Здравствуйте, Олеся!
Очень жаль, что нет фотографии той самой расчески. Тогда можно было бы сделать вывод, какие именно буквы на плексиглазе. Непонятно , на чем основана информация о том, что сбит был штурмовик. Все время не покидала мысль, что ранее о чем-то подобном читал. Вот Вам статья, опубликованная ранее в одном из орловских периодических изданий:
И на земле сражались до конца
Хмурым утром 29 января 1943 года жители деревни Грязное Покровского района из числа тех, кого гул самолетов не загонял поглубже в подвалы, вышли на улицу. Со стороны станции Русский Брод, держа курс на Змиевку, еще занятую фашистами, показалась группа из десяти советских бомбардировщиков. Гул нарастал, и самолеты вскоре уже были рядом с деревней.
Неожиданно с той же стороны, откуда шли бомбардировщики, появилась еще одна группа самолетов. Их было шестнадцать. Жители приняли их вначале за наши истребители. Вероятно, так же решили и советские летчики, потому что ни один самолет не свернул с намеченного курса. И «мессершмитты» (а это были они) полностью воспользовались таким обстоятельством. Самолеты с крестами на бортах приблизились вплотную к советским бомбардировщикам и открыли яростный огонь. Одна за другой, не успев рассредоточиться, запылали несколько наших машин. Подожженные, они быстро начали падать со сравнительно небольшой высоты.
Два самолета упали прямо около деревни Грязное. С первого из них, рухнувшего на поле между деревнями Грязное и Кологреево, ни один из летчиков не выпрыгнул. Вероятно, все они были убиты еще в воздухе. Со второго, врезавшегося в заболоченную низину на краю поля, сумели выпрыгнуть два летчика. Но парашют одного из них, как потом оказалось, штурмана, зацепился за хвостовое оперение, и летчика буквально растрепало в воздухе. С земли было видно, как с него соскочили унты, перчатки, а затем он вместе с самолетом ушел в землю.
Второй летчик с этого самолета благополучно приземлился в двухстах метрах от места падения своего самолета, отстегнул парашют и залег в снегу. В деревне тогда стоял небольшой отряд немцев во главе с комендантом (так звали его местные жители), да было еще человек пять полицаев из местных предателей. Все они ринулись ловить советского летчика. Но вначале по приказу коменданта по заснеженному полю к летчику поползли несколько человек местных из числа прислуживавших фашистам. Они предложили летчику сдаться. Он крикнул в ответ: «Вы русские? Так ползите обратно – сейчас начну стрелять!»
Прислужники сообщили фашистам ответ летчика, тогда комендант, еще ни разу не бывавший на фронте и не знавший, что собой представляют русские люди с оружием в руках, встал в полный рост и крикнул: «Рус, сдавайс!» И тут же получил свинцовый подарок в грудь. Немцы ползком оттащили своего начальника подальше, погрузили на сани и увезли. Может, в госпиталь, а может, и на кладбище – этого из местных жителей никто точно не знал.
Оставшиеся немцы и полицаи рассредоточились по полю и начали окружать летчика со всех сторон. Летчик отстреливался до последнего патрона, ранил нескольких фашистов, а последнюю пулю пустил себе в висок. И как плакали простые русские бабы, когда большого, красивого белокурого летчика, слегка прикрытого жестким брезентом, провезли на санях по деревне! Фашистские мародеры успели содрать с него унты, и босые ноги летчика волочились по снегу. Тело его вначале находилось в доме одного из жителей, а затем немцы разрешили похоронить летчика вместе с еще одним убитым воином на окраине д. Кологреево. Там до сих пор и находится эта безымянная могила.
Третий самолет упал около деревни Каменка. Два летчика сумели благополучно приземлиться. Один из них не успел даже отстегнуть парашют, когда увидел, что по дороге из Грязного к Каменке мчатся сани с немцами и полицаями. Этот летчик накрылся парашютом, который был совершенно невидим на заснеженном поле. Но один из полицаев просто так, на всякий случай, пальнул из автомата в ту сторону, где лежал летчик, и тот, решив, что его обнаружили, встал, не отстреливаясь. Вероятно, он при спуске потерял пистолет. Другой летчик из этого самолета приземлился в самой деревне Каменке. Отстреливался до последнего патрона. Последним он пытался застрелиться, но фашистская пуля пробила ему кисть руки в тот момент, когда он подносил пистолет к виску. Немцы схватили его.
Из четвертого самолета, который упал недалеко от села Столбецкое, сумел спастись один летчик. Он приземлился на стог сена рядом с поселком Дубки, где его случайно обнаружил местный староста.
Летчик обрадовался, что встретил не фашиста, не полицая, а обыкновенного местного жителя, и потому без колебаний отдал свой пистолет старосте (тот сказал: «Парень, пистолет-то кинь сюда, от греха подальше»). Получив пистолет, староста застрелил летчика. Немцы, искавшие парашютистов, жестоко избили своего прислужника: «Не суйся не в свое дело!».
Пятый самолет упал у деревни Александровка. Сумели выпрыгнуть из него летчики или нет – неизвестно. Что касается остальных наших пяти самолетов, то, может быть, кому-то из них и удалось прорваться к своему аэродрому. А может быть, сбитые самолеты упали на территории соседнего Залегощенского района. Точных данных пока нет. Все населенные пункты, упомянутые в нашем рассказе, расположены на территории Покровского района.
Вскоре после освобождения местные жители стали сдавать на металлолом обломки самолетов. Остатки трех самолетов были собраны и ушли на переплавку. Осенью 1945 года жители деревни Александровка решили сдать на металлолом еще один самолет. Шесть человек, уже имевшие опыт в раскопках самолетов из земли, подогнали к этому месту грузовик, прицепили трос, и как только грузовик резко, рывком дернул натянутый трос, раздался страшный взрыв. Бомбы, мирно спавшие в самолете с зимы 1943 года, проснулись и навсегда усыпили всех шестерых людей, производивших раскопки.
Пятый самолет находился и находится до сих пор на заболоченной окраине поля, примыкающего к большому пруду у деревни Грязное. Что касается этого пятого самолета, то, собственно, с него для нас вся эта история и началась.
20 лет тому назад члены туристско-краеведческого кружка Покровской средней школы узнали о том, что в деревне Грязное лежит сбитый во время войны советский самолет. В том же году после длительной подготовки группа туристов нашей школы отправилась в многодневный поход по своему району. И одной из главных целей похода была задача попытаться обнаружить этот самолет или, в крайнем случае, собрать о нем сведения.
И вот тогда-то, в течение двух дней 6 и 7 июня мы узнали всю эту трагическую историю от местных жителей деревни Грязное. Особенно много нам рассказал Петр Васильевич Средницкий, который 14- летним мальчиком наблюдал бой 29 января. Другой местный житель, Михаил Михайлович Абрамов, показал нам примерное место падения самолета, и мы стали искать. Хлюпала под ногами мягкая почва, насквозь пропитанная водой.
«Ура! Нашел! Ребята, нашел!»- раздался восторженный крик Саши Михайлова, самого неистового из нас в поиске самых разнообразных реликвий времен войны. Все бросились к нему.
Из неглубокой ямы, заполненной водой, под ракитой торчал узкий, метровой длины, кусок железа. «Он, ребята», - подтвердил Михаил Михайлович Абрамов.
Да, это был он, тот самый пятый самолет, ушедший в болотистую почву и по этой причине до сих пор находящийся в земле.
Неоднократно после войны местные ребятишки пытались откопать самолет. Двое мальчишек, в том числе и брат Петра Васильевича Средницкого, подорвались на немецких минах-«лягушках» недалеко от самолета. Вызывали к самолету саперов, а потом вновь пытались его откопать. Удалось вытащить некоторые части, находившиеся на поверхности, в том числе и пулемет. К сожалению, все они уже потеряны. Но откопать самолет хотя бы до половины не удалось ни разу, так как яма сразу наполнялась водой, а стены ее быстро оползали.
У нас был вначале план: если найдем самолет, попытаться откопать его. В первый день мы начали было это делать – изо всех сил старались вытащить торчащую на поверхности, уже ободранную, без обшивки, часть крыла самолета. Но на второй день решили отказаться от каких-либо попыток откопать боевую машину.
Ведь если осенью 1945 года взорвался самолет в Александровке, то это означает, что сбитые самолеты не успели сбросить свой боезапас. И кто может поручиться, что у грязновского самолета на двухметровой глубине не найдется такой же страшный груз? Рисковать ребячьими жизнями нельзя ни в коем случае, и потому мы не стали откапывать самолет.
Конечно, сделали это с большим сожалением. Но что иначе можно было предпринять?
Уходя из Грязного, сворачивая свой лагерь на живописном берегу пруда, мы твердо знали, что эту историю никто из нас никогда не забудет.
А поиск, выяснение фамилий летчиков со сбитых самолетов вскоре начался. Через два года, в результате запросов в архивы, удалось выяснить фамилии нескольких летчиков из того трагического рейса. Один из них, который лежит ныне в братской могиле, в деревне Кологреево, - старший лейтенант Анатолий Сергеевич Колчеев. Благодаря нашим сведениям, родственники летчика узнали, где и как погиб их сын.
Автор
Тема: Орловская область, Троснянский район, могила летчиков. Установить имена! (Прочитано 3976 раз)