Перейти в ОБД "Мемориал" »

Форум Поисковых Движений

Пожалуйста, войдите или зарегистрируйтесь.

Войти
Расширенный поиск  

Новости:

Автор Тема: 1942-1 год глазами немецких солдат  (Прочитано 1417 раз)

Akela2020

  • Участник
  • **
  • Оффлайн Оффлайн
  • Сообщений: 38
Hochgehrter Kameraden!

Предлагаю вашему вниманию (хотя возможно и несколько рановато, учитывая приближающийся великий день Нашей Победы) новую тему. Начну, пожалуй, с перевода книги Ф. Хуземана: "История полицейской дивизии СС". Придется начать его с перевода небезизвестного вам военного переводчика Ю. Лебедева. Далее последует мой перевод.

Модеры, можете придерждать  это сообщение до 10 мая.

Фридрих Хуземан.

ИСКРЕННЕ ВЕРИЛИ

История Полицейской дивизии СС
(4-я Полицейская бронегренадерская дивизия СС)

Книга 1.
1939-1942


Friedrich Husemann

Die gute Glaubens waren

Geschichte der SS-Polizei-Division
(4. SS-Polizei-Panzer-Grenadier-Division)

Band 1
1939-1942

3. Auflage NATION EUROPA Verlag, Coburg, 1999.
ISBN 3-920677-35-3

[42]
V. НАСТУПАТЕЛЬНЫЕ И ОБОРОНИТЕЛЬНЫЕ БОИ ПОД ЛУГОЙ/

Занятие исходных позиций.

Итак, с 28.07 дивизия была подчинена 56-му армейскому корпусу. Во второй половине дня 30.07 походное движение по шоссе продолжилось. 4-й дивизион артиллерийского полка проследовал из Заполья по соседней дороге через Шереги – Бор – Поддубье в окрестности Волосковичей. 1-й дивизион снова ночью был на марше [43] и около полуночи угодил под огневой налет русской артиллерии. «Теперь враг прямо перед нами. Все тихо и спокойно. Около 9 часов 31.07 мы пережили первую бомбежку, около 11:30 последовала еще одна. К 18:00 мы сменили 8-ю танковую дивизию и заняли огневые позиции к западу от шоссе» Здесь же до дивизии впервые донеслись требования сдаться – из вражеских листовок. Разумеется, напрасный труд.

Пехота сменила здесь передовые части 8-ой танковой дивизии: справа 1-й полк, усиленный одной саперной ротой, сменил боевую группу Шеллера [Scheller], а слева 3-й полк, также усиленный одной саперной ротой, сменил боевую группу Гризолли [Grisolli].

Правым соседом является 3-я моторизованная пехотная дивизия (ПД), граница с ним проходит по озеру Врево, через Задубье к северной оконечности Череменецкого озера с селом Ропти, и дальше на север через Естомичи к Тусково [Tuskowo]. Старая Середка и Кут на возвышенности у перешейка между озерами Раковицкое [Rakowitzkoje] и Врево заняты неприятелем. Перешеек перекрыт неприятелем.

Левым соседом является 269-я ПД, про которую накануне говорилось: «В течение дня 31.07 оттеснит неприятеля, находящегося северо-восточнее Заполья, вплоть до линии Ильжо [Iljishe] – Проройе [Proroje] – Враги [Wragi]» Вражеские атаки с использованием танков против северной группы 269 ПД были успешно отбиты. Граница с 269-й ПД проходит от деревни Лопанец (Полиц. СС) через озеро Дубровка – Стояновщину (269) – вокзал г.Луга (Полиц. СС) – Толкова [Tolkowa](269).

Передовая линия, которую введенные в действие полковые группы приняли у предшественников, проходит от холмистой местности в 1 километре севернее Домкино на озере Врево, через высоты в 1 километре севернее Новой Середки и до домов в 2 километрах севернее Лопанца.

Разделительная линия между 1-м и 3-м полками:
Зех [Sech] (2 километра юго-восточнее Шильцево) – Новая Середка (3 полк) – восточный берег озера к западу от Раковиц – восточный берег озера Большие Талони – Луга – Нов.Крупели (3 полк).

Разделительная линия, проведенная таким образом, позволяет разгадать план. Первый полк должен прорваться через заграждения на перешейке между озерами у Старой Середки, шириной около двух километров, которые на всю длину оснащены глубокими противотанковыми рвами и сопутствующими укреплениями, чтобы затем [44] уже достичь полосы наступления между Раковицким озером и северной частью Череменецкого озера.

Разведывательный батальон 30.07 находился уже на марше через Городец на Люблино, неподалеку от нижней оконечности южной части озера Врево. По-видимому, на него возлагалось охранение местности, расположенной южнее. До 02.08 им было взято множество пленных, а при прочесывании местности протяженностью 14 километров вдоль шоссе от Городца до Заплюсья дело дошло до боевых столкновений, в которых батальон потерял одного человека убитым и троих ранеными.

Независимо от остальных событий, поначалу, вплоть до 10.08, до дня большого наступления, разведывательный батальон использовался здесь, на перешейке между озерами, для особых задач. Это же относится и к периоду после 10.08, вплоть до 19.08, когда был нанесен удар на север и установлено соединение с 1-ым полком, который в это время наносил удар с севера на юг через перешеек между озерами.

Теперь бросим еще один взгляд на пехоту. После проведенной смены войск она наконец-то стояла на передовом рубеже. Собственно, поначалу для нее это было погружением в лес, здесь перед ней не было ничего, кроме леса, который простирался во всю свою ширь. Лес, который охватил ее со всех сторон и грозил ее сковать.

Цели – города Луги - не видел никто. Ни командир полка, ни рядовой боец не видели ничего, кроме начала дистанции длиной примерно десять километров, отделявшей их от города. Командиры частей имели хотя бы карты, на которых значились иноземные географические названия, но никто еще не знал, какие из этих названий могут оказаться важными для них.

Перед участком 3-го полка, на некотором отдалении, с запада на восток, то есть поперек направления наступления, протекал ручей, на котором стояла водяная мельница. Разведгруппы установили, что ложбина, по которой протекал ручей, оборудована противником как оборонительная линия. Ее мощность было трудно оценить, поскольку не удавалось подойти к ней достаточно близко. Между этим вражеским передним краем, который был первой целью наступления, и нашими позициями лежала деревня Кут, которую неприятель оставил без боя. Там, где на западе мельничный ручей пересекала железная дорога, находились Смерди, большое село. О том, что находилось за ручьем, опять-таки командирам частей были известны только географические названия.

Началось с линии бункеров на мельничном ручье. Поначалу 3-й полк медленно продвигался к ней. Нигде на этом участке [45] не нашлось места для оборудования артиллерийского наблюдательного пункта. Поэтому артиллерия поначалу была прямо-таки «слепой».

Поэтому дивизия и полк стремились к тому, чтобы занять выгодные исходные позиции для запланированного на ближайшие дни наступления. К середине дня 01.08 линия сторожевого охранения задействованного на правом фланге 2-го батальона 3-го полка под командованием капитана Конопацки [Konopacki] пролегала уже в 800 метрах южнее деревни Кут. Один из взводов 5-й роты, получив сообщение разведгруппы, что Кут свободен от неприятеля, выдвинулся в западную часть селения.

В результате наступления 3-го батальона 3-го полка под командованием капитана Рефельдса [Rehfelds] противник отошел севернее дороги Кут – Смерди. Разведывательные группы, задействованные на левом участке, 02.08 столкнулись с более мощными вражескими силами и обнаружили у водяной мельницы вражескую батарею и деревянные блиндажи. Командир полка принял решение 03.08 провести разведку боем, наступая на всем участке полка. В результате операции должна была быть достигнута линия по обе стороны от водяной мельницы. На левом участке была задействована одна усиленная рота, на правом участке – три роты. Наступление не привело к желаемому результату. Однако оно дало ясность о прохождении вражеской передовой линии и о неприятельских силах. Противник засел на хорошо укрепленных позициях, которые были обильно оснащены тяжелым оружием. Допросы пленных подтвердили эти выводы.

6-я рота должна была наступать от Кута на три километра на север. «Это было наше первое наступление – так пишет обер-ефрейтор Шель [Schehl] из этой роты – и вскоре мы достигли леса, в котором впервые попали под огонь. Насколько для нас безобидным казалось наше наступление поначалу, настолько сильно мы были ошеломлены, когда через несколько минут после начала движения оказались на маленькой поляне напротив замечательно замаскированной линии долговременных огневых сооружений». После того, как первые стрелки показались на этой поляне, начался убийственный оборонительный огонь. Потери были велики, и роте пришлось отойти обратно к краю леса. Добровольцы трудились несколько часов, подбирая раненых товарищей.

3-му батальону 3-го полка наступление также принесло одни потери вместо намеченных успехов. 3 августа оказалось «черным днем» для 3-го батальона. Было очень жаль убитых и раненых, а также первых [46] пропавших без вести, про которых никто не мог сказать, в каком месте необозримых лесных зарослей они остались…

Жаркий день на батальонном перевязочном пункте.

Старший врач др. Гшнайдингер [Gschneidinger] , тогдашний батальонный врач, человек, с которым со временем пришлось познакомиться многим боевым товарищам, причем не только из пехоты, годом позже ставший адъютантом дивизионного врача, и который, будучи врачом, носил пехотный штурмовой знак, предоставил обстоятельный доклад о событиях этого дня с его точки зрения: «3 августа! Около 2:00 часов ночи на совещании по боевой обстановке на 4 часа утра было назначено начало наступления на укрепленные вражеские позиции. По окончании совещания мы улеглись рядом с нашими укрытиями, вырытыми на скорую руку вечером на сырой равнине, и попытались еще немного поспать. Но это не очень-то удалось. В утренних сумерках роты двинулись на исходные позиции. День обещает быть чудесным, но от поднявшегося приземного тумана ужасно холодно. Однако к 4 часам солнце уже высоко стоит над горизонтом. Спереди ничего не слышно. Вот – внезапный шум боя! Стучат пулеметы, перемежаемые выстрелами вражеской артиллерии. Два часа проходят в напряженном ожидании. Взгляд снова и снова прыгает на ручные часы, но не происходит никакого движения. Между тем становится по-летнему тепло, сияющее голубое небо поднимается куполом над нами. Тут кто-то вспоминает, что сегодня же воскресенье. Пока мы делились комментариями по этому поводу, мы увидели впереди медленно идущего к нам офицера. Это передовой артиллерийский наблюдатель, его рука на перевязи. Сквозное ранение в плечо вывело его из строя. О подробностях он смог рассказать совсем немного, но, похоже, что там чертям тошно. Пока мы занимаемся перевязкой раненого офицера, санитары приносят на носилках другого бойца. Тяжелое осколочное ранение легкого. И дальше пошло! Сначала двое, потом пятеро, потом семеро, и со всех сторон они стремятся на перевязочный пункт, кто-то с трудом добирается сюда пешком, кого-то приносят на носилках, сделанных из чего попало. [47]

Разносятся дикие слухи. Якобы командир батальона тяжело ранен, начальник штаба убит. Все рассказывают по-разному. Но только в одном можно быть уверенным: к сожалению, наше наступление отбито. Между тем приток раненых становится необозримым. Санитары или боевые товарищи укладывают их прямо туда, где есть место. Кажется, что у всех только одна мысль: наконец-то оказаться на перевязочном пункте. Вот лежит кто-то с тяжелым огнестрельным ранением в живот, рядом с ним другой держит на перевязи раздробленную руку на временной шине, там еще один корчится от боли – снарядный осколок оторвал ему полноги – а там дальше опускается на землю кто-то с перевязанной головой. Батальонный врач и его фельдшер здесь перевязывают, там помогают, в это время санитар-помощник пытается вписать имена раненых в списки установленной формы. Тут кто-то просит воды, а рядом нужен обезболивающий укол или прививка от столбняка. Между тем надо менять пропитавшиеся кровью повязки и накладывать шины на конечности, а здесь тяжелораненому нужно доброе, успокаивающее слово. Перевязочные материалы во все возрастающих количествах извлекаются из санитарных припасов, а пустые ампулы для инъекций десятками валяются на земле. Мотоциклист на мотоцикле с коляской отправлен с поручением привлечь врачебное подкрепление и через полкового врача вызвать санитарную роту.

Притоку раненых все еще не видно конца. Боже мой, весь батальон перебили, что ли? Куда делись все так хорошо составленные планы по устройству перевязочного пункта, по сортировке пострадавших на легко- и тяжелораненых, по оказанию медицинской помощи - неотложной и второй очереди? При таком наплыве [раненых] все это неизбежно оказывается сухой теорией. И поэтому необходимы быстрые действия, если не хочешь, чтобы врачебная помощь приходила слишком поздно. Должно быть достаточно одного быстрого взгляда, чтобы составить себе общее представление.


Вот, слава Богу, мотоциклист возвращается, он привез с собой обоих врачей из другого батальона, а также докладывает, что санитарная рота уведомлена. С тремя врачами дело пошло уже легче, и вскоре даже удается составить целостную картину. [48] Между тем солнце безжалостно припекает, и поэтому многих требуется переместить в затененное место. Легкораненые и ходячие собраны в отдельном месте. Неожиданно тут же оказывается командир батальона, с повязкой на лице, совершенно промокшей от крови.
Записан
Страниц: [1]   Вверх
« предыдущая тема следующая тема »