорога. К вечеру на ней появилась колонна бронетранспортеров, автомашин с пехотой и небольшая группа легких танков. Когда головная машина приблизилась к опушке леса, мы с удивлением обнаружили на ней красный флаг. Потом, присмотревшись, разглядели в центре его круг со свастикой. Появление противника застало нас врасплох. Единственным укрытием стали стволы деревьев. Времени на то, чтобы вырыть хотя бы индивидуальные окопчики, не было. Генерал Пресняков подал команду: «Приготовиться к бою, но огня без команды не открывать!». Когда противник приблизился к лесу, многие бойцы не выдержали и открыли беспорядочную стрельбу. Немцы от неожиданности остановились. В их колонне все смешалось, отдельные машины с пехотой выскочили вперед, но затем, преодолев замешательство, колонна развернулась. Танки и бронетранспортеры двинулись к лесу, ведя на ходу огонь, в том числе и разрывными пулями, которые, пролетая над нашими головами, разрывались потом даже от легкого соприкосновения с листвой деревьев. Создавалось впечатление полного окружения.
Поднялась паника, которую с трудом удалось остановить. При этом много бойцов и особенно командиров и политработников погибло. Во время этого боя мы потеряли также остатки артиллерии, все автомашины и лошадей. С наступлением темноты гитлеровцы прекратили попытки смять нашу оборону. Трудно определить наши потери. Они были огромны. Из примерно 2 тыс. человек способными передвигаться остались не более 300-350.
Как выяснилось уже после войны, генерал Пресняков и комиссар Антропов были тяжело ранены и попали в плен. Там они и погибли. Вспоминаю, какую тревогу вызвала у нас судьба тяжелораненых. Всех подававших признаки жизни мы взяли с собой, несли их на самодельных носилках, а затем оставляли в деревнях на попечение местных жителей. Другого выхода не было.
Нашу группу после боя у Чапляевки возглавил полковой комиссар Клобуков. По глухим тропам, чаще всего в ночное время мы двигались на восток. Приходилось ориентироваться на советы местных жителей о наиболее удобном и безопасном маршруте движения к Москве. Через несколько ночных переходов мы вышли к реке Угра южнее Юхнова. Там мы столкнулись с подразделением немецких солдат. Вести бой мы были не в состоянии, так как у нас не было даже патронов. Гитлеровцы взяли нас в кольцо и погнали по Варшавскому шоссе в Юхнов. Таким образом, остатки центральной группы частей нашей 113-й дивизии Фрунзенского района Москвы перестали существовать как воинские подразделения».
Так воевала и погибала дивизия московских ополченцев. Так погибали другие дивизии.
Офицер из штаба 8-го АК немцев так передал свои впечатления в отчете для своего командования после ликвидации котла: «...Наступил мороз и выпал первый снег. Бесконечные потоки русских пленных шли по автостраде на запад. Полны ужаса были трупные поля у очагов последних боев. Везде стояли массы оседланных лошадей, валялось имущество, пушки, танки…».
Но даже враг, командование группы армий «Юг», вынуждено было признать: «Силы, которые нам противостоят, являются по большей части решительной массой, которая в упорстве ведения войны представляет собой нечто совершенно новое по сравнению с нашими бывшими противниками. Мы вынуждены признать, что Красная Армия является очень серьезным противником... Русская пехота проявила неслыханное упорство прежде всего в обороне стационарных укрепленных сооружений. Даже в случае падения всех соседних сооружений некоторые доты, призываемые сдаться, держались до последнего человека».
Погибшая же 113 дивизия впоследствии в Боровске была переформирована и с боями дошла до Австрии, получила звание «Приднепровской», стала Краснознаменной.

Но дальнейшая судьба нашего земляка Василия Люсина – лагеря для военнопленных в Германии. На него сначала была найдена «зеленая карточка». Эти карточки регистрации были введены 2 июля 1941 года распоряжением Верховного командования вермахта (ОКВ) «Сообщения о русских военнопленных в ВАСт» (нем.: WASt – Справочная служба вермахта).




Согласно этого распоряжения все управления военного плена должны были проводить обязательную регистрацию русских пленных в лагерях вермахта. Предназначенные для этого карточки были зелёного цвета, поэтому их и называют «зеленые карточки регистрации». На карточке ставился штемпель с номером лагеря и датой поступления. Если военнопленного переводили в другой лагерь, указывалось число убытия. Такие карточки заводились в каждом из лагерей, куда военнопленный поступал.
Установить судьбу пленного только по зеленой карточке довольно сложно. В ней был отражен период его пребывания только в одном лагере, если же он проходил несколько лагерей, нужно иметь карточки всех этих лагерей, что не всегда возможно, т.к. многие документы были просто уничтожены. 
Что же рассказывает о судьбе Люсина зеленая карточка? Указаны фамилия и место рождения, что до войны был бухгалтером, что он солдат 2-го пехотного (стрелкового) полка и в плен попал 3 октября 1941 года. Указано имя отца – Никифор, а вот в графе «фамилия матери» запись неразборчива. Ее можно прочитать и «Малагина» и «Манагина», возможно это девичья фамилия матери.
Есть запись, что в шталаг IIID (значит карточка этого лагеря) он поступил 29 ноября 41-го, а лагерный номер «142513» получил ранее в шталаге IVB (Mülberg), где и прошел первичную регистрацию в качестве военнопленного на территории рейха.
На карточке уже при послевоенной обработке была сделана запись, что Люсин умер в марте 42-го. Но вот далее… В графе для записи об убытии из лагеря дата стоит, но, как оказалось, к убытию она отношения не имеет. Специалисты форума поисковых движений предположили, что там проставлена дата регистрации карточки в WASt, а шталаг IIID и был последним лагерем Люсина.
Более полные ответы на возникшие вопросы могла дать персональная карта пленного №1 (ПКI), которая должна была заполняться на каждого советского военнопленного и которая сопровождала его по всем лагерям. Правда, соблюдалось это только на территории рейха.
Сейчас, обнаружив такую карту, мы можем узнать тип, номер и часто «географическое» название лагеря, где пленный был. В ней были его личные данные, сведения о перемещениях в другие лагеря и рабочие команды, дата смерти (иногда причина) и место захоронения. Есть и другие сведения. Карта всегда требует тщательного исследования, т.к. пропущенные штамп или запись могут иметь важнейшее значение в определении судьбы пленного.
Сведения о документах, которые на пленных оформлялись, можно получить на сайте Центра документации Объединения Саксонские мемориалы по ссылкам внутри сайта «Граждане СССР», «Военнопленные», «Документы». Много информации можно найти и на Форуме Поисковых Движений.




Но продолжим. ПКI на Люсина тоже была найдена, но не сразу. В ней он записан как Люсик, а не Люсин (в конце «к»). Искажение фамилии явление нередкое, а, например, поисковая система ОБД Мемориал похожие варианты не предлагает. Поэтому тем, кто ищет архивные документы самостоятельно, следует набирать фамилию в разных вариантах ее искажения и возможно это даст результат.
Остальные личные данные совпадают полностью, включая лагерный номер. Правда есть и еще одно несовпадение. Датой смерти указано 29 мая 42-го и запись также сделана переводчиком. Видимо есть и другие источники информации о Люсине. Кстати в списки Центра документации Объединения Саксонские мемориалы Люсин и Люсик внесены как два разных человека.
В обеих картах датой пленения Люсина указано 3 октября 41-го. В ПК1 местом пленения определен «Смоленск. Киров», но эти сведения относительны, да и города эти одной войсковой операцией не связаны. Возможно подразумевалось «Киров, Смоленской обл.», куда до 1944г. Киров входил. Думаю наше предположение о месте пленения, сделанное выше, более достоверно.
Люсин был зарегистрирован и получил лагерный номер «142513» в шталаге IVB (Mülberg). Его путь до этого лагеря неизвестен, но, как правило, взятые в плен сначала конвоировались в наспех создаваемые сборные пункты, там из них комплектовались колонны, которые направлялись на корпусные и армейские сборные пункты. Иногда количество пленных на этих сборных пунктах было таким, что по нескольку дней они не получали ни пищи, ни воды. Эти пункты просто не оборудовались как лагеря. Затем их отправляли во фронтовые (пересыльные) дулаги, а потом они уже попадали в стационарные лагеря.
Скорее всего путь Люсина в шталаг IVB был именно таким. Из него 13.11.41 он был отправлен в шталаг IIIC транзитом через шталаг IIIB.
08.12.41 из шталага IIIC отправлен в шталаг IIID. Это был уже его четвертый лагерь.
Еще ранее, с 27.11.41 он направлялся в рабочую команду Мариенфельде (Marienfelde, Berlin). К какому из лагерей, IIIC или IIID, она относилась - неизвестно.
В феврале 1942 г. Люсин переводится в команду без указания места дислокации Kdo 46 Drei. Затем еще две рабочие команды №№ 361 и 362. Последняя дата перевода - 23.04.42. Значит дата его смерти 29 мая 42-го более вероятна. То что она не указана немцами позволяет предположить, что умер он в последней рабочей команде №362, место расположения которой неизвестно. Где-то там и захоронен. В случае смерти в рабочей команде военнопленного могли похоронить на местном кладбище. Однако записи в кладбищенских книгах делались далеко не всегда. Это зависело от отношения к пленным как лагерной администрации, так и местных властей.
Теперь о лагерях, которые Люсин прошел. Но сначала для информации немного о лагерях в целом.
В зависимости от номеров военных округов рейха, на территории которых размещались лагеря, их номера обозначались римскими цифрами, соответствующими этим округам и дополнительно буквой в алфавитном порядке по мере их открытия. Арабские номера получали лагеря на оккупированных территориях, причем никакой зависимости между территорией и номером лагеря не было. Нумерация шла по лагерным командам. В случае перемещения лагерной команды из одного места в другой, принятому ею лагерю давался номер именно этой команды. Встречаются и двойные номера, римские и арабские, которые писались или в скобках или через черточку. Их присваивали многим лагерям на территории рейха в начале войны.
Stalag IV-B (шталаг IVB), первый лагерь Люсина. Размещался он на территории IV военного округа Дрезден и являлся одним из крупнейших лагерей военнопленных в Германии во время Второй мировой войны. Основной лагерь располагался в 8 км от города Мюльберг, земля Бранденбург, к востоку от Эльбы. Кстати, в 30 км севернее лагеря, у г.Торгау, 25 апреля 1945 г. и произошла встреча советских и американских солдат.
Далее он переводится последовательно в лагеря IIIB, IIIC, IIID. Это уже III военный округ, Берлин. Лагеря размещались недалеко от Берлина и были интернациональными.
Stalag IIIB в Фюрстенберге на Одере, сейчас Айзенхуттенштадт, Германия.
Stalag IIIC в Альт-Древице, сечас Дрзевице-Костшин, Польша.
Stalag IIID в Берлин-Стеглиц (Лихтенфельд), Берлин.
Германии требовались дешевые рабочие руки для военной промышленности, работ по мелиорации, на строительстве автобанов и железных дорог, в частных поместьях. Для этого и привлекались военнопленные, которые работали во множестве рабочих команд. Только в шталаге IIIC их было более 30. Полного списка команд нет, поэтому и установить где работала последняя команда Люсина и где, возможно, он и умер, найти не удалось. Хотя, если нет документа о смерти, всегда хочется надеяться, что солдат выжил и вернулся домой.
Для получения дополнительной информации родственникам Люсина нужно обратиться в Центр документации Объединения Саксонские мемориалы г. Дрезден: Stiftung Sächsische Gedenkstätten Dokumentationsstelle Dülferstraße 1, 01069 Dresden Deutschland д-ру Александр Харитонов (справки на русском языке) voennoplennye@dokst.de или по факсу: (+49) (0)351 469 55 41
В этом году исполнится 70 лет битвы под Москвой. При изучении архивных материалов поражает стойкость, мужество, вера и верность советских солдат и офицеров своему долгу и Отечеству, готовность ополченцев в прямом смысле своими телами защитить Москву. Есть ли в нас, нынешних эта вера? Может ли она быть при нашем беспамятстве?
Первый раз я столкнулся с этим устанавливая судьбу нашего земляка, погибшего в дулаге-100, г. Порхов Псковской обл. (материал «Бой первый. Бой последний»). На костях 80 тыс. умерших пленных разбиты огороды, в «Озере слез» моют машины.
Все повторяется с дулагом-184 в Вязьме. Именно там содержались бойцы и добровольцы-ополченцы, попавшие в плен в Вяземском котле. Возможно, прошел его и Люсин, но ему «повезло» быть отправленным в Германию. Поисковикам удалось найти некоторых родственников бойцов, погибших в лагере. С 2009 г. они добиваются создания на месте фактического захоронения пленных, а это 45 рвов с останками примерно 80 тысяч погибших, мемориального комплекса. Безуспешно. Последний раз об этом писала  газета «Московский Комсомолец» (№ 25606 от 1 апреля 2011г.). Сейчас на захоронениях разводят огороды, стоят гаражи, а в здании самого лагеря располагается местный мясокомбинат. Конечно, мясокомбинат никто не уберет, тем более, что лагерь разместили в "недостроенном мясокомбинате", так вспоминают бывшие пленники, а значит сам он на костях не стоит. Но вот остальное...
Сколько людей погибло! Но нет места даже для их могил…
« Последнее редактирование: 08 Июля 2011, 04:54:48 от рамспас »
Записан
С уважением, А. Горбачев

рамспас

  • Эксперт
  • Участник
  • *****
  • Оффлайн Оффлайн
  • Сообщений: 806
  • Горбачев Александр Васильевич
РамСпас поиск. Возвращение.
70 лет Битвы под Москвой

ЗА МОСКВУ

Красноармеец Дурнов Павел Александрович, родился 24.12.1916 в д. Аксеново Раменского района, из нее же в 41-м ушел на войну. Служил в 701-м отдельном зенитно-артиллерийском дивизионе 140-й стрелковой дивизии.
Числится пропавшим без вести в октябре 1941. Умер в плену 3 июля 1942.
140 стрелковая дивизия имела четыре формирования, т.е. трижды погибала и возрождалась в новом составе. Дивизия, в которой служил Дурнов, была 2-м формированием. Первая, еще довоенная, входила в состав Киевского особого военного округа и погибла в августе 41-го в «Уманском котле». 26.09.1941 г. ее номер был присвоен 13-й Ростокинской дивизии народного ополчения Москвы.
701 отдельный зенитный артиллерийский дивизион в составе дивизии с 1 сентября 41-го. Был ли он сформирован из ополченцев, или придан уже сформированным, у меня сведений нет, поэтому и сложно определить, был ли ополченцем Дурнов. По состоянию на 3-е сентября в дивизии насчитывалось 5104 ополченца и 4055 призывников из пополнения.
На начало октября 41-го дивизия, входившая в состав 32 армии, занимала оборону у города Холм-Жировский северо-западнее Вязьмы. Обстановка сложилась так, что она одна встала на пути двух танковых и четырех пехотных немецких. Одна против шести.
2-го октября дивизия вступила в первый бой. Танковые атаки следовали одна за другой по 30-50 танков. Как и сотни тысяч других воинов солдат Дурнов рыл окопы, отражал танковые атаки, отступал и контратаковал, хоронил в воронках однополчан. Сопротивление фронта было сломлено и 5 октября войска получили приказ на отход. К этому времени от дивизии осталось около 900 штыков. Из чуть более девяти тысяч. За три дня боев погибли девять воинов из десяти.
7 октября у Вязьмы замкнулось кольцо окружения в которое попала и 140-я дивизия. Где и сгинула. Не вышел из окружения и Дурнов, 10 октября он попал в плен. Умер 3.07.42 в рабочей команде Рехаген предположительно шталага IIIA. Похоронен: кладбище Рехаген, р-он Тельтов, могила 11.
Что происходило на этом рубеже обороны Москвы могут рассказать только те, кто этот ад прошел.
Виктор Розов, боец орудийного расчёта, впоследствии известный драматург, сценарист («Вечно живые», «Летят журавли»):
«…Вооружение — допотопные ружья прошлого века, пушки прошлого века 76-мм, все на конной тяге. Мы, можно сказать, голые, а они — из железа. На нас двинулось железо. Как нас обстреливали — мотоциклы, танки! А у нас 76-мм пушка…».
Красноармеец Софин, пулемётчик:
«Из деревни вышли танки… Кажется, здесь мы испытали настоящий страх, ведь бороться с танками нам практически было нечем, если не считать, конечно, бутылок с горючей жидкостью. В отличие от КС (самовозгорающейся смеси, появившейся позже) они зажигались с помощью двух в палец толщиной спичек, прижатых к бутылке резиновыми кольцами. Перед броском нужно было провести спичками по серной тёрке, а потом швырнуть бутылку в танк…».
Борис Рунин, ополченец, впоследствии писатель:
«Многие бойцы кончили свою жизнь в немецком плену … По дороге в лагерь их ничем не кормили. Они питались попадавшимися по дороге капустными листьями, корнями, ржаными колосьями с неубранных придорожных полей. Воду пили из дорожных луж. Останавливаться у колодцев или просить напиться у крестьян строго воспрещалось. Так, в течение пяти дней — с 9 по 13 октября 1941 года — гнали колонну пленных в Дорогобужский лагерь. По пути в одной из деревень под печкой сгоревшего дома пленные увидели полуобгоревшую картошку. Около 200 человек бросились за ней. Из четырёх пулемётов был открыт огонь прямо в толпу. Несколько десятков пленных погибло.
…Раненые жестоко страдали от жажды … Запёкшиеся губы трескались, … распухали языки. … Когда снимают повязку, раны оказываются наполненными червями, которые выбираются пригоршнями. Отмороженные конечности представляли собой чёрные обрубки, мясо и кости отваливались чёрными кусками. Многие умоляли, чтобы их пристрелили и тем избавили от страданий. … за месяц весь состав пленных вымирал … В штабелях трупов, складывавшихся, как дрова, возле бараков, были и живые. Часто в этих штабелях двигались руки, ноги, открывались глаза, шептали губы: «Я ещё жив». Умиравших хоронили вместе с мёртвыми…».

В «Вяземский котел» попали и практически сгинули в нем почти все дивизии народного ополчения Москвы.

Сложилось мнение, уже ставшее бесспорным, что ополченцы были брошены в бой практически безоружными. Так ли это? Основные свидетели, конечно же сами ополченцы и зачастую их оценки достаточно жестоки.
Попробуем рассмотреть этот вопрос, основываясь на мнении С.Е. Соболевой, главного хранителя фондов Государственного музея обороны Москвы и воспоминаний ополченцев.
Так чем же были вооружены московские ополченцы?
Учитывая специфику формирования ополченческих дивизий, зачастую единственным оружием, с которым ополченцы могли противостоять хорошо оснащенному и подготовленному врагу, было стрелковое оружие.
Приближение наших мобилизационных складов вооружения и боеприпасов на 30 - 200 км к новой границе 1939 г. позволило немцам их уничтожить или захватить в первые же дни войны. Это существенно сказалось на вооружении вновь развертываемых дивизий, в том числе и дивизий народного ополчения.
В Московской битве их было 12. Они стойко сражались на Ржевско-Вяземском рубеже обороны и сумели задержать врага на спасительные 5-7 дней, в большинстве своем погибнув в боях и немецких котлах.
Оружия не хватало даже для частей, действовавших на фронте, поэтому ополченцы вооружались по остаточному принципу. Современным оружием обеспечить их удалось всего на 20-25% и поэтому пришлось изыскивать «внутренние резервы». Такими резервами стали запасы «отремонтированного и требующего ремонта» иностранного оружия, захваченного как в 1-ю мировую войну, так и последующих военных конфликтах. В основном это было японское, французское и английское оружие образцов 1889-1915гг., в т.ч.  закупленное еще для царской армии. Вот таким оружием и довооружали ополченцев. Использовалось и немецкое оружие тех же систем, что были на вооружении фашистской армии, но у немцев были современнее оружие, а на наших складах хранились образцы начала века.
Другими источниками снабжения стали снятые с вооружения устаревшие образцы, а также оружие, имевшееся в организациях Осовиахима, у охраны различных предприятий и наркоматов, учебное оружие в вузах и других учебных заведениях.
В справке о боевом пути 18 стрелковой дивизии (бывшей 18 ДНО) приводятся данные о строевых занятиях бойцов во время формирования дивизии в июле 1941г. Никакого оружия тогда в 18-й сд еще не было, если не считать 250 учебных винтовок и 30 учебных пулеметов, выделенных дивизии организацией Осовиахима. Исследователь истории ополченческих формирований А.Д. Колесник пишет: «Значительная часть ополченцев была вооружена за счет учебного оружия, находившегося в высших и средних специальных учебных заведениях». Учебное – это боевое оружие, с просверленным патронником и сточенным бойком. Приводили его в боевое состояние путем замены бойка и заделывания отверстия специальным составом. У службе же охраны различных предприятий и наркоматов было оружие, не требующее высокой плотности огня и скорострельности.
Командный состав ополченцев в качестве личного оружия был вооружен, в том числе, пистолетами системы ТК обр. 1927 г. Этот пистолет выпускался до 1935 г. для командного состава РККА, НКВД, партийных и хозяйственных работников. Дальность его эффективного действия не превышала 15-20 метров, а отсутствие самовзвода делало невозможным его быстрое и внезапное применение.
Подтверждением того, что ополченцам выдавалось все, что могло стрелять, являются воспоминания К.Бирюкова, бывшего начальника снабжении оружием рабочих коммунистических батальонов: «В Вязьме когда-то был неплохой музей, посвященный 1812 году. Экспонатами из музея вооружали ополченцев сорок первого. Фузея (тип гладкоствольного дульно - зарядного кремневого ружья, введена на вооружение русской армии Петром I с 1700г….) в руках бойца имела чисто психологическое значение. К тому же, хоть стрелять из нее было нельзя, можно было колоть полуметровым штыком и бить прикладом. Раздавались из музея также сабли».
Воспоминания ополченцев - участников Московской битвы дают очень важные сведения как о степени вооруженности дивизий народного ополчения, так и о самом оружии и его качестве. Вот что пишет ветеран 5 ДНО, боец роты связи Н.Н. Малов в своих воспоминаниях, хранящихся в фондах музея обороны Москвы: «Оснащение дивизии было не на высоте. Не хватало автоматов, пулеметов, орудий. Финские трофейные патроны, пригодные для винтовок, заедали в пулеметных лeнтax».
От финнов нам достались винтовки Шюцкор М28-30, М-39. Это был вариант русской трехлинейки системы Мосина обр. 1891 г, которой была вооружена финская армия с царских времен. Но в Финляндии существовала другая система промышленных допусков при производстве боеприпасов, поэтому даже при их внешнем сходстве с нашими патронами финские патроны заедали в наших пулеметных лентах и стрелять очередью ими было невозможно. По этой же причине для наших винтовок не подходили и финские обоймы.
Таким образом ополченцы были вооружены в основном иностранным стрелковым оружием, причем устаревших образцов. Ремонтировать эти винтовки было нечем, т.к. запасные части к ним в СССР не производились. Попадание в них пыли и грязи приводило к отказам при стрельбе и они фактически переставали быть стрелковым оружием
Калибр иностранного оружия был различным и наши патроны к нему не подходили. Поэтому о каком планомерном снабжении боеприпасами могла идти речь? Исключение составляло только оружие производства США.
К иностранному оружию не хватало наставлений по стрелковому делу и руководств по материальной части, а значит и изучать его ополченцы практически не могли. Т.е. оружие вроде бы и было, но ополченцы обращаться с ним не умели, патронов к нему не хватало, а при любом отказе оно становилось просто бесполезным. Видно поэтому и говорили, что у ополченцев одна винтовка на троих, фактически так и было.
В связи с переводом дивизий народного ополчения в состав кадровых армий 7 августа 1941 г. командующий Резервным Фронтом генерал армии Г.К. Жуков обратился в ГКО со специальной докладной запиской, в которой пишет: «32 и 33 армии, состоящие из 10 дивизий народного ополчения, прибывшие в состав Резервного фронта, имеют очень много недостатков и, если не будут приняты немедленные меры, имеющиеся недостатки могут привести к тяжелым последствиям. В дивизиях имеется много совершенно необученных и не умеющих даже владеть винтовкой бойцов. Дивизии недовооружены, а имеющееся вооружение разных систем. В части засылаются боеприпасы других калибров...».
Начальнику Главного Артиллерийского Управления было дано указание заменить иностранные винтовки русскими, однако, в полном объеме оно не было выполнено, хотя по некоторым видам оружия улучшение произошло.
Согласно донесению штаба 33 Армии штабу Резервного фронта, направленном не ранее 20 сентября 1941 г., винтовок имелось 34 721 (положено 28 952), станковых пулеметов 714 (положено 612). Но вот автоматических винтовок имелось 7 796, а требовалось 21 495, не хватало ручных пулеметов. На шесть дивизий имелось всего 2 зенитных пулемета вместо положенных 102 и 7 крупнокалиберных пулеметов вместо 51.
В разных источниках разная информация, поэтому сложно составить реальную картину вооружения ополченцев к началу битвы под Москвой. Но есть другие свидетельства, опровергающие утверждения и данные отчетов, что перевооружение произошло. Это экспонаты музея обороны Москвы, которые обнаруживают поисковики на местах боев дивизий народного ополчения.
Не стану обсуждать причины, почему так было. Я хочу сказать о людях. Слабо вооруженные и плохо обученные они добровольно встали на защиту Отечества, защиту Москвы и, погибая, сделали то, что не смогла сделать ни одна кадровая армия Европы. Вместе с регулярной армией они отстояли свою столицу. Честь и Слава – это о них, московских ополченцах. Они достойны долгой и светлой памяти. И погибшие в боях, и умершие в плену.
Народное ополчение никогда не могло противостоять мощи регулярной армии. Но именно солдаты-ополченцы в июне-декабре 1941-го  своими телами останавливали танковые клинья немцев под Москвой. Это их подвиг и он неоспорим.

Оружие ополчения








Записан
С уважением, А. Горбачев

рамспас

  • Эксперт
  • Участник
  • *****
  • Оффлайн Оффлайн
  • Сообщений: 806
  • Горбачев Александр Васильевич
РамСпас поиск. Возвращение
70 лет Битвы под Москвой

БЕЗ ВЕСТИ ПАВШИЕ. ГУРОВ



Красноармеец Гуров Федор Иванович, 1914 г.р., д. Кузнецово. Погиб 27 марта 1942 в лагере для военнопленных Stalag-XID (321) Oerbke, Германия.
В Книге памяти Московской области сведений о нем нет. Найденные документы не позволяют определить время его призыва на фронт и место службы. В карте пленного с его слов указано, что служил он в 289 стрелковом полку и был пленен 2 октября 1941 под Вязьмой. 2-го октября - это начало Вяземского сражения, которое закончилось окружением 7 октября 4-х наших армий и до 13 октября практически их полным уничтожением.
Попытки выяснить принадлежность 289-го полка и восстановить его боевой путь успехом, увы, не увенчались, хотя в нескольких источниках есть подтверждение того, что такой полк в 41-м под Вязьмой был.
В то же время в донесениях о безвозвратных потерях, карточках попавших в плен и освобожденных из него, в письмах солдат и других документах за период июнь-декабрь 1941-го принадлежность полка указывается и к 16-й, и к 17-й, и к 20-й армиям, и к 120, 97, 82, 289, 52, 114, 282, 27, 179 и 18 дивизиям. Большая часть из них в октябре 1941-го в районе Вязьмы быть не могли, т.к. воевали вообще на других фронтах или к октябрю 41-го уже были полностью уничтожены. А те, которые там были, практически все погибли в Вяземском котле. Да и просматривая состав тех дивизий, которые под Вязьмой воевали, нигде 289 полка я не нашел. 
Был 1289-й стрелковый, был 289 артиллерийский, но 289 стрелкового не было нигде. В одном из запросов на поиск другого солдата приводится свидетельство его земляка и сослуживца: «…289 мотострелковый полк в 1941г. был переброшен из Монголии на Западный фронт в район Смоленска…». Воевавшие под Смоленском части и отошли потом к Вязьме. Гуров воевал в этом полку? Никаких подтверждений, к сожалению, не найдено.
Один из ветеранов войны Сорокин А.В. вспоминал: «В 1941 году участвовал в оборонительных операциях на Смоленском направлении в должности командира пулеметного расчета 289-го мотострелкового полка 20-й армии. В составе 70 человек вырвался из окружения, пройдя несколько сот километров». Вот что оставалось от полков. И, конечно же, подавляющее большинство штабных документов или попадали к немцам, или были уничтожены, поэтому и не находятся они сейчас. Может Гуров служил там, может это один полк? Документов нет.
Бывают случаи, когда можно определять военную судьбу солдата с большой долей вероятности, но в этом случае такую ответственность взять на себя я не могу. Да и вероятность ошибки записи в карте пленного также остается.
Дальнейшая судьба солдата – указанные в карте пленного сведения. Карта заведена в шталаге-XID, где Гурову и был присвоен лагерный номер «21411».
Шталаг- XID был создан в мае-июле 1941 недалеко от существующего международного лагеря шталаге-XIB на территории XI военного округа в районе населенного пункта Эрбке. Никаких строений для военнопленных в лагере не было. Первоначально в нем предполагалось содержание 30000 советских военнопленных, которые начали поступать с июля 1941-го. Люди содержались под открытым небом и только в ноябре им позволили строить временные укрытия, а фактически норы. Позже для пленных стали строить и казармы, но это не улучшило условия их содержания.
Последние партии пленных прибыли в лагерь из Минска 16 и 23 октября 41-го. Гуров принят на учет как прибывший из Минска 25 октября, значит в этой последней команде он и был.
С осени 41-го в шталаге-XID, как и в других лагерях, началась эпидемия тифа, в результате которой до весны 42-го 90% содержащихся в лагере пленных умерли. По некоторым сведениям 12000 чел.
Одним из них был и Федор Гуров. Он умер 27 марта 1942, а уже 1 и 2 апреля оставшиеся в живых пленные были переведены в шталаг XIВ, Фаллингбостель. Как самостоятельная единица лагерь 321 (XID) перестает существовать и становится частью шталага-XIВ.
В карте пленного сказано, что умер Гуров по неизвестной причине, но главной причиной смерти наших пленных было истощение, связанные с этим болезни и эпидемии. Во время эпидемий немцы просто не заходили на территорию с военнопленными, которые сами собирали и хоронили умерших. Поэтому и указывали в документах причину смерти как неустановленную.



22 июня 1945 года на советском кладбище в Фаллингбостель-Эрбке был открыт мемориал умершим советским военнопленным. В 1964 году он был заменен памятником работы скульптора Клауса Зееленмейера. По данным ассоциации "Военные мемориалы" на кладбище шталага 321 (XID), Эрбке захоронено 30 094 умерших советских военнопленных. Там покоятся останки и нашего земляка, солдата Федора Гурова. В списке Саксонских мемориалов он есть. Идентификационный номер 221111. Как искать см. ниже.
Поименных табличек на мемориале нет. Жители Эрбке сами узнают и увековечивают имена узников бывшего лагеря. Многое делают и здешние школьники. Несколько лет назад они стали инициаторами проекта «Дорога памяти». Сегодня многие в Германии проходят этой дорогой в своих городах. Они реальны, эти дороги. В Фаллингбостеле это путь от городского вокзала до русского лагеря для военнопленных в Эрбке. Этой дорогой в годы войны прошли тысячи военнопленных. Для большинства она оказалась только в один конец.
Пятый год школьники из Эрбке проходят этот путь в память об узниках лагеря, находившегося в их городке. Причем рядом с ними идут их родители, к процессии присоединяются представители профсоюзов образования и науки, члены местных евангелической и католической общин и комитета городов-побратимов. На кладбище в Эрбке школьники ежегодно приносят и устанавливают изготовленные своими руками глиняные таблички с именами узников лагеря, найденными за прошедший год. В 2010 году их было установлено еще 120.



Так немцы чтут память наших павших и так потомки тех, от чьих рук они пали, воспитывают у своей молодежи невозможность возврата к прошлому. Не переписывая историю. Учат на той, какая есть.
По письму одного из не вернувшихся наших земляков, на войну он уходил от ДК им. Воровского. Там и прощались. Навечно. Если так и было, может стоит рассмотреть возможность установки на ДК памятной доски об этом? Пусть это будет не условной, а реальной точкой нашей памяти? Так не должно быть, чтобы ушел человек и пропал без следа. Пусть хотя бы памятным будет место, где уходившие навсегда видели своих любимых в последний раз.
Тем же кто ищет и находит документы о гибели солдата в плену стоит обращаться по следующим адресам:
Для получения информации о советских гражданах, умерших в лагерях и рабочих командах на территории бывшего немецкого рейха следует обращаться в Центр документации Объединения Саксонские мемориалы г. Дрезден по адресу:
Stiftung Sächsische Gedenkstätten Dokumentationsstelle Dülferstraße 1 D-01069 Dresden.
По электронной почте: д-р Александр Харитонов (справки на русском языке) voennoplennye@dokst.de , или по факсу: (+49) (0)351 469 55 41.
На сайте Центра http://www.dokst.ru/node/1135/ вы найдете материалы, которые помогут перевести найденные вами самостоятельно документы на умерших в плену. 
Второй адрес, это Германский Красный Крест. Его сайт https://www.drk-suchdienst.de/ .
почтовый адрес: DRK-Suchdienst Standort München Chiemgaustraße 109 81549 München
Телефон: 089 / 68 07 73 -0
Факс: 089 / 68 07 45 92
Эл. почта: info@drk-suchdienst.org
Третий адрес - Центр розыска и информации Российского Красного Креста. Там тоже есть представители Немецкого Красного Креста, которые могут оказать содействие в получении приглашения для посещения захоронения родственника, умершего в плену в Германии:
107031, г. Москва, ул. Кузнецкий мост, д. 18/7
Тел: (495) 621-71-75,
факс: (495) 623-45-80
e-mail: rrct@mail.ru
Сайт центра: http://www.redcross.ru/?pid=57
Копии архивных документов находятся в МУ РамСпас. Тел. 46-50-330 Горбачев Александр Васильевич.


Записан
С уважением, А. Горбачев

рамспас

  • Эксперт
  • Участник
  • *****
  • Оффлайн Оффлайн
  • Сообщений: 806
  • Горбачев Александр Васильевич
РамСпас поиск. Возвращение

КРАСНОАРМЕЕЦ СУЧИЛИН. ЗАБОЛОТЬЕ

Красноармеец Сучилин Дмитрий Федорович, 22.10.1918 г.р. из с. Заболотье. Там же жила его ближайшая родственница Сучилина Наталия. В Книге памяти сведений о нем нет.



Служил в 3-м танковом полку 2-й танковой дивизии в Литве. Эта дивизия была первой, получвшей накануне войны 51 танк КВ.
О судьбе полка мы знаем от бывшего командира его 5-й танковой роты Д.И. Осадчего, впоследствии генерал-майора. С началом войны немецкие самолеты начали бомбить городки постоянной дислокации дивизии. Но бомбили они уже пустые казармы, т.к. с 18 июня дивизия находилась в лагерях. Только в полдень в батальонах объявили о начале войны. Около 16 часов командир 3-го танкового полка майор И. П. Рагочий поставил боевую задачу командирам батальонов и рот. Задачи заносились в блокноты, т.к. топокарт местности у командиров не было.
Немцы двигались от границы в направлении на Расейняй и полку была поставлена задача совершить марш в готовности вступить во встречный бой. В 17 ч 30 мин 22 июня колонна полка устремилась на запад. В голове колонны двигались тяжелые танки КВ 1-го батальона, остальные имели лишь устаревшие учебно-боевые машины БТ и Т-26.
Продвижению полка мешал сплошной поток беженцев, поэтому пришлось изменить маршрут и двигаться проселочными дорогами. При движении колонны было категорически запрещено использовать радиостанции. Потерь избежать не удалось. По техническим нормативам при движении нужно было обязательно каждые 2 часа менять воздушные фильтры двигателей танков КВ. Многие экипажи не имели такой возможности, поэтому часть танков отстали.
Задачу на марш полк выполнил и вышел к намеченному рубежу развертывания на подступах к Расейняю. На западном берегу реки Дубиса уже вел бой 2-й мотострелковый полк дивизии и танкисты майора Рагочий сразу же были брошены на ликвидацию прорвавшихся танков немцев.
23 июня совместно с 48-й и 125-й стрелковыми дивизиями 2-я танковая наносила контрудар по войскам группы армий «Север» в направлении Скаудвиле. Вернемся к рассказу Д.И. Осадчего. «На рубеже Дубисы в течение ночи наши части сдерживали яростный натиск фашистов. На рассвете мы переправились по мосту на западный берег реки. (…)
По условному сигналу машины развернулись в боевой порядок и устремились вперед. (…) Когда боевые порядки смешались, пришлось вести огонь с коротких остановок. Противник отвечал тем же, горели наши подбитые БТ и Т-26. Неуязвимыми оказались КВ с их мощной броневой защитой, от снарядов на броне оставались лишь вмятины. А ведь плотность танков была так велика, что практически любой выпущенный снаряд достигал цели. После полутора - двухчасового поединка враг, оставив на поле боя немало горящей техники, отступил».

Для немцев в этих боях встреча с тяжелыми советскими КВ оказалась очень неприятной неожиданностью. Выяснилось, что ни немецкие 37-мм противотанковые пушки, ни пушки немецких танков не способны нанести этим монстрам ущерба. Во встречном танковом сражении с 6-й танковой дивизией немцев наши танкисты нанесли ей большой урон, но к исходу 24 июня дивизия была окружена и осталась без запаса горючего и боеприпасов. Командованием было принято решение сформировать в частях ударные группы и самостоятельно пробиться к своим.
И снова Д.И. Осадчий: «На рассвете 25 июня по команде командира дивизии танки двинулись на восточную опушку леса, с ходу развернулись в боевой порядок. С обращенных к нам скатов небольшой возвышенности на удалении 300 350 м орудия врага вели огонь прямой наводкой. Поливая противника огнем, танки смяли его орудия и пулеметные огневые точки, стремительно вырвались в открытое поле, заполненное вражескими танками и другой боевой техникой. Мы вступили в бой с явно превосходящими силами фашистов. По нашим машинам был открыт ураганный огонь из всех видов оружия. В этой обстановке следовало использовать главные достоинства танков: огонь и маневр. На максимальной скорости мы ворвались в боевые порядки врага. Под прицельным огнем одна за другой вспыхивали машины противника, но и гитлеровцы подбивали наши. Лавируя между горящей техникой, поражая фашистов огнем и гусеницами, наши машины прорвались на шоссейную дорогу.
Огонь врага усилился. В результате прямого попадания на моем танке были сбиты антенны и люк командирской башни с перископом, выбита шаровая установка с пулеметом. (…) Загорелись три танка роты, наступавшей вслед за нами. (…) Развивая максимальную скорость, наш танк вел непрерывный огонь из пушки и спаренного с ней пулемета. От вражеских снарядов вначале заклинилась башня, а несколькими минутами позже – пушка. Тем не менее, экипаж из боя не вышел. Лишенный средств управления, майор Рагочий помогал заряжающему. Когда снарядом крупного калибра пробило бортовую броню, он был убит, осколками ранило радиста и заряжающего, в башне вспыхнул пожар. Из пробитого бака вытекло горючее, взорвались запалы к гранатам Ф 1. Охваченный пламенем танк, ведя огонь по противнику, продолжал двигаться, пока очередной снаряд не угодил в моторное отделение… С наганами в руках один за другим мы выбрались из горящей машины. (…)
Наш танк оказался единственным, прорвавшимся вглубь расположения противника. Там на «адском поле» откуда мы вырвались, продолжался неравный бой. Часы показывали 8.30. Шел четвертый день войны. От танковой роты, которая к началу войны насчитывала 57 человек, в том числе 16 офицеров, остались только трое».

В этом бою погиб и командир дивизии генерал-майор Егор Николаевич Солянкин. Всего из окружения вышли около 400 человек и один танк БТ-7.
После сражения немцы рапортовали об уничтожении или захвате более 200 танков, в том числе 29 КВ. Они установили, что многие советские КВ не стреляли не потому, что израсходовали боеприпасы. Они не имели прицелов на пушках, а их командиры получили приказ громить врага, давя немецкие танки и пехоту гусеницами.
16 июля погибшая 2-я танковая дивизия была официально расформирована.
После войны американцы поручили группе немецких пленных написать серию докладов по опыту боевых действий против Красной Армией. Один из таких докладов увековечил в военной истории подвиг экипажа танка КВ 2-й танковой дивизии в районе северо-восточнее Расейняй.



«Один из КВ сумел перекрыть маршрут снабжения немецких войск в районе северного плацдарма. Он блокировал его несколько дней. Сначала он сжег колонну грузовиков с боеприпасами и продовольствием. Подобраться к этому монстру было невозможно - дороги проходили среди болот. Передовые немецкие части лишились снабжения. Тяжелораненые не могли эвакуироваться в тыл и умирали. Попытка уничтожить танк 50-мм противотанковой батареей с расстояния 500 м окончилась тяжелыми потерями личного состава и орудий. КВ остался невредимым, несмотря, как выяснилось впоследствии, на 14 прямых попаданий - но они оставили лишь синие пятна на его броне. Была подтянута 88-мм зенитка, танк позволил ей встать на позицию в 700 м, а затем расстрелял, прежде чем расчет смог произвести хотя бы один выстрел. Ночью были посланы минеры. Они заложили взрывчатку под гусеницы КВ. Заряды взорвались как положено, однако смогли лишь вырвать несколько кусков из траков. Танк остался мобильным и продолжал блокировать маршрут снабжения. В первые дни экипаж танка снабжался припасами окруженцами и местными жителями, но потом вокруг танка была установлена блокада. Однако даже эта изоляция не заставила танкистов покинуть позицию. В итоге немцы применили хитрость. 50 немецких танков стали обстреливать КВ с трех направлений, чтобы отвлечь его внимание. В это время 88-м зенитка была скрытно установлена в тылу КВ. Она 12 раз попала в танк, и три снаряда пробили броню, уничтожив его».



Имена всех тех героев не установлены и сейчас. Их было шестеро, двое из них офицеры.



Те же бойцы и командиры полка, кому так и не удалось пробиться из окружения к своим или погибли, или были взяты в плен. 1 июля у п. Расейняй был пленен и красноармеец Дмитрий Сучилин.
30 сентября он поступил в лагерь военнопленных шталаг-IA, который находился в Штаблаке близ Прейсиш-Эйлау (где-то до 1950-х нередко писалось и как Прейсиш-Айлау),  Восточная Пруссия.



По документам, количество умерших в шталаге- IA приблизительно равнялось четырём сотням польских, итальянских и французских военнопленных, пяти сотням бельгийцев и нескольким десяткам тысяч русских. Поляков, французов, бельгийцев хоронили в отдельных могилах, наших - закапывали во рвах. До сих пор многие из них так и числятся пропавшими без вести.



Но Дмитрий Сучилин по прибытии в лагерь сразу же был направлен в рабочую команду в г. Тильзит (сейчас г. Советск Калининградской обл.). В карте пленного, видимо позже, дописан и номер команды 5/216. Но по некоторым сведениям эта команда относилась к г. Шлоссберг, сейчас Добровольск Краснознаменского района Калининградской области.



Умер Сучилин 23 января 1943 скорее всего в рабочей команде. Причина смерти – несчастный случай со смертельным исходом. Место захоронения не указано.
Вместе с тем в Книге памяти Калининградской области, том 19, он числится умершим в шталаге-IB «Хоенштайн» (сейчас г. Ольштынек, Польша) и увековечен в п. Липки Озерского района Калининградской обл. Почему? Не знаю, т.к. никаких сведений о пребывании Сучилина в шталаге-IB в его карте пленного нет, а это основной документ, который передавался вместе с пленным при его перемещении в другие лагеря и все перемещения в ней фиксировались. Это ошибка. Да и «увековечен» вовсе не значит «захоронен».



Копии архивных документов находятся в МУ РамСпас. Тел. 46-50-330 Горбачев Александр Васильевич.
Все материалы по поиску без вести пропавших на сайте http://gorbachovav.my1.ru/

« Последнее редактирование: 22 Августа 2011, 11:00:28 от рамспас »
Записан
С уважением, А. Горбачев

Sobkor

  • Новичок
  • Участник
  • *
  • Оффлайн Оффлайн
  • Сообщений: 61 148
  • Ржевцев Юрий Петрович
Уважаемый Александр Васильевич, сделаю небольшие уточнения:
- сочетание немецких «St» по-русски читается как «Ш». Именно поэтому сокращённое в переводе от «стационарный лагерь» мы, русские пишем и произносим как «шталаг», а не «сталаг». Соответственно посёлок Stablak по-русски пишется и произносится как Штаблак, а не Стаблак;
- на месте восточнопрусского посёлка Штаблак теперь поросший бурьяном и кустарником пустырь. Эта местность в окрестностях посёлка Нагорное Багратионовского района Калининградской области;
- современный Багратионовск это бывший Прейсиш-Эйлау (где-то до 1950-х нередко писалось и как Прейсиш-Айлау), а не Эйлау, как значится у Вас;
- населённый пункт Шлоссберг при немцах – в статусе города, а не посёлка. После войны его переименовали в районный город Красноармейск, а чуть позже - в посёлок Добровольск...
« Последнее редактирование: 20 Августа 2011, 13:05:08 от Sobkor »
Записан

Warwara

  • Эксперт
  • Участник
  • *****
  • Оффлайн Оффлайн
  • Сообщений: 5 455
  • Варвара Леонидовна
Уважаемый Александр Васильевич,

если позволите, и мой комментарий. При использовании архивных документов нужно сопровождать их ссылками на источники. Никто не давал нам права вставлять в свои публикации, в том числе на форуме, безадресные "картинки". Это почти всегда чья-то интеллектуальная собственность, и ее владельцы вправе предъявить свои права.
Записан
С уважением, Варвара
---------------------------------------
При использовании информации данного сайта ссылки на соответствующую страницу и автора обязательны

рамспас

  • Эксперт
  • Участник
  • *****
  • Оффлайн Оффлайн
  • Сообщений: 806
  • Горбачев Александр Васильевич
РамСпас поиск. Возвращение.
70 лет Битве под Москвой

160 СТРЕЛКОВАЯ. ОДНОПОЛЧАНЕ

Мл. лейтенант Маслов Дмитрий Николаевич, 26.10.1906 г.р. До войны Маслов работал слесарем. Был он достаточно рослым – 181 см.
Служил в 160 стрелковой дивизии. В плен попал под Вязьмой 2 марта 1942 г., ранен не был. Умер в плену 30 марта 1943. 
В Книге памяти Московской области т. 22 (I) есть Маслов Дмитрий Николаевич 1905 г.р., призван Раменским РВК в 1941-м, пропал без вести в феврале 1942-го. Больше ничего. Год рождения не совпадает, но ошибки в учете – случай довольно частый. Время с которого его числят пропавшим без вести весьма условно, т.к. в марте 42-го дивизия была разгромлена и ее архив, скорее всего, сгинул вместе с ней. В документах пленного эта дата указана более точно.
В наших архивных документах указано, что мл. лейтенант Маслов был командиром взвода 160 мотострелковой роты 160 стрелковой дивизии. В числе подразделений дивизии я такой роты не нашел, хотя и не исключаю, что она все-таки была. Там же указан и адрес жены, Прасковьи Кузьминичны: Раменское, Фабричный двор, 31, кв. 5. По документам пленного Маслова Прасковья жила: Раменский р-н, з-д «Красное Знамя», д. 71, кв. 3. Несовпадение? Фабричный двор и завод, это один адрес. Документы пленного заполнялись с его слов, а наши списки неоднократно переписывались писарями, в результате чего семерка в номере дома вполне могла стать тройкой, а тройка в номере квартиры – пятеркой. То же могло произойти и с годом рождения. Мне приходилось видеть четыре наградных листа на одного человека, где были указаны три разных года рождения.
Вернемся к дивизии, т.к. ее судьба – это и судьба Дмитрия Маслова.
160-я стрелковая дивизия, в которой служил Маслов, была переформирована из остатков 160-й дивизии (бывшей 6-й дивизии народного ополчения), погибшей в «вяземском котле» в октябре 41-го. Командиром дивизии был назначен комбриг Орлов, вынесший из окружения ее боевое знамя.
Переформировывалась дивизия в районе ст. Гжель Раменского района. Возможно тогда и поступил не ее пополнение Маслов.
В начале 1942-го дивизия походным порядком совершила марш из района формирования через Москву и к исходу 8 января сосредоточилась в районе города Наро-Фоминска. С утра 10 января она вступила в бои западнее р. Нара. В дальнейшем в составе 33 армии воевала в Боровском и Верейском районах, освобождала г. Верея.



Сведения о ней есть в книге «Московская битва в хронике фактов и событий».
29 января передовые части 33-й армии вышли на подступы к Вязьме. Вражеская авиация в течение дня беспрерывно бомбила колонны 160-й стрелковой дивизии. При бомбардировке ее штаба было убито и ранено 37 человек, в том числе и ее командир полковник Ф.М. Орлов.
1-3 февраля 33, 43, 49 и 50-я армии полуокружили юхновскую группировку врага. Головные дивизии 33-й армии вышли на непосредственные подступы к Вязьме. С 11.00 они начали наступление на город, 160-я дивизия — из леса на южную окраину города. Занять Вязьму с ходу не удалось. Более того, наши войска сами оказались не только отрезанными, но и расчлененными. Немцы захватили с. Захарово и половина 33-й армии с частью группы Белова, а также тылы обоих объединений остались за линией фронта. У отрезанных войск почти закончилось продовольствие и фураж, оставалось по 5–6 выстрелов на орудие и миномет.
Главком Западного направления генерал Г. К. Жуков на случившееся отреагировал очень резко. Командарму 43 армии он приказал восстановить положение, а батальон, который оборонял фланги прорыва, «вернуть обратно, виновных в сдаче этого особо важного пункта (Захарово) арестовать, судить и расстрелять на месте независимо от количества». От окруженных войск потребовал ускорить взятие Вязьмы.
4–8 февраля 33-я армия ударной группировкой вела бои с упорно оборонявшимся противником в 4–8 км южнее Вязьмы. Боеприпасы и горючее для них доставлялись самолетами.
9 февраля немцы увеличили разрыв между окруженными войсками и фронтом до 20 км. В последующие дни 43-й армии удалось захватить Захарово, но к окруженным она так и не пробилась.
23-24 февраля с рубежа в 4–6 км южнее Вязьмы в юго-восточном направлении начали наступление немцы и дивизии 33-й армии перешли к обороне с целью приостановить дальнейшее распространение противника. В окружении армия продолжала активно воевать. 
25 февраля западная группировка 33-й армии частями двух дивизий удерживала прежний рубеж в 15 км южнее Вязьмы, а 160-я дивизия вышла на рубеж в 32 - 40 км юго-восточнее Вязьмы, имея задачей активными действиями уничтожать противника восточнее р. Угра.
1-2 марта 160-я дивизия из района Кобелево (12 км западнее с. Захарово) вела наступление на восток, противник оказывал ожесточенное сопротивление. 2 марта, в понедельник попал в плен мл. лейтенант Маслов. Теперь можно более точно назвать и место его пленения. Это район Кобелево в направлении Захарово.



Дальнейшая судьба 160-й дивизии так же трагична, как и судьба 160-й дивизии, погибшей в «Вяземском котле». 16 марта из района Кобелево вышли к своим две группы одного из ее полков численностью 228 человек, а 18 апреля 19 км южнее Захарово группа из 17 человек во главе с начальником артиллерийского снабжения 160-й дивизии майором Третьяковым. 20 апреля в полосе 43-й армии вышли еще три человека, а позже командир дивизии полковник Якимов вывел еще 450 человек. Штатная численность дивизии того времени 15-18 тыс. человек.
2 апреля немцы предъявили командарму Ефремову и командирам 113, 338 и 160-й стрелковых дивизий ультиматум о сдаче. Парламентеров они не дождались и с утра возобновили наступление, а в ночь на 14 апреля 33-я армии начала выход из окружения. В голове колонны шли командарм Ефремов и офицеры его штаба. Замыкали группу подводы с тяжелоранеными, около 300 человек. Материальная часть и спецмашины были разобраны и закопаны.
Немцы, подтянув танки, отрезали госпитали, медсанбаты от главных сил и истребили почти всех раненых и медперсонал. Были уничтожены и обе радиостанции, из-за чего связь группы Ефремова со штабом фронта прекратилась. Убитых хоронить было некогда. Раненых несли с собой.
43-я армия, скованная сильным огнем противника, к выходящей группе пробиться не смогла.
Командование фронта принимало все меры к поиску группы Ефремова. В треугольник Юхнов, ст. Угрюмово, Вязьма посылались самолеты и разведгруппы. Нашедшего группу обещали представить к званию Героя Советского Союза. Но все тщетно. Позже стало известно, что Ефремов остался со своими подчиненными, был тяжело ранен и предпочел смерть плену. Гитлеровцы, отмечая мужество русского командарма, похоронили его с воинскими почестями
Сколько чести, мужества и достоинства в этих солдатах, офицерах и генералах, которые и в окружении продолжали выполнять боевую задачу – штурмовали Вязьму, не подняли белый флаг и погибая продолжали сопротивляться. Они все, и погибшие, и выжившие, и попавшие в плен, и безвестно оставшиеся в тех лесах и болотах, победители.
Согласно архивным документам мл. лейтенант Маслов 1 ноября 1941 г. из фронтового лагеря 336 (сборно-пересыльный лагерь) поступил в шталаг IXА, где ему был присвоен лагерный номер 75084. Кстати с июня 1940г. в этом лагере находился будущий четвертый президент Франции Франсуа Миттеран. 25 ноября Маслов переведен в шталаг IXB и уже 28 ноября отправлен в рабочую команду 777. Точное местоположение этой команды установить не удалось.



Шталаг IXB находился в Бад Орб, Германия, земля Гессен. Это был международный лагерь.
10 марта 1943 г. в связи с болезнью из рабочей команды Маслов поступил предположительно в один из ревиров (госпиталь для военнопленных, нередко межлагерный), либо лазаретов шталага IXB. В какой, не указано.
Умер Маслов 30 марта 1943 г. от туберкулеза легких в открытой форме. По инструкции таких умерших предписывалось сжигать. В базе данных Саксонские мемориалы его фамилия есть. Родственники могут сделать запрос туда или в Красный крест и получить больше информации.



В 1295 стрелковом полку 160-й дивизии воевал и погиб еще один наш земляк, рядовой Ершов Александр Матвеевич, родился в 1913 г. в с. Софьино. Призван Раменским РВК, его жена, Ершова А.А., жила в г. Раменское на ул. Холодова, 11, кв. 3.
В Книге памяти Московской области т.22 (I) сведения о нем есть, но книга умерших в 201 (494) медсанбате 113 стрелковой дивизии позволяет уточнить, что до медсанбата живым его не довезли. Ершов имел осколочное ранение локтевого сустава и проникающее осколочное ранение в области живота и в медсанбат 24 января 1942 г. поступил уже мертвым. Сейчас уже не установить при каких обстоятельствах он был ранен.
Он был похоронен в д. Таракановка Медынского района Калужской обл. На картах она еще есть, хотя никто в ней уже не живет. После войны останки похороненных там наших воинов перенесли в д. Передел того же района, но в списках этого захоронения Ершова А.М. нет. Из 79 там захороненных 20 безымянны. К сожалению, при укрупнении захоронений в 50-60 гг были потеряны многие имена. При этом фамилия другого солдата, умершего в тот же день, что и Ершов, в списках есть и указано, что перезахоронен он из Таракановки. Значит перезахоронение было и теперь нужно фамилию Ершова на захоронении восстановить.
Копии архивных документов находятся в МУ РамСпас. Тел. 46-50-330 Горбачев Александр Васильевич.
Все материалы по поиску без вести пропавших на сайте http://gorbachovav.my1.ru/

« Последнее редактирование: 20 Августа 2011, 14:58:57 от рамспас »
Записан
С уважением, А. Горбачев

рамспас

  • Эксперт
  • Участник
  • *****
  • Оффлайн Оффлайн
  • Сообщений: 806
  • Горбачев Александр Васильевич
Уважаемый Александр Васильевич, сделаю небольшие уточнения:
- сочетание немецких «St» по-русски читается как «Ш». Именно поэтому сокращённое в переводе от «стационарный лагерь» мы, русские пишем и произносим как «шталаг», а не «сталаг». Соответственно посёлок Stablak по-русски пишется и произносится как Штаблак, а не Стаблак;
- на месте восточнопрусского посёлка Штаблак теперь поросший бурьяном и кустарником пустырь. Эта местность в окрестностях посёлка Нагорное Багратионовского района Калининградской области;
- современный Багратионовск это бывший Прейсиш-Эйлау (где-то до 1950-х нередко писалось и как Прейсиш-Айлау), а не Эйлау, как значится у Вас;
- населённый пункт Шлоссберг при немцах – в статусе города, а не посёлка. После войны его переименовали в районный город Красноармейск, а чуть позже - в посёлок Добровольск...
Первоначально и было Штаблак, но смутила надпись на памятной плите, поэтому исправил. Верну правильное написание. Остальное тоже правлю.
Спасибо
Записан
С уважением, А. Горбачев

рамспас

  • Эксперт
  • Участник
  • *****
  • Оффлайн Оффлайн
  • Сообщений: 806
  • Горбачев Александр Васильевич
Уважаемый Александр Васильевич,

если позволите, и мой комментарий. При использовании архивных документов нужно сопровождать их ссылками на источники. Никто не давал нам права вставлять в свои публикации, в том числе на форуме, безадресные "картинки". Это почти всегда чья-то интеллектуальная собственность, и ее владельцы вправе предъявить свои права.
Согласен с Вами, но всегда ли источник можно считать первоисточником? Достаточно сложно бывает это определить. Если я вижу автора, я ссылаюсь на его фамилию, если в размещенных материалах есть условие использования материалов только со ссылкой на данный источник, я делаю это. 
« Последнее редактирование: 20 Августа 2011, 14:36:54 от рамспас »
Записан
С уважением, А. Горбачев

рамспас

  • Эксперт
  • Участник
  • *****
  • Оффлайн Оффлайн
  • Сообщений: 806
  • Горбачев Александр Васильевич
РамСпас поиск. Возвращение

ЗАПОЛЯРЬЕ. ХРЕБЕТ МУСТА-ТУНТУРИ

В истории Великой Отечественной войны далеко немного фактов, когда, проявив исключительную стойкость и упорство, наши войска так и не позволили немцам решить свои стратегические задачи. Это Заполярье.
Немцы рассчитывали силами горнострелкового корпуса «Норвегия» молниеносным ударом разгромить наши части, захватить полуострова Средний и Рыбачий, главную базу Северного флота Полярный, блокировать Кольский залив и овладеть Мурманском. Начало наступления намечалось на 29 июня.
На их пути встали две группировки наших частей. Одна – в направлении на Мурманск, вторая – на перешейке полуострова Средний, который открывал путь на Рыбачий. Если посмотреть карту, Рыбачий как бы нависает над выходом наших кораблей из Полярного в северные акватории.
«...кто владеет Рыбачьим и Средним, тот держит Кольским залив. Без Кольского залива Северный флот существовать не может», - так писал в своем дневнике командующий Северным флотом адмирал А. Г. Головко. Это же понимали и немцы. Мурманск - единственный советский незамерзающий порт на Ледовитом океане. В последующем именно к нему шли союзнические караваны.
На мурманском направлении на высоте 258,3 покоятся останки нашего земляка, стрелка 205 полка Заливанова, о нем я писал в материалах поиска «Заполярье. Высота 258,3». Дальнейший поиск снова возвращает в Заполярье.
Красноармеец Окунев Семен Семенович, 1903 г.р. Согласно документов пленного родился в Раменском. Ближайшей родственницей указана Окунева Наталья Петровна, возможно жена, жила в д. Кузнецово, д. 50.
Служил Окунев в 135 стрелковом полку. Числится пропавшим без вести в марте 1942. На самом деле попал в плен 3 октября 41-го. Место пленения непонятно, т.к. написано оно по немецки, а географические названия в Заполярье - это, как правило, либо сопки, либо хребты, либо реки и заливы. Их очень много, а населенных пунктов очень мало. Да и произношения они имеют и финские, и русские, и немецкие. Достоверно известно только одно, 3 октября полк держал оборону в районе хребта Муста-Тунтури. Это бывшая советско-финская граница, она проходила по оси Среднего и Рыбачьего.
Полуострова защищали части и подразделения 23-го укрепрайона (УР), основной задачей которого было недопущение высадки воздушных и морских десантов противника. В состав укрепрайона входил и 135-й стрелковый полк. УР подчинялся 14-й армии. Однако, разрабатывая план захвата советского Заполярья, гитлеровское командование делало основную ставку на свои сухопутные войска и авиацию. Поэтому бои развернулись на перешейке и основная их тяжесть легла на плечи солдат и офицеров именно 135 полка. Командовал полком полковник М. К. Пашковский, военком - батальонный комиссар Л. Е. Кац, а начальник штаба капитан В. П. Кузнецов.
Государственную границу СССР в Заполярье немецкая авиация нарушила еще 17 июня. Обстановка стала настолько тревожной, что уже 21 июня командующий 14-й армией начал проводить мероприятия по переброске и развертыванию частей вдоль границы.
В началом войны поднятый по тревоге 135-й полк занял оборону по побережью согласно боевому расписанию, отработанному в мирное время. 2-й батальон полка выдвинулся на хребет Муста-Тунтури и к исходу 26 июня оборудовал окопы.
29 июня в 1 час 45 мин. противник начал наступление и потеснил наши войска, которые с боями начали отход, в том числе в направлении перешейка полуострова Средний. Было принято решение полуострова отстоять любой ценой. Эта задача возлагалась на 135-й стрелковый полк и 15-й пулеметный батальон. В составе 135-го стрелкового полка на 22 июня 1941 г. числилось около 3000 человек.



Командиром полка сразу же была организована разведка и инженерное оборудование позиций, а в условиях каменистой тундры это очень тяжелая работа.
Стыки батальонов была прикрыты полковой артиллерией, между первым и вторым эшелонами размещены минометные подразделения и зенитно-пулеметная рота полка.
Утром 29 июня передовые части немцев достигли перешейка и с ходу попытались прорвать нашу оборону, но, понеся существенные потери, к 10 часам вынужден был прекратить атаки. С подходом главных сил немцев ожесточенный бой возобновился. Кое-где егерям удалось вклиниться между нашими ротами и создалась реальная угроза прорыва обороны полка, но полковнику Пашковскому удалось эту угрозу ликвидировать.
На следующий день враг создал почти пятикратное превосходство в людях и технике и начал подготовку к новому штурму. Однако 135-й полк также был усилен укомплектованными на 60—70% 55-й и 56-й отдельными пулеметными ротами и сводным батальоном 100-го погранотряда. Поддержала его и артиллерия эсминцев «Куйбышев» и «Урицкий».



С этого дня началось противостояние на небольшом перешейке полуострова Средний. Как бы сложилась обстановка в Заполярье, если бы 135 полк не устоял? Можно предположить самые печальные последствия и для Северного флота, и для защитников Мурманска, и для лэндлизовских конвоев. Но полк устоял. Берлинское же радио уже 2 июля поведало своим слушателям, что «горноегерьские дивизии генерала Дитла штурмом овладели полуостровами Рыбачий и Средний». Как говорят в России, «флаг им в руки».





До 14 июля враг пытался прорвать оборону перешейка, но не добившись успеха перешел к обороне и приступил к созданию минных полей и окопов. Немцы потеряли уверенность в успехе. Но не 135-й полк. Внезапной атакой силами 3 рот он захватил высоты 122,0 и 40,1, а затем прорвался на Большой хребет Муста-Тунтури. Бойцам удалось полностью овладеть высотами и закрепиться на выгодных для полка позициях. 18 и 19 июля гитлеровцы осуществили несколько ответных атак, но без успеха.
31 июля 1942 года 135-й стрелковый полк был преобразован в 254-ю отдельную бригаду морской пехоты, которая вошла в состав Северного оборонительного района, сформированного на базе 23-го укрепрайона.
Противник неоднократно пытался прорваться на полуострова, но сделать этого не смог вплоть до полного изгнания немцев из Заполярья к концу 1944 года. Четыре года австрийские горные егеря и советские морпехи видели друг руга в створе прицела на расстоянии броска гранаты. Но враг так и не ступил на Средний и Рыбачий.



Красноармеец Окунев был пленен в 41-м и его дальнейшая судьба связана с неволей в Германии. Его первым лагерем был шталаг IVB в Мюльберге, земля Бранденбург. Там же присвоен номер пленного 137236. Уже 30 ноября он переводится в шталаг IVF, Хартманнсдорф и в тот же день направляется в рабочую команду Глаухау. За три месяца жизни в плену он перемещался по рабочим командам семь раз.
В карте пленного есть только дата смерти Семена Окунева - 1 февраля 1942 г. Отметок о поступлении в лазарет нет, значит, скорее всего, умер в последней рабочей команде в г. Брандис, который находится у подножья горы Коленберг в 18 км к востоку от г. Лейпцига. На границе старого городского центра возле наружной стены Старого кладбища находится мемориальное захоронение погибших здесь во время Второй мировой войны советских граждан.
В 1946 г. на этом месте были похоронены останки 147 советских военнопленных. Они работали в рабочей команде на аэродроме Брандис-Вальдполенц и умерли в лазарете или же в самой рабочей команде, при которой и были первоначально похоронены. Сегодня их могилы находятся в двух местах мемориального кладбища. Там же есть братская могила, где похоронены 90 умерших в неволе гражданских лиц, работавших в Вурцене и Чадрасе, а также 4 военнопленных, которые умерли в Бойха и Борсдорфе. К сожалению, разные документы дают противоречивую информацию об общем количестве похороненных. Сейчас поименно известны 275 человек, но есть и неизвестные. На могилах стоят большие надгробные камни с именами и датами жизни умерших. Перед ними находится памятник, надпись на котором гласит о вечной памяти. Фамилии Окунева на этих камнях нет, но, возможно, в одной из могил он покоится как неизвестный.



В списках немецкой организации Саксонские мемориалы он есть. Для уточнения его судьбы и фактического места захоронения родственники могут обратиться туда.
Копии архивных документов находятся в МУ РамСпас. Тел. 46-50-330 Горбачев Александр Васильевич.
Все материалы по поиску без вести пропавших на сайте http://gorbachovav.my1.ru/

Записан
С уважением, А. Горбачев

рамспас

  • Эксперт
  • Участник
  • *****
  • Оффлайн Оффлайн
  • Сообщений: 806
  • Горбачев Александр Васильевич
РамСпас поиск. Возвращение.
70 лет Битве под Москвой

160 СТРЕЛКОВАЯ. СОЛДАТ ВАНИН

В дополнение к материалам поиска «160 стрелковая. Однополчане» установлена судьба еще одного нашего земляка, служившего в 160-й стрелковой дивизии.
Красноармеец Ванин Федор Семенович, 1923 г.р. из д. Минино. Из Книги памяти Московской области т. 22(I) известно, что он был призван Раменским РВК 16 октября 1941. Служил в 160 стрелковой дивизии, считается пропавшим без вести в феврале 1942-го.
В 1948 г. заявление на розыск подавала его мать, Ванина М.Н. Ею указана и дата получения последнего письма – 18 ноября 1941-го. Когда о судьбе солдата ничего не было известно, по существующей тогда практике он признавался пропавшим без вести через три месяца после потери связи с ним. Поэтому он и считается пропавшим без вести в феврале 42-го.





Вероятнее всего еще до получения родными письма он уже был в плену. Это предположение основано на том, что в начале ноября его дивизия попала в Вяземский котел, где почти вся и полегла, а многие попали в плен. Зачастую в таких ситуациях терялись и документы штабов, в т.ч. и донесения о потерях. Они либо уничтожались из опасения захвата врагом, либо врагом были захвачены. А может лежат где-то в земле с останками тех, кто их охранял. Так и становились солдаты без вести пропавшими.
Нынешние возможности по получению информации позволяют их из неизвестности вернуть.
На сайте Солдат.ру Веденьевой Ингой была размещена информация о погибших в тюрьме г. Орла военнопленных. Есть среди них и Федор Ванин. Он умер в этой тюрьме 19.01.1942 г.
Эту информацию с сайта я и приведу с некоторыми сокращениями и добавлениями.
В период оккупации г. Орла и области в здании Орловской городской тюрьмы (ул. Красноармейская) немцы разместили концлагерь, который называли «Сборный пункт № 20 2-ой танковой Германской армии». Возможно это был пересыльный (фронтовой) лагерь. В таких лагерях отбирали рабочую силу для рейха, а остальные уничтожались самой системой их содержания.



Орловская тюрьма в годы оккупации.



О положении военнопленных в лагере свидетельствуют результаты Чрезвычайной государственной комиссии о злодеяниях немецко-фашистских захватчиков в г. Орле и Орловской области, опубликованные в газете «Орловская правда» от 10 сентября 1943 года:
«…Массовое истребление мирного советского населения и военнопленных.
В Орловской городской тюрьме немецко-фашистские захватчики организовали лагерь для военнопленных и гражданского населения. Показаниями освобожденных военнопленных… установлено, что в Орловском лагере гитлеровцы истребляли советских граждан. Питание военнопленных не обеспечивало даже голодного существования. Пленным в день давали по 200 граммов хлеба с примесью древесных опилок и по литру супа из гнилой сои и прелой муки.
Начальник лагеря майор Гофман избивал военнопленных и заставлял истощенных от голода выполнять тяжелые физические работы в каменных карьерах и по разгрузке снарядов. У военнопленных были отобраны сапоги и ботинки и выданы деревянные колодки. В зимнее время колодки делались скользкими и при ходьбе, в особенности при подъеме на второй или третий этажи, пленные падали на лестницах и получали увечья.
Врач Цветков Х.И., находившийся в лагере военнопленных, дал следующие показания: «За время своего пребывания в Орловском лагере отношение к военнопленным со стороны немецкого командования могу характеризовать как сознательное истребление живой силы в лице военнопленных. Питание, содержащее максимум 700 калорий, при тяжелой, непосильной работе приводило полному истощению организма (кахексии) и вело к смерти, при явлении голодных отеков и необратимых кишечных расстройств. Немецкие врачи лагеря Купер и Бекель, несмотря на наши категорические протесты и борьбу с этим массовым убийством советских людей, утверждали, что питание вполне удовлетворительное. Мало того, они отрицали происхождение отеков у пленных на почве голода и с полнейшим хладнокровием относили их за счет сердечных или почечных явлений. В диагнозах запрещалось отмечать «голодный отек». В лагере была массовая смертность. Из общего числа умерщвленных 3000 человек погибли в результате голодания и осложнений на почве недоедания. Военнопленные жили в ужасных, неподдающихся описанию, условиях: полное отсутствие топлива, воды, огромная вшивость, невероятная скученность в камерах тюрьмы – в помещениях площадью 15-20 квадратных метров размещалось от 50 до 80 человек. Военнопленные умирали по 5-6 человек в камере, и живые спали на мертвых».
Некоторых военнопленных и активистов из гражданского населения, независимо от пола и возраста, помощник начальника лагеря капитан Матерн помещал в первый корпус. Заключенные называли его «блоком смерти»…
Член Чрезвычайной государственной комиссии академик Н.Н. Бурденко лично установил систематическое истребление фашистами военнопленных в лагере и в «лазарете» – тюрьме, где содержались раненые красноармейцы. «Картины, - сообщает академик Н.Н. Бурденко, - которые мне пришлось видеть, превосходят всякое воображение. Радость при виде освобожденных людей омрачалась тем, что на их лицах было оцепенение… Очевидно, пережитые страдания поставили знак равенства между жизнью и смертью. Я наблюдал три дня этих людей, перевязывал их, эвакуировал – психологический ступор не менялся. Нечто подобное в первые дни лежало и на лицах врачей. Гибли в лагере от болезней, от голода, от побоев, гибли в «лазарете» - тюрьме от заражения ран, от сепсиса, от голода. Гибли гражданские люди от расстрелов, которые производились в тюремном дворе с немецкой точностью, по расписанию – по вторникам и пятницам, группами по 5-6 человек. Немцы вывозили осужденных также в отдаленные места, где были траншеи, сделанные русскими войсками перед оставлением города, и там расстреливали. Расстрелянных в городе свозили и бросали в траншеи, преимущественно в лесистой местности. Казни в тюрьме совершались так: мужчины ставились лицом к стене, жандарм производил выстрел из револьвера в затылочную область. Этим выстрелом повреждались жизненные центры, и смерть наступала мгновенно. В большинстве случаев женщины ложились лицом вниз на землю, и жандарм стрелял в затылочную область. Второй способ: группы людей загоняли в траншею и, обернув их лицом в одну сторону, расстреливали из автоматов, направляя выстрел в ту же затылочную область. В траншеях обнаружены труппы детей, которых, по свидетельству очевидцев, закапывали живыми».
По показаниям очевидцев и свидетелей, на кладбище около городской тюрьмы, за время оккупации немцами г. Орла было похоронено не менее 5000 военнопленных и мирных советских граждан…».
В соответствии с имеющимися в фонде Орловского концлагеря учетными книгами (документы Орловского концлагеря поступили в облгосархив частично сохранившимися) составлены:
список советских военнопленных и гражданских лиц, умерших в концлагере;
список советских военнопленных и гражданских лиц, находившихся в лагере (без отметок о смерти).
Подлинные архивные документы являются рукописными и содержат множество ошибок, в том числе орфографических, в фамилиях, именах, отчествах, домашних адресах. Во избежание неточных исправлений названий районов, сельсоветов и пр. в списках все записи приводятся так, как они указаны в документах.
Например запись о Ванине выглядит так: «Ванин Ф.С. 1923 г.р., дата смерти 19.01.1942, Московская обл., Ровинский р., Гжиевский с/с, д. Минино».
Умершие и расстрелянные фашистами военнопленные и гражданские лица захоронены в братской могиле, которая находится у стен бывшего концлагеря по ул. Красноармейской г. Орла на братском кладбище жертв фашизма.





В настоящее время на месте захоронения находятся три могильных холма высотой 1 метр. В 1973 г. кладбище было благоустроено, реконструирована ограда, проложены асфальтовые дорожки, могилы окаймлены каменным бордюром, посажены зеленые декоративные растения, сооружены мемориальная стенка и обелиск. В центре бетонной мемориальной стенки на плите из черного гранита имеется надпись: «Здесь захоронено 5000 советских граждан, замученных и расстрелянных фашистами в 1941—1943 годах». На обелиске выбиты слова: «Вечная память жертвам фашизма, погибшим в годы временной оккупации».
Копии записей о пленных родственники могут получить в Государственном архиве Орловской области, сайт http://www.gosarchiv-orel.ru/index.php?id=28&option=com_content&Itemid=12.
Копии архивных документов находятся в МУ РамСпас. Тел. 46-50-330 Горбачев Александр Васильевич.
Все материалы по поиску без вести пропавших на сайте http://gorbachovav.my1.ru/

Записан
С уважением, А. Горбачев

Warwara

  • Эксперт
  • Участник
  • *****
  • Оффлайн Оффлайн
  • Сообщений: 5 455
  • Варвара Леонидовна
Уважаемый Александр Васильевич,

если позволите, и мой комментарий. При использовании архивных документов нужно сопровождать их ссылками на источники. Никто не давал нам права вставлять в свои публикации, в том числе на форуме, безадресные "картинки". Это почти всегда чья-то интеллектуальная собственность, и ее владельцы вправе предъявить свои права.
Согласен с Вами, но всегда ли источник можно считать первоисточником? Достаточно сложно бывает это определить. Если я вижу автора, я ссылаюсь на его фамилию, если в размещенных материалах есть условие использования материалов только со ссылкой на данный источник, я делаю это.
1). Вы берете, в частности, материалы из ОБД (например, сканы зеленых и персональных карточек военнопленных), содержащем копии документов ЦАМО, ГАРФа и т.д., не давая никаких ссылок. Любой архив, предоставляя доступ к своим документам, требует при их публикации давать точные ссылки: номер фонда, дела, акта и т.д. Эта информация для любого документа из ОБД есть, и ее необходимо указывать.
2). То же самое относится к всевозможным цитатам из чужих произведений. Нужно указывать источник. Если Вам неизвестен первоисточник, дайте ссылку на тот источник, которым Вы пользовались.
Иначе Вас запросто можно обвинить: 1) в "пиратстве", 2) в плагиате.
А заодно и наш форум, на котором это публикуется.
« Последнее редактирование: 20 Августа 2011, 17:13:34 от Warwara »
Записан
С уважением, Варвара
---------------------------------------
При использовании информации данного сайта ссылки на соответствующую страницу и автора обязательны

рамспас

  • Эксперт
  • Участник
  • *****
  • Оффлайн Оффлайн
  • Сообщений: 806
  • Горбачев Александр Васильевич
Уважаемый Александр Васильевич,

если позволите, и мой комментарий. При использовании архивных документов нужно сопровождать их ссылками на источники. Никто не давал нам права вставлять в свои публикации, в том числе на форуме, безадресные "картинки". Это почти всегда чья-то интеллектуальная собственность, и ее владельцы вправе предъявить свои права.
Согласен с Вами, но всегда ли источник можно считать первоисточником? Достаточно сложно бывает это определить. Если я вижу автора, я ссылаюсь на его фамилию, если в размещенных материалах есть условие использования материалов только со ссылкой на данный источник, я делаю это.
Вы берете, в частности, материалы из ОБД (например, сканы зеленых и персональных карточек военнопленных), содержащем копии документов ЦАМО, ГАРФа и т.д., не давая никаких ссылок. Любой архив, предоставляя доступ к своим документам, требует при их публикации давать точные ссылки: номер фонда, дела, акта и т.д. Эта информация для любого документа из ОБД есть, и ее необходимо указывать.
Я выкладываю здесь результаты установления судеб солдат в том виде, в каком они печатаются в газете для того, чтобы те кто газету не видел, могли информацию найти. Да, здесь я могу какие-то документы добавить, но на главной странице ОБД я не видел такого условия о котором пишете Вы. На моем сайте, ссылку на который я даю в текстах, установлен баннер ОБД и размещены рекомендации как этой базой пользоваться. Когда находятся родственники все ссылки они от меня получают.
Кроме этого я не занимаюсь исследованиями в области военной истории, что и оговорил в начале темы. Перегруженность текста разного рода официальными ссылками увеличивает его объем и делает неудобочитаемым. А он все-таки расчитан не на военных историков, а на родственников пропавших в войне.
Поэтому признателен за любые замечания по исторической достоверности тех событий, которые непосредственно касаются судеб пропавших.
Я не считаю свою работу журналистикой, но она все-таки ближе к ней.
« Последнее редактирование: 20 Августа 2011, 17:36:58 от рамспас »
Записан
С уважением, А. Горбачев

Warwara

  • Эксперт
  • Участник
  • *****
  • Оффлайн Оффлайн
  • Сообщений: 5 455
  • Варвара Леонидовна
Неубедительно. Нельзя согласиться, что отсутствие ссылок - хорошо, а их присутствие - плохо. В любом тексте, в том числе газетном. Можно сделать сноски - они вообще не отвлекают внимания читателя, и все ссылки дать в сносках. Публикация без ссылок - дурной пример для всех, что бы Вы ни говорили.
Записан
С уважением, Варвара
---------------------------------------
При использовании информации данного сайта ссылки на соответствующую страницу и автора обязательны

рамспас

  • Эксперт
  • Участник
  • *****
  • Оффлайн Оффлайн
  • Сообщений: 806
  • Горбачев Александр Васильевич
Неубедительно. Нельзя согласиться, что отсутствие ссылок - хорошо, а их присутствие - плохо. В любом тексте, в том числе газетном. Можно сделать сноски - они вообще не отвлекают внимания читателя, и все ссылки дать в сносках. Публикация без ссылок - дурной пример для всех, что бы Вы ни говорили.
По-моему Вы все усложняете. Весь материал, который собирается для этих статей, набран из большого количества сайтов. Иногда это одна фраза. Мне делать ссылку на этот сайт? Ссылки по большей части требуют газеты и журналы, где размещенные материалы являются интеллектуальной собственностью журналистов. Либо если используемый материал может принести прибыль. Неважно какую. Деньги, ученую степень. Я никакой выгоды не имею и сам никаких ссылок на мною собранное и написанное не требую. Денег я от газеты не получаю. От родственников тоже.
Повторюсь, ОБД тоже этого не требует. Тем более, что справки архив выдает бесплатно без ограничений по использованию, а сайт доступен для всех. А вообще архив дивизии, например, это чья собственность? Писаря, начальника штаба, командира дивизии, ОБД? Или солдата, чья фамилия в списки внесена? Так какова цель ссылок в том, что публикую я? Тем более в газете, где место крайне ограничено.
Меня больше возмущает, когда скачанное на бесплатных сайтах присваивают и на других сайтах продают. Карты, например. Или когда чужие результаты исследований выдают за свои. Вот это воровство и с этим я совершенно согласен.
Записан
С уважением, А. Горбачев

Warwara

  • Эксперт
  • Участник
  • *****
  • Оффлайн Оффлайн
  • Сообщений: 5 455
  • Варвара Леонидовна
А по-моему, Вы всё слишком упрощаете. Речь ведь не о том, что ВЫ не требуете никаких благ за свои публикации и ссылок них. Это, в конце концов, Ваше личное дело. Вы можете не ценить СВОЙ труд, но уважать труд других людей – сотрудников архивов, ЭЛАРа, авторов публикаций, труды которых Вы используете без каких-либо ссылок на них и указания источников, - разве не должны? Ваши рассуждения о том, кому принадлежат архивные документы, на мой взгляд, - демагогия. Архивные документы – собственность архивов. Тут вовсе не нужно пускаться в рассуждения, а ссылаться, и всё. На форуме места для этого достаточно. Кроме того, в октябре прошлого года в личной беседе с Владимиром Иосифовичем Тумаркиным я спрашивала его, можно ли в публикациях использовать сканы документов из ОБД. Он ответил, что можно, но с соответствующей сссылкой.

Моё твёрдое мнение: использование документов без указания источника обесценивает публикацию, а размещение такого материала на нашем форуме компроментирует его. Жаль, что даже опытные пользователи этого не понимают.
« Последнее редактирование: 20 Августа 2011, 22:30:45 от Warwara »
Записан
С уважением, Варвара
---------------------------------------
При использовании информации данного сайта ссылки на соответствующую страницу и автора обязательны
Страниц: 1 2 [3] 4 5 6 7 8 ... 13   Вверх
« предыдущая тема следующая тема »