Из книги "Алтарь Отечества. Альманах. Том 4":
"...Не всем посчастливилось дожить до конца войны и вместе со всеми отметить славную победу над коварным врагом, отметить светлую память погибших. Многие погибли на поле брани, расстреляны в Курессааре в 1941 году, сожжены живыми в клубе строителей, умерли в застенках тюрем и концлагерей. Поимённо перечислить всех трудно.
При оккупации островов фашистами, все штабные документы были уничтожены, чтобы не достались врагу, фашисты учёт пленных не оставили.
Сто двадцать дней шли оборонительные бои на островах Моонзундского архипелага, славные патриоты защищали дальние подступы к Ленинграду. Стояли насмерть.
Это было в начальный период Великой Отечественной войны. Весь мир восхищался тогда отвагой и мужеством непокорённых. Немцы бросили на захват островов сухопутные дивизии, огромное количество плавсредств, авиации, боевой техники. Их расчёт на блицкриг, на скорую победу провалился, более половины солдат и офицеров полегли в русскую землю бесславно.
С тех пор прошли десятки лет.
С годами начинают меркнуть подвиги моонзундцев.
После войны прибывших из фашистского плена причислили ко всем, кто побывал там по разным причинам. Гребёнка оказалась одинаковой для всех. У моонзундцев не было вины, что они попали в плен и прошли все ужасы фашистской неволи.
Историкам и работникам военкоматов всех рангов следовало бы подойти к пленным моонзундцам с чувством глубокого уважения, отдать должное исторической правде, найти героев Моонзунда, отметить их подвиги наравне со всеми участниками войны.
Следует напоминать молодым советским воинам пример отваги и мужества моонзундцев, их самоотверженную любовь к Родине, народу, взаимовыручку в бою. Им защищать Родину, а без этих качеств не может быть победы. Оборона Моонзунда – это наше бесценное достояние, которое не забудется. В этой книге были отмечены подвиги многих. Но не все они были отмечены правительственными наградами...
Достойны награды орденом Красного Знамени:
Воентехник 1-го ранга УСАТОВ Иван Андреевич за бесперебойное обеспечение горюче-смазочными материалами авиацию, находящуюся на острове Сааремаа в 1941 году. В сложных условиях топливо поступало бесперебойно, авиация совершала полёты на Берлин – в логово врага...
Бой за живучесть самолётов
Шесть дней прошло с момента прибытия самолётов 12-й КОИАЭ на аэродром Кагул. Стояла сухая погода, и лётное поле медленно зарастало травой. Пыль проникала во внутрь цилиндров двигателей, поршневые кольца катастрофически изнашивались, падала компрессия цилиндров.
Гул моторов не прекращался сутками, то тут, то там виднелись шлейфы густой пыли. При перелёте с аэродрома Липово техническому составу не разрешили брать инструмент для ремонта самолётов и даже личных вещей ввиду перегрузки самолёта ПС-84. Не было у них самого необходимого в обеспечении боевых вылетов, даже тормозных колодок, всё это было в пути.
Обстановка требовала постоянной готовности самолётов к боевым вылетам, в Липово принимались срочные меры доставки. Всё имущество техников, включая всякие козелки и стремянки, погрузили на автомашины для следования на Эзель, вместе с бензозаправщиками и маслозаправщиками образовался эшелон из 27 автомашин. Командиром этого эшелона был назначен начальник материально-технического обеспечения техник-интендант М.И.Усков, комиссаром эшелона-батальонный комиссар А.А.Лобанов, инженером по поддержанию исправности автомашин – инженер по эксплуатации Чистяков. Вместе с этим эшелоном выехал старший техник В.Д.Богуславчик, который опоздал к вылету самолёта ПС-84. Этому эшелону предстояло проехать большой путь с риском налётов вражеских самолётов.
Эшелон с нетерпением ждали эксплуатационники, самолёты приходилось выпускать подручными средствами. Авиатехник Г.А.Вапевалов сменил подкос пирамиды шасси, была крайняя необходимость опробовать уборку и выпуск шасси. Для этого надо было поставить самолёт на козелки, а их нет.
– Давайте поставим самолёт на пустые бочки, предложил Иван Усатов.
– Они продавят плоскости, – сказал Богунец.
– Постелим самолётные чехлы, будем удерживать от скольжения руками.
Так и сделали, ремонт оказался трудным, но удачным. Не было спецмашин для заправки горючим, маслом, сжатым воздухом. Их временно доставили из Таллина. Не было запасных частей. Вся тяжесть по эксплуатации самолётов легла на плечи зам. инженера 12-й КОИАЭ И.А.Усатова – любимого всеми баяниста. Он был выше среднего роста и немного сухощав, а теперь стал высохшим и согнутым.
...Осенила мысль, летать на Берлин с острова Эзель, горючего хватит туда и обратно. Задание готовиться к таким полётам было дано командиру первого мино-торпедного авиаполка полковнику Евгению Николаевичу Преображенскому. Четвёртого августа над аэродромом Кагул появились бомбардировщики ИЛ-4. Двадцать экипажей были способны выполнить эту сложную задачу.
Для встречи самолётов и оказания помощи в организационном периоде из 12-й КОИАЭ был назначен заместитель инженера эскадрильи воентехник второго ранга Усатов Иван Андреевич. Все самолёты приземлились нормально. Стоянку самолётов на аэродроме определил сам Преображенский. К аэродрому прилегали крестьянские постройки, между этими постройками и разместили самолёты. Маскировка получилась надёжная, много раз потом фашисты летали на разведку, но обнаружить не могли.
Грунтовая взлётно-посадочная полоса с травяным покровом и длиной 1200 метров была крайне мала, но выбора не было. Для определения погоды по маршруту до Германии были выделены две летающие лодки Че-2. Их разместили на морском аэродроме Кихельконе, руководил их полётами капитан Ф.А.Усачёв. Экипажам так же вменялась в обязанность помощь экипажам самолётов, оказавшимся на воде Балтийского моря при вынужденной посадке. Охрану аэродрома и самолётов в воздухе выполняли лётчики 12-й КОИАЭ. После того, как все организационные вопросы были утрясены, Иван Усатов попросил у Евгения Николаевича разрешения вернуться в свою часть, но ему было отказано. Преображенскому очень понравился скромный и умный воентехник, который выполнял все распоряжения с предельной деловитостью и быстротой. Ему отвели место в землянке, где находилось инженерное руководство полка, и был он там до последнего дня пребывания самолётов на острове Эзель. Усатов был одет в комбинезон, на ногах простые сапоги. При рассредоточении самолётов, он не заметил в траве колючую проволоку и порвал сапог. Починить было негде, он так и ходил в рваном сапоге в сухую и дождливую погоду. Занимался в основном снабжением горюче-смазочными материалами. А в то время это было не так просто...
1 октября 1941 года.
...Неожиданно его осветила фара автомашины.
– Егор, где ты? – услышал он знакомый голос Ивана Усатова.
– Здесь я.
– Садись в автомашину!
– На передовую, с комфортом, – подумал Егор и сел в машину.
Приехали к морскому причалу, увидели стоящие у пирса два катера КМ.
– Произвести посадку! – приказал командир катера.
По досчатому трапу стали садиться, а
Усатов развернулся и уехал за очередной партией оставшихся техников. Шофёра не было, машиной управлял лично сам. Долго ждать их было опасно, катера были переполнены и отошли от пирса. Иван привёз людей, а катеров уже не было. Им сказали, что больше катеров не будет, они развернулись и поехали обратно.
Волею судьбы техники оказались на маленьких судёнышках КМ. Куда их перебрасывают, они не знали. Катера обогнули южную конечность полуострова вместе с маяком, стали отходить от берега. Огибая полуостров Церель, техники увидели, как огненные трассы снарядов, мин, вылетающих из стволов корабельных орудий, направлялись на беззащитных обороняющихся на сухопутном перешейке...
В числе погибших в боях за остров Муху и на полуострове Церели были все младшие авиаспециалисты 12-й КОИАЭ. Часть из них попала в плен...
И.А. Усатов
В фашистском плену (из тетради воспоминаний)
После того, как два катера КМ отошли второго октября на остров Даго, Иван Усатов привёз вторую партию на погрузку, но катеров уже не было. На пирсе сказали, что катеров больше не будет. Ничего не оставалось, как вернуться обратно на аэродром. Приехали ночью, зашли на командный пункт 12-й КОИАЭ, от которой осталось три самолёта, не улетевших на Ханко по разным причинам. Иван обратился к командиру отряда старшему лейтенанту Петру Петровичу Смирнову. Тот оторвался от разговора с отлетающими лётчиками, выслушал внимательно и сказал:
– Какой же ты, Иван, невезучий!
– Да не только я, нас много.
– Ну подождите, что-нибудь придумаем.
В это время прозвучал телефонный звонок. Смирнов взял трубку, выслушав внимательно, повеселел и сказал Усатову:
– На пирсе в Кехельконе стоят девять самолётов МБР-2, присланных для отправки авиатехников. Берите машину, забирайте всех и летите.
– Есть, спасибо, – заторопился Иван.
Обрадованные техники быстро сели в автомашину. Приехали на пирс. Действительно, стоят девять МБР-2. Обратились к командиру этой группы.
– Самолёты неисправны, – ответил командир, – их разбило штормом.
Техники вышли из машины, осмотрели самолёты.
– Мы их отремонтируем, – сказал Усатов.
– Я буду только рад, – ответил командир.
Неисправности были в основном из-за разрушения поплавков. Техники достали фанеру, клей, перкаль, гвозди. Часть инструмента дал эстонец, живший недалеко от гидростоянки. К вечеру все самолёты были готовы к вылету и заправлены горючим. Группа авиатехников стояла около самолётов, ожидая посадку. Командир авиагруппы дал команду:
– Произвести посадку!
В это время приехал командир 12-й КОИАЭ подполковник Е.А.Кудрявцев. Его самолёт УТИ-2 был готов в любое время улететь. С ним вместе запланирован лететь инженер 12-й КОИАЭ М.Н.Мишук. Кудрявцев приказал:
– Всем авиаспециалистам покинуть самолёты, освободить места.
Все специалисты забеспокоились, но команду выполнили. Когда весь технический состав покинул самолёты, Кудрявцев посадил других людей, неизвестных техникам. Самолёты улетели. Техники опять поехали на КП к Смирнову. Он выслушал Усатова, поморщился и сказал:
– Ты, Иван и Парамонов садитесь вместо бронеспинок на «чайки».
Сам же взял своего техника С.И.Филимонова. Остальной технический состав смотрел на Смирнова, как на спасителя, но он был бессилен помочь, самолётов больше не было. Техники стояли в углу землянки и слушали последние указания, которые давал Смирнов отлетающим лётчикам.
– По команде вылетать немедленно, над аэродромом круг не делать, это нас демаскирует, фашисты заметят и расстреляют. Сбор будем производить в этом квадрате, – он показал на карте условный квадрат, – строго идите по компасу, ориентиры аэродрома Даго я вам рассказал.
Отлетающие покинули землянку. Усатов сел в самолёт с молодым лётчиком Иващенко, техник Парамонов с лётчиком Власовым, Журганов – с Добряком. Первым на старт вырулил П.Смирнов с техником Филимоновым. Минута, другая, самолёты ведомых задерживаются, Смирнов летит в условленный квадрат. Самолёты ведомых не прилетели. Смирнов летит на Даго. Иващенко с Усатовым вылетели с опозданием. Чтобы посадить Усатова, надо было снять бронеспинку, и это отняло время. В условленный квадрат они не прилетели. Их обстреляла вражеская зенитка, Иващенко уклонялся от разрывов и потерял ориентировку. Затем летели по компасу, ориентиров аэродрома Даго не видели, летали до полной выработки горючего и упали на полуостров Нуки, который уже был занят врагом. Добряк с техником Жургановым пропали без вести.
В болоте, в обломках самолёта кайтселиты нашли Иващенко и Усатова, посадили на мотоциклы и увезли в плен. Их поместили в тюрьму города Хапсалу, держали тринадцать дней. Ушибы и раны немного зажили. В тюремном бараке спали на цементном полу, питались водой с небольшим куском хлеба. Из тюрьмы их перевели в концлагерь города Пярну. Однажды Усатов шёл по территории лагеря, еле переставляя ноги от голода. Увидел военнопленных, которые на носилках несли больного. Им оказался техник Парамонов. Он кратко рассказал Усатову:
– Я лежал в гаргроте самолёта. На вынужденной посадке самолёт разрушился, меня в гаргроте переломило, ноги поломаны, позвоночник тоже.
Больше с Парамоновым не встречались. Усатова перевели в лагерь Вилянды. В бывшей конюшне сделали шестиэтажные нары, это была казарма, куда поместили военнопленных. В их числе был Иван Усатов. Обращались с узниками зверски, придирались ко всему, даже к взгляду. Подозрительных травили собаками, били дубинками, а по пяткам – поленом. На нарах заедали блохи. Из Вилянды перевели в Польшу в город Лодзи. Те же шестиэтажные нары, те же блохи. Иван сидел на нарах с болью в голове, зажав виски ладонями. К нему кто-то подошёл, потрогал по плечу. Подняв голову, Иван увидел майора С.А.Гольберга, начальника штаба 12-й КОИАЭ. Иван уступил ему место на краешке нар. Майор торопился сказать Ивану:
– Наш самолёт обстреляли зенитки. Вынужденно сели на воду. Документы утопили. Фашисты узнали, что я еврей. Иду на телесный осмотр. Вот моё место на нарах. Если не приду, знай, что меня прикончили.
Иван ждал с тревогой, но не дождался. Больше они не встретились.
Из Лодзи Ивана перевели в Хамельбург. Лагерь был в горах, режимный. Каждый барак был обнесён колючей проволокой, а затем по три барака вместе проволокой в несколько рядов. Через проволоку шёл электрический ток...
Голодные, измождённые узники, истощённые до неузнаваемости возили на себе арбу с мертвецами. Охрана была строгая, весь лагерь был обнесён траншеями. Утром проверка длилась не менее четырёх часов на ветру и холоде. Каждый узник не имел своего имени и фамилии, его звали только по номеру. Из Хамельбурга перевели в Штраубинг на осушку болот. Работали в воде, на ногах были деревянные колодки. Работали лопатами, ломами, киркой. Кормили брюквенной ботвой и опилочным хлебом. Приходили наниматели и отказывались от такой «рабочей силы».
Лагерь строили невольники, немецкие коммунисты. На Нюрнбергском процессе установлено, что там было замучено много немецких коммунистов.
В лагере много было итальянцев, не согласных с фашистами. Их возили на строительство бункера под усиленной охраной СС. Переводчиком у них был русский Николай, его кормили так же, били так же. В этом лагере Усатов был до 1945 года. Затем немцы хотели этапом перегнать всех на юг, довести до Альп и там всех уничтожить. Этап двигался медленно, кто не мог передвигаться, того пристреливали. Их вели по холмистой местности. Воспользовавшись сумерками и скрытостью дорог, Иван Усатов, Земцов и Нагибин совершили побег. Пересекли холмистую местность, речку, картофельное поле, зашли в кустарник овражка и там провели ночь. Утром на Ивана надели зелёную куртку Земцова, берет Нагибина, и он стал немного похож на француза. Он вышел в открытое поле, хуторов было не видно. Появилась отара овец. Подойти к пастуху было опасно, Усатов не знал иностранных языков. Всё-таки решил подойти, будь что будет.
– Геноссе, бите, сколько километров до посёлка? – спросил Иван.
Пастух скрыто улыбнулся, пошевелив палкой по земле.
– Не менее четырёх километров, – ответил пастух по-русски, – но вам не следуеттуда идти, там вас заберут.
– А что нам делать? Мы голодные…
Иван проговорился, сказав слово «мы». Пастух вынул из сумки хлеб и сало, протянул Ивану. Тот судорожно схватил и положил в карман.
Пастух сказал, что в империалистическую он был в плену у русских, научился говорить по-русски. В ложбине послышался гул моторов, Иван побежал к своим товарищам. Прежде всего накормил их и сам поел. Появились машины с белыми звёздами. Был апрель, снега уже не было, но деревья стояли ещё голые, и люди на машинах легко их обнаружили и забрали. Переводчик по национальности поляк, переводил разговор. Это были американцы. В селе их передали бургомистру, приказали накормить. Бургомистр определил их к одному крестьянину, но тот не вызывал доверия, жить у него они опасались, поэтому сбежали. Их снова поймали и посадили в лагерь за колючую проволоку. Но это был лагерь не немецкий, а американский. Лагерь Пассау. Это был сборный пункт русских пленных. В этот сборный пункт приехал представитель советского командования, всех военнопленных посадили на пять грузовых машин и увезли в Австрию, в город Линц, здесь они и встретили радостную дату-День Победы.
В мае 1945 года все офицеры Советской Армии проходили проверку в городе Вене. В бывших немецких казармах они жили до октября. Затем их направили в войсковую часть на переподготовку. В октябре1945 года прибыли на Родину в город Вышний Волочёк Калининской области. Туда пришло личное дело на Ивана Андреевича Усатова. В деле звание числилось «воентехник 1-го ранга», на один ранг выше того, что было на Эзеле. С этим званием его демобилизовали. Он поехал в Кировскую область на свою родину, там работал учителем, окончил институт, ушёл на пенсию с должности директора образцовой средней школы.
Фамилия Усатов
Имя Иван
Отчество Андреевич
Дата рождения/Возраст __.__.1918
Место рождения Кировская обл., Нагорский р н, с. Мулино
Дата и место призыва __.__.1936
Последнее место службы кбф ввс 12 коаэ
Воинское звание воентехник 1 ранга
Причина выбытия пропал без вести
Дата выбытия __.12.1941
Название источника информации ЦВМА
Номер фонда источника информации 1787
Номер описи источника информации 2
Номер дела источника информации 241
https://www.obd-memorial.ru/html/info.htm?id=77699549
Номер донесения 3299
Тип донесения Донесения о безвозвратных потерях
Дата донесения 30.03.1943
Название части упр. ввс КБФ
Воентехник 1 ранга, механик авиац. звена
Усатов Иван Андреевич воентехник 1 ранга
Последнее место службы кбф ввс 12 АЭ
Дата выбытия __.12.1941
Причина выбытия пропал без вести
Источник информации ЦВМА
Номер фонда ист. информации 12
Номер описи ист. информации 5
Номер дела ист. информации 22
https://pamyat-naroda.ru/heroes/memorial-chelovek_donesenie76670149/
Номер донесения: 96 стр. 5
Тип донесения: Донесения о безвозвратных потерях
Дата донесения: 21.01.1942
Название части: упр. ввс КБФ
Механик ав. звена. Пропал без вести при эвакуации с острова Ханко. Декабрь 1941 г.
• Фамилия: Усатов
• Имя: Иван
• Отчество: Андрей
• Дата рождения:23.03.1918
• Дата смерти: –
• Место рождения: Кировская
• Национальность: НЕ УКАЗАНО
• Идентификатор: 459982
Фамилия Усатов
Имя Иван
Отчество Андреевич
Дата рождения/Возраст 23.03.1918
Место рождения Кировская обл.
Лагерный номер 5090 (ошибка оператора ОБД - правильный № 5092 - Г. Кушелев)
Дата пленения 03.10.1941
Место пленения Хаапсалу
Лагерь офлаг XIII D (62)
Судьба попал в плен
Последнее место службы 61 авиац. база, ЗК – 61 ав. бригада
Воинское звание воентехник
Название источника информации ЦАМО
Номер фонда источника информации Картотека военнопленных офицеров
https://www.obd-memorial.ru/html/info.htm?id=272213375
ЗК - доставлен 17.11.41 г. из лагеря Litzmannstsdt в Офлаг XIII D
Усатов Иван Андреевич воентехник 1 ранга
Дата рождения __.__.1918
Место рождения Кировская обл., Нагорский р-н, с. Мулино
Дата и место призыва _.__.1936
Последнее место службы кбф 12 коаэ
Причина выбытия жив
Источник информации ЦВМА
Номер фонда ист. информации 864
Номер описи ист. информации 1
Номер дела ист. информации 271
https://pamyat-naroda.ru/heroes/memorial-chelovek_donesenie76645173/
Номер донесения: 604 стр. 100
Тип донесения: Донесения о безвозвратных потерях
Дата донесения: 15.04.1943
Название части: орсу КБФ
Фамилия Усатов
Имя Иван
Отчество Андреевич
Дата рождения/Возраст __.__.1918
Место рождения Кировская обл., Нагорский р н, с. Мулина
Дата и место призыва 17.05.1936 Кировский РВК, Кировская обл., Кировский р н
Последнее место службы 12 коаиэ 61 авбр ввс
Воинское звание воентехник 2 ранга
Причина выбытия попал в плен (освобожден)
Дата выбытия 03.10.1941
Название источника информации ЦАМО
Номер ящика Картотека ФЗСП и АЗСП
https://www.obd-memorial.ru/html/info.htm?id=85500592
Усатов Иван Андреевич воентехник 2 ранга
Дата рождения __.__.1918
Место рождения Кировская обл., Нагорский р-н, с. Мулина
Дата и место призыва 17.05.1936 Кировский РВК, Кировская обл., Кировский р-н
Последнее место службы 12 коаиэ 61 авбр ввс
Прибыл в часть 05.10.1945
Воинская часть лагерь 306, Австрия
Выбытие из воинской части 22.12.1945
Куда выбыл Кировский ГВК, г. Киров
Источник информации ЦАМО
Номер фонда ист. информации Картотека ФЗСП и АЗСП
Номер описи ист. информации 359 ЗСП
Номер дела ист. информации 30042
https://pamyat-naroda.ru/heroes/memorial-chelovek_vpp85716536/
