Перейти в ОБД "Мемориал" »

Форум Поисковых Движений

Пожалуйста, войдите или зарегистрируйтесь.

Войти
Расширенный поиск  

Новости:

Автор Тема: Уроженцы СОАССР. Село Урсдон, Дигорского района.  (Прочитано 15541 раз)

Мадина

  • Участник
  • **
  • Оффлайн Оффлайн
  • Сообщений: 30
Анатомия Армии Ю.Веремеев
Окружение и переход к партизанским действиям.
интересно.....
http://army.armor.kiev.ua/hist/okruzenie.shtml

С точки зрения чистой тактики (я бы сказал, абстрактной тактики) окружение более выгодно тем, кого окружили, нежели тем, кто окружил.

Почему?

По следующим причинам:

1. У окруженных нет открытых флангов, которые всегда являются самым слабым элементом боевого порядка хоть при наступлении, хоть при обороне. Всегда противники стремятся атаковать или контратаковать друг друга не в лоб, а зайти с фланга, поскольку это сулит меньшие потери и больший успех.  Зайти же во фланг окруженным невозможно, покольку у них просто нет флангов.

2. Для удержания противника в окружении требуется куда больше сил, нежели обороняющимся окруженным. Абстрагируясь от конкретики, попробуем это пояснить графически.
 Даже на упрощенном рисунке это заметно. Но можно и посчитать. Возьмем отвлеченное соединение красных и предположим, что район, им занимаемый имеет радиус 50 км. Тогда протяженность фронта обороны составит  314 километров.
 Их окружает соединение синих. В среднем, линии траншей противоборствующих сторон отстоят друг от друга на 1-2 километра. Следовательно радиус фронта синих будет 51 километр, а протяженность фронта составит уже 321 километр. Разница в 7 километров. Условно считая по 1 бойцу на 10 метров, это разница минимально в 700 солдат.

3. Окруженные могут сосредотачивать свои резервы примерно в центре зоны окружения, что дает им возможность перебрасывать их на угрожаемые участки фронта по кратчайшим маршрутам. Их командир не озабочен размышлениями, где враг будет наносить удар. Ему это все равно, он всегда успевает бросить туда резервы.
 Окружившие же вынуждены располагать свои резервы вокруг кольца окружения, поскольку окруженные тоже могут наносить удары. Значит, окружившие вынуждены иметь больше резервов, чем окруженные. Иначе они не успеют подбросить резервы на угрожаемый участок. Ведь протяженность маршрутов выдвижения резервов, необходимых окружающим, в разы больше, нежели у окруженных.

4.Управлять своими частями командиру окруженных куда легче и проще, чем командиру окруживших, уже хотя бы потому, что линии связи и дороги куда короче. Он и сам лично может довольно быстро побывать в любой части. А вот для командира окруживших сие весьма затруднительно, а часто и просто невозможно. Пока он доберется до своих частей, находящихся по другую сторону кольца....Говоря военным языком, окруженный командир лучше владеет обстановкой, нежели окруживший командир.

5. Окруживший командир, вынужден создавать дополнительные линии обороны между кольцом окружения и внешним фронтом, поскольку наверняка окруженные предпримут попытку прорыва к своим и обязательно создадут ударный кулак, а   с линии фронта тоже будет нанесен согласованный удар внешних сил на помощь прорыва окруженных. А это для окруживших тоже расход сил, и немалый.

Фактически, и об этом говорит опыт Второй мировой войны, окруживший только для удержания окруженных в кольце  вынужден иметь хотя бы двойное превосходство в силах.

 

От автора. Оговорюсь, превосходство в силах для окружения нужно, если окруженные не оказались деморализованы, что, увы, неоднократно имело место в Красной Армии летом 1941, да и в 42-м тоже. Напомню, что и немецкие соединения неоднократно, в том числе  и в 41 оказывались в окружении, но сохраняли хладнокровие, к партизанским действиям не переходили, а прорывали окружение. Тому пример  окружение  15-18 июля 1941 в районе Сольцы 56-го механизированного корпуса генерала фон Манштейна, причем 8-я танковая дивизия и 3-я моторизованная  оказались в полном окружении. Кстати, в окружении 56-й корпус оказался как раз вследствие того, что по замыслу командования группы армий Центр он должен был окружить советские войска в районе Пскова (стр. 200-204 книги "Утерянные победы" издания 99г.).

6. После окружения какой то группировки наступающие вынуждены или вовсе прекратить дальнейшее наступление, либо значительно сократить его масштабы, поскольку превосходство в силах, необходимое для дальнейшего успешного наступления, уже утрачивается.

Таким образом с точки зрения чистой тактики, окружать противника невыгодно и опасно, а вот если оказаться в окружении, то это дает весьма существенные тактические выгоды.

И все таки, реалии  Второй Мировой войны, да и других войн тоже, говорят о совершенно обратном. Всегда считалось блестящим  успехом прорвать оборону противника и по сходящимся направлениям окружить возможно больше сил противника. И всегда попадание в окружение считалось неудачей, проигрышем сражения, и всегда окруженные стремились вырваться из кольца. И как можно скорее.

Почему?

А ответ банален и прост как колумбово яйцо. Окруживший, получает одно преимущество, которое напрочь зачеркивает все недостатки окружения, описанные выше. Он перезает  линии снабжения окруженных (коммуникации, иначе говоря). Окруженные войска подобны человеку, которому сдавили горло и  которому не может поступать кислород. Какое то время он еще живет, но минуты его сочтены.

Давайте посчитаем. Согласно приказа НКО СССР №312 от 22.09.1941 общий вес суточного пайка красноармейца составлял 2.323 кг. Это без тары. С тарой округленно 2.5 кг.

Согласно штата №04/401 от 05.04.1941 в стрелковом полку 188 офицеров (средний и старший командный и начальствующий состав, говоря языком того времени), 437 сержантов (младший командный состав) и  2557 красноармейцев. Всего 3182 человека.

Получается, что полк ежедневно съедает продовольствия  7.96 тонн.

А ведь в полку имеются и лошади. Их 439 и им нужно сено и овес.  К сожалению, норм питания лошадей у меня нет. Ладно, допустим, что они питаются подножным кормом. Но в полку еще 18 автомобилей и им ежедневно нужно горючее.

Я уже не говорю о  ежедневном расходе боеприпасов, которые тоже нужно доставлять. Ведь стрелковый полк помимо 311 автоматов, 2285 винтовок, 179 пулеметов разных типов имеет еще и 49 минометов,  18 пушек.

И вот этот полк попадает в окружение, т.е. лишается ежедневного подвоза одного только продовольствия в 8 тонн. А если взять дивизию, в которой ни много, ни мало, а 14483 человека личного состава, то ей нужно в сутки 36.3 тонны только продуктов.

Разумеется, и в полку и в дивизи имеются свои подвижные запасы боеприпасов, топлива и продуктов. По нормативам, да и по опыту войны  автономность полка, т.е. он может просуществовать на своих запасах без подвоза грузов снабжения   2-5 дней, дивизия 7-12 дней.

Значит, войскам оказавшимся в окружении, необходимо либо в эти несколько дней   прорвать кольцо и восстановить линии снабжения, либо прорваться и отойти на линию фронта, либо для них должна быть организована доставка грузов снабжения по воздуху или как то иначе.
 Во всех иных случаях исход однозначен - гибель окруженных войск. Тут остаются варианты лишь во времени и в форме гибели. Либо вследствие израсходования боеприпасов, либо вследствие ежедневных потерь в личном составе (а ведь кроме всего прочего требуется ежедневно полку доставлять пополнение и вывозить раненых), либо от голода.

Конечно, при слабом давлении противника можно растянуть продукты и боеприпасы на более длительный срок, но все равно гибель окруженных это уже вопрос времени, если невозможен прорыв к своим.

Рассмотрим пару примеров организации снабжения окруженных по воздуху.....

Разумеется, какая то часть окруженных, утратив надежду прорваться через линию фронта и имея к тому возможности, переходили к партизанским действиям. В.И.Боярский пишет, что из 460 тыс. окруженных под Киевом, 25 тыс. вышли к своим, 2 тыс. стали партизанить сразу, 20 тыс., пройдя немецкие лагеря. Остальные так и остались в плену. Таким образом выясняется, что из окруженных под Киевом имели возможность решить свою судьбу без сдачи в плен в 1941 смогло лишь менее 6%. Из них стать партизанами только  0.4%.
 Думается, что если бы по советам Старинова Сталин запрещал  окруженцам прорываться к своим, то армия потеряла бы и те 25 тыс., что  согласно устава шли и вышли к своим. В партизаны они едва ли попали бы.

Ну и не стоит забывать о том, что от 800 тыс до 1.2 мл.(по разным подсчетам)  наших окруженцев и других сограждан мужского пола, оказавшиеся в оккупации,  пошли служить немцам в их вооруженных формированиях. И еще 500 тыс. стали работать на немцев на железной дороге. От того, что не были своевременно научены партизанить?

P.S. Когда статья была уже готова, мне пришла в голову мысль наложить карту из немецкой книги, показывающую окружение под Киевом, на физическую карту Украины. И вот что получилось. Синим показано кольцо окружения, красным, окруженные группировки Красной Армии, а ядовито зеленым, леса, имеющиеся в данной местности восточнее Киева.

И  в какие леса уходить партизанить   предлагают Старинов и Боярский всем этим 460 тысячам окруженных красноармейцев? Местность восточнее Киева открытая слабо-пересеченная, зато густо населенная и изрезанная дорогами.

Вот что я нашел в докладе  командира 2-го кавалерийского полка СС о ходе акции 11-12 августа 1941 года. в районе Припяти (это севернее Киева между Чернобылем и Славутичем):
 "Украинское и белорусское население очень гостеприимно. Это проявляется особенно в том, что они рассказывали о бандах, действовавших в окрестностях в течение некоторого времени....Дальнейшим доказательством доброжелательного отношения было то, что при вступлении отряда в населенный пункт жители сраху же выносили молоко, яйца, другие продукты питания. Поляки и русские сдержанны и замкнуты, хотя тоже приветствовали прибытие немецких солдат..".

Думается, что тем, кто выстраивает антироссийскую пропагандистскую ложь под видом разоблачения преступлений и глупостей сталинского режима, прикрываясь именами авторитетных и уважаемых людей, все же стоит хоть немного изучать историю, и заглядывать хотя бы в школьные географические карты.

Разглядывая физическую карту Украины, я обратил внимание еще на один интересный момент. Знаменитый партизанский отряд полковника Медведева ( в действительности разведывательный спецотряд НКВД) действовал севернее Ровно, откуда к северу тянутся сплошные, уходящие в белорусское Полесье леса. Там действительно, есть где спрятаться. А заодно нашел ответ на вопрос - отчего отряд фактически не смог переместиться в район Львова, когда в том возникла необходимость (обеспечивать действия агентурной разведки во главе с Николаем Кузнецовым, переместившимся во Львов). По   маршруту движения лесные массивы разрозненные с большими открытыми промежутками между ними.
 Да, в Белоруссии местность в основном покрыта густыми лесами, и как раз это помогло войскам разбитого в первые дни войны Западного фронта хоть и разрозненно, с большими потерями, но выйти из кольца окружения. Тому свидетель и участник   мой отец, капитан  152-го Ростовского   кубано-терского казачества кавалерийского полка 6-й кавалерийской дивизии 6-го кавкорпуса 10-й армии, начавший войну 22 июня 41-го у города Ломжа, прошедший три окружения (Белосток, Минск, Вязьма) и победно завершивший войну на косе Фришес-Нерунг в Восточной Пруссии в первых числах мая 45-го. Что было бы с ним, если бы он знал партизанскую тактику и ушел   партизанить, я не знаю.

Я знаю уставные требования - любой военнослужащий, потеряв свою часть, подразделение, обязан предпринять все, чтобы разыскать свою часть и вернуться в ее ряды. Иначе при любой неудаче полк становится чем то вроде песочного замка -рассыпается при легком ветерке. А уход в партизаны вместо того, чтобы прорываться и выходить к своим, есть скрытая форма дезертирства.

 
Записан

Мадина

  • Участник
  • **
  • Оффлайн Оффлайн
  • Сообщений: 30
Исаев Алексей Валериевич
http://modernlib.ru/books/isaev_aleksey_valerievich/kotli_41go_istoriya_vov_kotoruyu_mi_ne_znali/read_15/

Боевые действия Юго-Западного фронта.

В это время войска Юго-Западного фронта сдерживали немецкое наступление на 600-километровом фронте. Все соединения были вытянуты в одну линию. Укомплектованность дивизий была низкой. Большая часть их не превышала силы стрелкового полка. Облегчала задачу советских войск наступившая распутица, которая сковывала подвижность обеих сторон и не благоприятствовала активным действиям.

Чтобы не допустить прорыва фронта на юго-западном направлении, сохранить войска и создать резервы, Ставка Верховного главнокомандования приказала войскам Юго-Западного и Южного фронтов с 17 октября начать отход на линию Касторное (180 км севернее Валуйки) — р. Оскол — Кр. Лиман — Горловка — Таганрог и закончить его к 30 октября. За счет сокращения фронта намечалось вывести в резерв на Юго-Западном фронте шесть стрелковых дивизий и два кавалерийских корпуса, а на Южном фронте — не менее трех стрелковых дивизий. Одновременно Ставка приказала из состава управления Северо-Кавказского военного округа сформировать управление 56-й Отдельной армии и включить в нее шесть стрелковых, шесть кавалерийских дивизий и части усиления, находившиеся на территории округа к югу от р. Дон. В задачу этой армии входила оборона Ростова по линии Синявка (5 км западнее Хопры) — Новочеркасск и далее по южному берегу Дона до Верхн. Курмоярской.

Выполняя приказ Ставки, войска Юго-Западного фронта к концу октября отошли на рубеж Тим (140 км севернее Волчанска), западнее Купянска — Изюма — Красного Лимана, и здесь организовали оборону. Войска Южного фронта к этому времени правым крылом закрепились на рубеже Красный Лиман — Дебальцево, а войска левого крыла (18-й и 9-й армий) под давлением противника к исходу 4 ноября отошли на 30—35 км к востоку от указанного Ставкой рубежа — на линию Дебальцево — Красный Луч — Больше-Крепинская — Хопры.

Таким образом, в октябре 1941 г. противнику удалось захватить почти всю Левобережную Украину, выйти на подступы к Ростову и занять юго-западную часть Донбасса. Оттеснив на восток войска Южного фронта, он получил возможность возобновить наступление на Крым.

Оборона на ростовском направлении 5—16 ноября.

Советское командование решило использовать выгодное охватывающее положение армий Южного фронта по отношению к немецкой 1-й танковой армии для разгрома последней и предотвращения, таким образом, опасности прорыва противника на Кавказ.
С этой целью из выведенных в резерв дивизий Юго-Западного и Южного фронтов в район Каменска началось формирование новой 37-й армии, которую намечалось использовать в качестве ударной группировки Южного фронта.

До сформирования 37-й армии, готовность которой была определена к 15 ноября, главная задача Южного фронта и прикрывавшей Ростов 56-й Отдельной армии заключалась в том, чтобы сдержать противника и прикрыть сосредоточение ударной группировки, а также не допустить захвата немецкими войсками Ростова и плацдарма на южном берегу Дона.

Немецкое командование стремилось поскорее захватить Кавказ с его богатыми нефтяными районами. Поэтому 1-я танковая армия группы армий «Юг» после выхода к Таганрогу получила приказ уничтожить советские войска, находившиеся севернее Таганрога, и захватить плацдарм на южном берегу Дона между Ростовом и Цимлянской (200 км восточнее Ростова). После этого предполагалось развить наступление на юг и в первую очередь захватить Майкоп и Туапсе.

Командование группы армий «Юг», чтобы избежать штурма укреплений на подступах к Ростову, решило главный удар нанести в обход Ростова с севера через Шахты.

После захвата плацдармов на южном берегу р. Дон планировалось часть сил 1-й танковой армии повернуть на север с тем, чтобы совместно с войсками правого фланга 17-й армии, которые должны были прорваться на ворошиловоградском направлении, окружить войска Южного фронта в восточной части Донбасса.

Наступление противника началось утром 5 ноября. На правом фланге 9-й армии против двух дивизий, занимавших оборону от Дьяково до Лысогорка, перешли в наступление четыре немецкие дивизии (две танковые, одна пехотная и одна моторизованная), наносившие главный удар на Шахты.

Сражение сразу же приняло ожесточенный характер. Уже в первый день 9-я армия по указанию командования фронта нанесла контрудар по вклинившемуся на узком участке фронта противнику. Попытки врага в последующие дни развить удар в направлении Шахт и далее на Новочеркасск, Ростов успеха не имели. Лишь к исходу 8 ноября за четыре дня боев противнику ценою больших потерь удалось потеснить 9-ю армию на 30—35 км на восток. Однако тактический успех противника не был развит в оперативный.

В результате потерь, понесенных войсками противника, командованию группы армий «Юг» 8 ноября пришлось отказаться от дальнейшего наступления, и фронт на новошахтинском направлении стабилизировался до 17 ноября на рубеже Ровеньки, устье р. Б. Несветай. Стойкая и упорная оборона войск 9-й армии позволила произвести сосредоточение войск, объединенных в 37-ю армию, и подготовку их к контрнаступлению.

На ворошиловоградском направлении наступление противника к 21 ноября также было остановлено 12-й армией севернее Кадиевки.

Вынужденное отказаться от обходного маневра через Шахты, немецкое командование поставило перед 1-й танковой армией задачу — захватить Ростов ударом с северо-запада. 17 ноября противник возобновил наступление на Ростов. В этот же день началось контрнаступление войск Южного фронта, ударную группировку которых составляла 37-я армия. Немецкое командование вначале недооценило наступление советских войск и продолжало силами 1-й танковой армии выполнять задачу по захвату Ростова.

Главный удар противником был нанесен по 56-й Отдельной армии, занимавшей оборону на фронте протяженностью 75 км с оперативной плотностью 10—16 км на одну дивизию. К моменту наступления противника рубеж обороны не был подготовлен в инженерном отношении.

С утра 17 ноября на ростовском направлении развернулась ожесточенная борьба, длившаяся пять дней. Ценою больших потерь противнику удалось 21 ноября ворваться в город.

К этому времени советские войска, наступавшие на большекрепинском направлении, нависли над флангом и тылом ударной группировки противника в районе Ростова. Поэтому ни о каком продолжении наступления врага от Ростова на Кавказ не могло быть и речи. Его войска заняли оборону фронтом на север, восток и юг.

Борьба за Крым.

К моменту выхода противника к крымским перешейкам (середина сентября) для их обороны были развернуты три стрелковые дивизии 51-й Отдельной армии, войсками которой командовал генерал-полковник Ф. И. Кузнецов. Оборонявшие первую позицию у Перекопа 106-я и 156-я стрелковые дивизии не сумели сдержать напора 46-й и 73-й пехотных дивизий LIV армейского корпуса и к 28 сентября отошли на Ишуньские позиции.

Для усиления 51-й Отдельной армии Ставка Верховного главнокомандования 30 сентября решила эвакуировать Одесский оборонительный район и за счет его войск укрепить оборону Крымского полуострова. До прибытия войск из Одессы командующему 51-й Отдельной армией было приказано сосредоточить все силы для удержания Арабатской стрелки, Чонгарского перешейка, южного берега Сиваша и ишуньских позиций. На эвакуацию Приморской армии и выход ее к перешейкам потребовалось около трех недель. За это время противник оттеснил войска Южного фронта к Таганрогу и получил возможность возобновить наступление на Крым.

Для вторжения в Крым немецкое командование выделило 11-ю армию с румынским горным корпусом, всего семь немецких пехотных дивизий и две румынские бригады.

Главный удар противник наносил немецкими дивизиями через Перекопский перешеек; вспомогательный — румынским горным корпусом через Чонгарский мост. К 18 октября на Перекопском перешейке были сосредоточены четыре пехотные дивизии LIV армейского корпуса. Две дивизии XXX армейского корпуса, направлявшиеся к Перекопу, находились на полпути между Геническом и Перекопом; 132-я немецкая дивизия в это время подходила к реке Южн. Буг. Румынский горный корпус сосредоточивался к Геническу.

Советские войска в Крыму вместе с прибывшими четырьмя стрелковыми и одной кавалерийской дивизиями Приморской армии насчитывали к 18 октября в своем составе 12 стрелковых и четыре кавалерийские дивизии. Этих сил было вполне достаточно для организации прочной обороны крымских перешейков. На Черном море господствовал наш флот. Поэтому возможность высадки морского десанта противника исключалась; также маловероятна была и высадка воздушных десантов.

Однако командующий 51-й армией не сумел правильно оценить обстановку и разбросал свои силы по всему полуострову. Три стрелковые и две кавалерийские дивизии он держал на охране побережья, две стрелковые и одну кавалерийскую дивизии — в резерве. Для обороны перешейков были развернуты: на Ишуньских позициях в одном эшелоне четыре стрелковые дивизии и на Чонгарском полуострове одна стрелковая дивизия. Две дивизии Приморской армии находились на марше из Севастополя к перешейкам и могли туда прибыть не ранее 23 октября.

Противник, перейдя 18 октября в наступление на Ишуньские позиции, главный удар наносил двумя дивизиями на узком участке между железной дорогой и берегом Черного моря. 20 октября ему удалось прорвать Ишуньские укрепления. Вместо организации контратак во фланг прорвавшемуся противнику командующий 51-й армией стремился закрыть образовавшийся прорыв и только 23 октября предпринял контратаку в лоб силами подошедших 25-й и 95-й стрелковых дивизий Приморской армии. Этой контратакой удалось задержать наступление немецких войск до 25 октября. Но с потерей удобных для обороны ишуньских позиций наши войска оказались в невыгодном положении на позициях, почти не подготовленных к обороне Для объединения действий войск 51-й и Приморской Отдельных армий и Черноморского флота по обороне Крыма по указанию Ставки Верхового главнокомандования было создано командование войсками Крыма. Командующим был назначен вице-адмирал Г. И. Левченко, заместителем по сухопутным войскам — генерал-лейтенант П. И. Батов.

26 октября с подходом XXX армейского корпуса немецкие войска возобновили наступление. К этому времени все резервы обороны были израсходованы, и 28 октября противнику удалось прорвать фронт наших войск. Дивизии Приморской армии начали отходить на юг, а 276-я, 106-я, 271-я и 156-я стрелковые дивизии 51-й армии, против которых наступали пять немецких дивизий, медленно отходили в направлении на Джанкой. Не имея в составе армии подвижных частей, Э. фон Манштейн 29 октября для развития успеха создал импровизированную моторизованную группу под командованием полковника Циглера. В состав группы вошли моторизованные подразделения пехотных дивизий 11-й армии — разведывательные батальоны, зенитные и противотанковые дивизионы. Это было достаточно характерным для немцев ходом, немецкие пехотные дивизии неоднократно использовали разведывательные батальоны на бронеавтомобилях в качестве моторизованных боевых групп для захвата важных в тактическом плане объектов.

Командующий войсками Крыма 29 октября решил отвести войска Приморской и 51-й армий на слабо подготовленный тыловой оборонительный рубеж, проходивший по линии Советский — Ново-Царицыно — Саки, и закрепиться на нём. Это решение осуществить не удалось, так как 31 октября подвижный отряд противника вышел к станции Альма, а вслед за ним выдвинулись и дивизии LIV армейского корпуса.

Чтобы не допустить прорыва немецких войск к Севастополю, гарнизон которого в это время был очень слаб, было решено войска Приморской армии отвести к Севастополю и организовать там ими оборону, а 51-й армией прикрыть керченское направление. Вследствие того, что дороги из района Симферополя на Севастополь были уже перехвачены противником, действовавшим в степной части Крыма, войскам Приморской армии пришлось отходить через горы на Алушту и Ялту и уже отсюда по Приморскому шоссе двигаться на Севастополь.

Отход проходил в трудных условиях; наши войска вели непрерывные бои с наседавшим на них XXX армейским корпусом противника, который от Джанкоя был повернут на юг. 6 ноября передовые части Приморской армии вышли к Севастополю как раз в тот момент, когда гарнизон города, состоявший главным образом из морской пехоты, отражал на передовом рубеже атаки LIV армейского корпуса, стремившегося прорваться к городу с востока по кратчайшему направлению. С подходом войск Приморской армии силы защитников Севастополя увеличились, что дало им возможность отразить наступление врага.

В то время, когда войска Приморской армии отходили к Севастополю, 51-я армия, в командование войсками которой с 30 октября вступил генерал-лейтенант П. И. Батов, отводилась для обороны Керченского полуострова. 4 ноября приказом командующего войсками Крыма на базе 51-й армии был создан Керченский оборонительный район, в состав которого вошли все соединения и части 51-й армии и Керченская военно-морская база.

Несмотря на удобную для обороны местность и достаточные силы (семь стрелковых дивизий), командование оборонительного района нe сумело организовать оборону Керченского полуострова и приостановить наступление противника. 16 ноября последние части 51-й армии были эвакуированы на Таманский полуостров. Нельзя сказать, что этот результат легко достался немецкой стороне. Вот как эти события описаны в истории 170-й пехотной дивизии:

«3 ноября полки 391-й и 401-й заняли Феодосию. В 15 час. 391-й полк установил боевой флаг рейха на осветительной башне порта. Уже на следующий день дивизии удалось прорваться на Керченский перешеек, через который по всей его ширине располагались противотанковые рвы. Препятствие состояло из проволочных заграждений глубиной до 10 метров, противотанковых ров и полевых укреплений, усиленных на участке дивизии 15 бетонными бункерами, 51 позицией снайперов и 19 деревянными бункерами. Глубина всего укрепления составляла примерно 8 километров. 401-й пехотный полк сумел преодолеть рвы 5 ноября силами двух батальонов. За ними последовали другие батальоны дивизии. Собственные потери в этих боях были очень большие. Среди погибших были командир 401-го полка подполковник Тило и его адъютант, старший лейтенант фон Протт. Оба умерли одновременно после тяжелого ранения на главном перевязочном пункте дивизии. В 391-м полку пятью ротами, насчитывающими всего 35—40 бойцов, командовали унтер-офицеры.

Установились сильные дожди. Дороги размыло. Несмотря на это, полки достигли установленных на этот день целей. Лишь тяжелое подразделение 240-го артиллерийского полка на полностью размытых дорогах не смогло продолжить марш. На Татарском валу противник стянул значительные силы, которые обнаружили намерение остановить продвижение к Керчи здесь — на оборонительном укреплении, созданном крымскими татарами в Средние века. Сопротивление пехотных подразделений было прорвано при первой атаке. Однако воздействие артиллерии противника оставалось существенным. Русские эскадрильи бомбардировщиков нанесли дивизии, несмотря на защиту истребителей, большие потери. Продвижение продолжилось при сильных дождях, дальше, через глубоко изрезанные, глинистые участки, которые были преодолены только с использованием всех имеющихся сил. Местность была пронизана минными полями, которые подрывались электрическим зажиганием. Пехотные подразделения то и дело натыкались в теснинах на сильно укрепленные очаги сопротивления. При взятии одного из таких очагов погиб капитан Векинг, командир батальона 399-го пехотного полка. 2-му батальону 399-го полка под командованием погибшего позднее капитана Боссе удалось смелым броском завладеть фортом Камыш-Бурун. Большое количество пленных, невероятное количество боеприпасов береговой артиллерии русского Черноморского флота, авиационные бомбы, мины и военное имущество в целости и сохранности перешли в руки немцев. 240-му артиллерийскому полку был подчинен 2-й батальон 64-й дивизии противовоздушной обороны с тремя орудиями, которые были развернуты на форте и вместе с 5-м дивизионом 240-го артиллерийского полка эффективно препятствовали движению кораблей в порту Керчи. [305] Пехота начала зачищать Керчь, при этом у нее была также задача уничтожения остававшихся в теснинах продолжающих вести огонь очагов сопротивления. 16 ноября были зачищены город и порт Керчь. На следующий день в оперативный отдел дивизии пришло следующее письмо:

«С занятием Керчи успешно завершены операции в восточной части Крыма и на Керченском полуострове. 43-й артиллерийский корпус выполнил, таким образом, поставленную перед ним задачу. Дивизии корпуса с применением последних сил сделали невозможное, постоянно наступая и преследуя противника. Я выражаю благодарность и признательность командованию и войскам за преданность и самоотверженность. Мое восхищение я выражаю также пехоте и всем тем, которые сражались с ней на передовой линии.

Главнокомандующий 11-й армии фон Манштейн
Первый штурм Севастополя (5—21 ноября).

Севастополь — главная база Черноморского флота — к началу войны имел систему обороны, прикрывавшую его с моря и воздуха. С суши же он оставался слабо прикрытым. Хотя рекогносцировка сухопутных оборонительных рубежей была проведена еще в феврале 1941 г., их строительство началось только 4 июля. В конце октября на подступах к Севастополю продолжалось создание четырех оборонительных рубежей — передового, главного, рубежа прикрытия эвакуации и рубежа непосредственного прикрытия Севастополя. Из-за неправильного планирования работ в наибольшей готовности оказались два последних рубежа и в наименьшей — передовой.

Крупным недостатком передового рубежа являлось то, что он был удален от города всего лишь на 15—16 км и впереди его находились командные высоты. По овладении этими высотами противник мог вести дальний артиллерийский огонь по городу, бухте и расположенным вблизи города аэродромам.

Протяженность передового рубежа достигала 43 км, глубина его колебалась от 1,5 до 2,5 км. На этом рубеже обороны было возведено несколько долговременных сооружений, состоявших из отдельных пулеметных и артиллерийских ДОТов и ДЗОТов. Оборонительные сооружения, расположенные отдельными группами, составляли четыре опорных пункта: Чоргуньский, Черкез-Керменский, Дуванкойский и Аранчийский.

На переднем крае опорных пунктов размещались пулеметные точки. Расстояние между отдельными огневыми точками составляло 200—600 м, в глубине — 500—800 м. В промежутках между пулеметными огневыми точками располагались окопы стрелковых отделений.

На наиболее танкоопасных направлениях вдоль дорог и долин были установлены отдельные 45-мм и 130-мм морские пушки. Артиллерийские огневые точки эшелонировались в глубину до 3 км. Отдельные опорные пункты имели до 10 противотанковых пушек. Перед передним краем Аранчийского и Дуванкойского опорных пунктов были устроены надолбы и на отдельных участках установлены минные поля.

Главный рубеж обороны находился от Севастополя на расстоянии 9—12 км. Длина его достигала 30 км, глубина колебалась от 1,5 до 3 км. К 1 ноября 1941 г. строительство оборонительных сооружений на главном рубеже закончено не было.

Рубеж прикрытия эвакуации командовал над впереди лежащей местностью, но из-за отсутствия естественных масок был открыт для наблюдения и ударов вражеской авиации. Глубина этого рубежа колебалась от 1 до 5 км. Наиболее сильная система фортификационных сооружений, состоявшая из пулеметных и артиллерийских ДОТов и ДЗОТов, была создана на участке Инкерман — Любимовка.

На рубеже, непосредственно прикрывавшем Севастополь, к 1 ноября было построено 17 артиллерийских ДОТов, 62 пулеметных ДОТа и ДЗОТа, 91 окоп, пять командных пунктов, противотанковый ров общей длиной 31,5 км и 40 км проволочных заграждений.

Севастопольский гарнизон до прибытия Приморской армии состоял из двух бригад (одна неполная) и двух полков морской пехоты, местного стрелкового полка, нескольких отдельных стрелковых батальонов, запасного артиллерийского полка, нескольких отдельных батарей и частей ПВО. Общая численность гарнизона составляла 20 660 человек. На вооружении гарнизона, кроме винтовок и пулеметов, было 72 миномета. Гарнизоны ДОТов и ДЗОТов имели на вооружении 8 100-мм пушек, 14 76-мм пушек, 15 75-мм пушек, 25 45-мм пушек.

Задачей войск Севастопольского гарнизона было не пропустить противника к Севастополю и обеспечить развёртывание для обороны отходившей через Ялту Приморской армии. В связи с приближением противника части Севастопольского гарнизона 3 и 4 ноября заняли передовой рубеж обороны. 4 ноября приказом командующего войсками Крыма был организован Севастопольский оборонительный район в составе Приморской армии, береговой обороны, главной морской базы Черноморского флота (Севастопольский гарнизон) и всех морских и сухопутных частей, а также частей ВВС Черноморского флота, находившихся в районе Севастополя. Командующим Севастопольским оборонительным районом был назначен командующий Приморской армией генерал-майор И. Е. Петров с непосредственным подчинением его Военному совету войск Крыма.

Для обеспечения боевых действий войск Севастопольского оборонительного района из состава авиации Черноморского флота была выделена 3-я особая авиационная группа в составе около 100 самолетов. Авиация Севастопольского оборонительного района базировалась на аэродромы Херсонесского мыса, а также в районах Юхарина Балка и хутор Отрадный. Основные же военно-воздушные силы Черноморского флота находились на кавказских аэродромах и частично привлекались для выполнения боевых задач в районе Севастополя.

Немецкие войска стремились захватить Севастополь прежде, чем туда подойдет Приморская армия. LIV армейскому корпусу было приказано нанести удар по кратчайшему пути, вдоль шоссе Симферополь — Севастополь, и быстро прорваться к городу.

3 ноября подразделения боевого охранения севастопольского гарнизона завязали бои с передовыми частями LIV немецкого корпуса, выдвигавшимися со стороны Симферополя.

5 ноября подошли главные силы корпуса противника, и развернулись ожесточенные бои на центральном участке передовой оборонительной полосы — главным образом на Черкез-Керменском опорном пункте. В течение четырех дней защитники Севастополя успешно отражали непрерывные атаки немецких войск, поддержанных крупными силами авиации. Несмотря на более чем трехкратное превосходство в силах, врагу не удалось продвинуться. Противник был вынужден 9 ноября прекратить наступление и сделать паузу для подтягивания новых сил и перегруппировки войск.

Таким образом, в результате стойкой обороны войск Севастопольского гарнизона передовым отрядам немецких войск не удалось овладеть Севастополем с ходу.

Войска Приморской армии, ведя напряжённые бои с противником, стремившимся перехватить дорогу Ялта — Севастополь, к 9 ноября вышли в район Севастополя и развернулись для обороны на его подступах. Подошедшая Приморская армия в это время состояла из 25-й, 95-й, 172-й и 421-й стрелковых дивизий, 2-й, 40-й и 42-й кавалерийских дивизий, отдельного танкового батальона, 265-го корпусного артиллерийского полка и некоторых других подразделений.

После боевых действий в северной части Крыма соединения и части Приморской армии имели значительный некомплект в личном составе, вооружении и средствах тяги. Так, например, 2-я кавалерийская дивизия подошла к Севастополю в составе лишь 320 человек и без артиллерии.

421-я стрелковая, 2-я и 42-я кавалерийские дивизии ввиду малочисленности личного состава сразу же были расформированы.

Всего в составе армии на 10 ноября с частями боевого обеспечения и тылами насчитывалось: 31 500 человек, орудий 76-мм и крупнее — 78, орудий 45-мм — 30, 37-мм зенитных орудий — 8, минометов 82 — и 120-мм — 114, минометов 50-мм — 118, танков — 10.

К 11 ноября весь Севастопольский оборонительный район был разделен на четыре сектора. В каждом секторе из состава оборонявших его войск создавался резерв; кроме того, создавались общий и артиллерийский резервы оборонительного района.

На участке железной дороги Севастополь — Балаклава действовал один бронепоезд.

В среднем в секторах, не считая орудий 45-мм калибра, 50-мм минометов и орудий в ДОТах, приходилось около 4 орудий и минометов на 1 км фронта. Считая артиллерийские средства всех калибров, плотность достигала 9 орудий и минометов на 1 км фронта. Управление артиллерией внутри секторов было централизованно.

Береговая артиллерия через начальника артиллерии береговой обороны оперативно подчинялась начальнику артиллерии оборонительного района.

Корабельная артиллерия находилась в непосредственном подчинении командующего флотом, но выполняла огневые задачи в интересах сухопутных войск по указанию и заявкам начальника артиллерии оборонительного района.

В пределах возможного обеспечивалось массирование артиллерийского огня на основных направлениях.

Немецкое командование, стремясь скорее захватить Севастополь и высвободить силы 11-й армии для операций на других направлениях, спешило возобновить наступление. Подтянув к Севастополю XXX армейский корпус и перегруппировав силы, противник 11 ноября вновь перешел в наступление.

Теперь против Севастопольского оборонительного района действовали 72-я, 50-я, 132-я и 22-я немецкие пехотные дивизии. Они имели в своем составе 13 артиллерийских дивизионов, бронемашины и поддерживались авиационной группой около 100 самолетов. Авиация противника базировалась на аэродромах в районах Евпатория — Симферополь — Джанкой.

Для нанесения удара вдоль шоссе Ялта — Севастополь противник нацелил 72-ю дивизию. Для нанесения второго удара в направлении Черкез-Кермен, долина Кара-Коба, были использованы части 50-й дивизии и моторизованного отряда. Наступление поддерживалось авиацией, наносившей удары по боевым порядкам наших войск и по Севастополю. Кроме того, авиация противника действовала против наших кораблей на коммуникациях Севастопольского оборонительного района.

Против северного и северо-восточного фасов оборонительного района противник оставался относительно пассивным. Он производил оборонительные работы, на отдельных направлениях переходил в атаки небольшими подразделениями и периодически обстреливал наши части артиллерийским и минометным огнем.

Уже 9 ноября в бой с главными силами 72-й пехотной дивизии вступили части 40-й кавалерийской дивизии, находившиеся на передовых позициях в районе Варнутка. Под давлением превосходящих сил врага части 40-й кавалерийской дивизии отошли на передовой оборонительный рубеж.

13 ноября 72-я пехотная дивизия противника возобновила наступление и вклинилась в оборону 1-го сектора, но это вклинение было ликвидировано к исходу 14 ноября контратаками резервов 1-го и 2-го секторов.

15 ноября, введя в бой второй эшелон, 72-я пехотная дивизия противника оттеснила части 1-го сектора и вышла к Балаклаве и совхозу Благодать. 16 ноября из общего резерва оборонительного района был введен в бой 1330-й стрелковый полк, который задержал дальнейшее продвижение противника.

С утра 18 ноября противник предпринял ожесточенные атаки в направлении на Камары, и к вечеру наши части были вынуждены оставить этот пункт. 21 ноября 514-й стрелковый полк контратаковал противника и выбил его из Камар.

На этом закончились боевые действия на правом фланге Севастопольского оборонительного района, где наши части остановили наступление противника на линии Балаклава, совхоз Благодать, Камары, удержав все указанные пункты.

Войска 2-го и 3-го секторов в период с 13 по 18 ноября отбивали атаки частей 50-й пехотной дивизии, пытавшихся прорваться на Севастополь из района Черкез-Кермет по долине Кара-Коба. За 6 дней противнику удалось продвинуться здесь на 1—1,5 км и овладеть высотами 269,0 и 293,3. Все попытки дальнейшего наступления противника были отражены. Большую роль при этом сыграла контратака 54-го и 2-го Перекопского полков, осуществленная 14 ноября с высоты 319,6 в южном направлении во фланг и тыл частям противника. Враг понес потери и был вынужден остановиться. Возобновить здесь наступление он смог лишь 16 ноября и за три дня продвинулся всего на 300—400 м. В центре 2-го сектора врагу удалось захватить на самом переднем крае передового рубежа обороны высоту 287,4.

На других направлениях наступление противника успеха не имело. Атаки 22-й пехотной дивизии в направлении Колымтай — Эфендикой были полностью отбиты войсками 4-го сектора.

При отражении наступления противника на Севастополь в ноябре многие наши советские воины проявили исключительное мужество и героизм.

В результате стойкой обороны войск Севастопольского оборонительного района ноябрьское наступление врага было отбито. За 10 дней напряженных боев противнику удалось на отдельных участках вклиниться на 3—4 км в передовую оборонительную полосу 1-го сектора и на 1—2 км в стыке 2-го и 3-го секторов обороны.

Вследствие значительных потерь 11-й армии, действовавшей под Севастополем и на Керченском полуострове, немецкое командование было вынуждено 21 ноября прекратить наступление на Севастополь до середины декабря.

Советские войска сковали в Крыму 11-ю немецкую армию, не позволив немецкому командованию использовать ее ни для удара на Кавказ через Керченский пролив, ни для оказания помощи 1-й танковой армии, на которую во второй половине ноября обрушился удар наших войск под Ростовом.


Круг пятый. Последний дюйм


1 ноября 1941 г. шёл холодный осенний дождь. Войска Западного фронта встретили этот день под постепенно нарастающим нажимом противника, будучи сбитыми с укреплений Можайской линии обороны. Рухнувший фронт был частично восстановлен. Однако вскоре Западному фронту предстоял следующий раунд в условиях, оперативно близких к тем, которые привели к катастрофе под Вязьмой и Брянском. Лозунгом тех дней стали слова «Ни шагу назад». Командующий Западным фронтом Г. К. Жуков проводил этот лозунг в жизнь максимально жёсткими мерами. 4 ноября командирам и политработникам фронта был зачитан приказ № 054 о наказании командования 133-й стрелковой дивизии за самовольный отход с занимаемых оборонительных рубежей. Несмотря на приказ штаба 5-й армии о занятии обороны на подступах к г. Руза, командир дивизии подполковник А. Г. Герасимов 25 октября выпустил приказ частям дивизии об отходе с занимаемых рубежей. В результате г. Руза был взят немцами без боя. Данный факт стал предметом судебных разбирательств, и за невыполнение приказа об обороне города А. Г. Герасимов и комиссар дивизии Г. Ф. Шабалов были расстреляны перед строем. Своим приказом с описанием этого эпизода Г. К. Жуков прямым текстом напоминал подчинённым об ответственности за самовольное оставление занимаемых позиций. Надо сказать, что неприятные разъяснения пришлось давать И. В. Панфилову и К. К. Рокоссовскому по факту занятия наступающими немцами Волоколамска. Права на проявление минутной слабости и малодушия под стенами Москвы дано не было. Просто вследствие отсутствия пространства для размена времени на расстояние. [315] Кроме того, 4 ноября ударил мороз, и с этого дня до самой весны 1942 г. снег и лёд на дорогах не таяли. Период распутицы закончился, и увязающий в грязи транспорт перестал быть сдерживающим фактором для войск обеих сторон.

Вместе с тем нужно отдать должное советскому руководству. Тезис «Ни шагу назад» они прикладывали в том числе к себе самим. И. В. Сталин остался в Москве и 7 ноября принимал парад на трибуне Мавзолея. Это был один из самых необычных парадов в истории войн. По заснеженной Красной площади шли тяжёлые KB, изящные «тридцатьчетверки», чудом выжившие в огне первых месяцев войны БТ и малютки Т-60. В столице, у стен которой стоял враг, правительство страны принимало парад войск, идущих по брусчатке мимо храма Василия Блаженного прямиком на её защиту. Парад 7 ноября 1941 г. имел огромное политическое значение. [316] Тем самым правительство СССР и лично И. В. Сталин демонстрировали решимость сражаться до конца. Проведение парада также подчёркивало тот факт, что, вопреки декларациям о громких успехах, вермахт всё ещё далёк от захвата Москвы.

К концу октября и началу ноября 1941 г. к образованной ударами подвижных соединений группы армий «Центр» линии фронта были пешими маршами подтянуты пехотные соединения. Одновременно в пяти армиях Западного фронта были собраны прибывшие с других участков фронта, из внутренних округов и прорвавшиеся из вяземского «котла» соединения. Вследствие этого обстановка на московском направлении к началу ноября 1941 г. в общих чертах напоминала положение сторон ко 2 октября, то есть к началу операции «Тайфун». Количество пехотных дивизий в первой линии приближалось к числу начавших наступление с целью окружения советских войск в районе Вязьмы и Брянска. В течение первой половины ноября армии Западного фронта вели бои преимущественно местного значения. Выходящие за рамки локальных выпадов с целью улучшения своего положения, боевые действия развернулись только на флангах: на волоколамском направлении и в районе юго-восточнее Алексина, где пехота XXXXIII корпуса пыталась обойти Тулу с севера.

Ещё 30 октября командование группы армий «Центр» выпустило директиву на продолжение операции № 2250/41. Базировалась она на приказе на окружение Москвы по группе армий от 14 октября. В общих чертах задачи армий предполагались следующие:

«3. 2-я танковая армия наносит удар между Рязанью и районом Каширы через Оку. [...] Пойдёт ли основная масса танковой армии в ходе дальнейших боёв восточнее или западнее реки Москва, будет зависеть от наличия переправ и от обстановки после взятия Тулы.

4. 4-я армия готовится немедленно возобновить наступление на главном направлении южнее и севернее [317] шоссейной дороги, пока состояние погоды позволяет произвести необходимые манёвры силами и снабжение фронта боеприпасами. Об объектах для наступления донести. Северному крылу армии продвигаться в общем направлении на Клин. Дальнейшее наступление пехотных соединений при поддержке 4-й танковой группы в направлении Ярославль — Рыбинск предусмотреть на случай, если позволят погодные условия и положение со снабжением.

5. 9-й армии выяснить обстановку под Калинином, севернее Ярополец, отбросить противника на участке реки Лама и захватить переправы через западную оконечность Волжского водохранилища.
Записан
Страниц: 1 2 [3]   Вверх
« предыдущая тема следующая тема »