Уважаемый Никита Романович!
Пока не осознаю, какую работу я проделала. Не смейтесь, но у меня ощущение, что я провела разведку боем.

Настоящая работа впереди.
Пётр Сергеевич Козлов продолжает находиться в статусе пропавшего без вести.
Архив ФСБ обладает некими документами с показаниями бывших красноармейцев о его службе в абвере и о сдаче в плен в районе Вязьмы. В октябре этого года ФСБ приняла решение об оставлении этих документов на секретном хранении.
Что имеем мы:
- документы частей вермахта о том, что командир 17 СД попал в плен в Лопасненском (Чеховском) районе Московской области (200 км от Вязьмы);
- карту военнопленного без специальных отметок о сотрудничестве с врагом (он был обычным заключённым, даже рабсилой);
- страницу из книги учёта узников с ЕГО подписью (если верить записям в этой книге, полковник был доставлен в тюрьму Нюрнберга после передачи гестапо, был "освобождён" вместе с генералами Шепетовым и Пресняковым 5 января 1943 года).
Сохранилось описание Козлова П.С. при устройстве в рабочую команду, которое сильно отличается от человека, бывшего в абвере.
Сейчас передо мной его биография. Смотрю - улыбаюсь.

Когда-то учительница русского языка сказала, что у меня почерк комиссарский. Такой вывод она сделала с мужем, с учителем-словесником.
Смотрю на автобиографию полковника... а там... те же соединения букв, которые и у меня... комиссарские.

Ни у кого из моих знакомых таких соединений нет - гены!
