Реконьское побоище.
Эпизод боевого пути 317 стр. полка в котором, по всей видимости, принимал участие мой дед Дубина Степан Михайлович.
317-й полк со средствами усиления к исходу 11 ноября сосредоточился в лесах восточнее Малых Тальцев. Его 3-й батальон к этому времени вышел из боевых порядков 203-го полка и начал движение по маршруту своего полка. Вечером 12 ноября 317-й полк продолжал ночной марш на Зобище, Реконь, с тем чтобы не допустить распространение противника от Верхнего Заозерья на юг и юго-запад.
Марш полка с артиллерией совершался по бездорожью, в ночной темноте, по лесистой местности. Орудия и повозки часто застревали в грязи. Их вытаскивали на руках. Несмотря на переутомление и трудности, бойцы и командиры были готовы выполнить боевую задачу. Особо двигало дальневосточников то, что они шли на помощь гвардейцам, которым угрожало окружение. В ходе марша воины были обеспечены зимней одеждой и обувью. Бойцы повеселели, стали действовать еще напористее и отважнее. За прошедшие бои выявился боевой актив из числа отличившихся красноармейцев и сержантов. Многие из них назначались на должности командиров взводов и отделений.
После Зобища на пути 317-го полка находился населенный пункт Реконь. На его окраине выделялся монастырь – кирпичные здания, церковь с колокольней и массивная каменная стена.
По данным пленного, в Рекони уже было до полка пехоты с танками 8-й танковой дивизии. Фашисты готовились к наступлению. В трех километрах юго-западнее монастыря – высота 90,5. На ней пересекались дороги из Хортицы, Зобища и Рекони. Предполагалось, что противник оседлал этот стык дорог. О своих опасениях командир полка полковник В.Г. Поляков сообщил командирам батальонов и дивизионов.
В середине дня 14 ноября командир 2-го батальона капитан И.С. Маньковский установил, что на высоте 90,5 обороняется до роты фашистов. По тому, как те пренебрегали мерами маскировки, было ясно, что подход наших подразделений остался незамеченным. Маньковский приказал командиру дивизиона капитану П.И. Левашову внезапным огнем всех орудий накрыть высоту.
Роты подошли к врагу довольно близко и полуподковой охватили высоту. Станковые пулеметы установили в промежутках взводов, чтобы непрерывным огнем поддержать атаку стрелков.
По команде командира батальона артиллеристы открыли огонь. Разрывы снарядов и мин прижали фашистов к земле. Роты пошли в атаку. Ворвавшись на высоту, они завязали рукопашный бой. Лейтенант Д.К. Фоменко уничтожил трех гитлеровцев, а когда выбыл из строя командир роты, заменил его. Бесстрашие Фоменко воодушевило бойцов. Сержант Т.А. Корюков точно посылал свои мины по целям, нанося большие потери гитлеровцам. Стрелковый взвод младшего лейтенанта В.Н. Шевцова, обойдя высоту, ударил во фланг противнику. Его командир смело шел впереди бойцов в атаку, стреляя на ходу из ручного пулемета. Младший сержант Т.Н. Меркушев, действуя за командира расчета и наводчика, вел беглый огонь из миномета. Он не давал фашистам использовать пулеметы, поражал их на высоте. Не менее точно укладывал мины наводчик В.И. Стыпник.
Бой утих также внезапно, как и начался. По всему гребню высоты и на ее склонах чернели на белом снегу трупы врага. Роты фашистов была истреблена.
Еще не успели бойцы остыть от проведенного боя, а капитан Маньковский получил донесение от разведки: из Рекони в направлении высоты 90,5 выдвигается колонна противника с танками. Командир батальона тут же, не мешкая, оставил для обороны высоты усиленную стрелковую роту, а другие две роты направил в обход дороги слева для удара во фланг фашисткой колонне.
Полковник Поляков усилил батальон Маньковского еще одним дивизионом. Кроме того, правее 2-го батальона он направил по лесу подразделение капитана Яковлева.
Маньковский приказал подготовить сосредоточенный огонь артиллерии и минометов по открытому участку дороги, а 45-миллиметровым пушкам полковой батареи и дивизиона майора И.П. Болотова ударить по танкам прямой наводкой.
Бойцы стрелковых рот, как будто не было ночного марша и боя, бегом заняли исходное положение для атаки еще до появления противника. Артиллеристы развернули орудия и подготовили огонь. Вскоре появилась вражеская колонна. Впереди на малом ходу двигались танки. Пехота шла ускоренным шагом.
Внезапный огневой налет артиллерии и минометов ошеломил противника. В этот же момент противотанковые пушки подбили передние танки, остановили колонну и начали расстреливать остальные машины. Колонна развалилась. Фашисты метались по полю справа и слева от дороги, неся потери от густо разрывающихся снарядов и мин, от огня станковых пулеметов. Метко косили гитлеровцев пулеметчики П.Ф. Шадрин, П.В. Моисеев, Ф.Е. Мясников, И.И. Огородников и другие. Наводчик противотанковой пушки М.В. Пряминин заменил раненного командира орудия и бесстрашно вел огонь по танкам, не давая им продвигаться вперед. Связисты лейтенант Н.Ф. Федотов и ефрейтор М.С. Сабиров поддерживали непрерывную связь, проявляя отвагу при восстановлении повреждений.
А цепи стрелковых рот с криком «Ура!» ринулись на врага, который пытался организовать сопротивление. Но воины-дальневосточники ударом штыком завершили свой успех. Бой был непродолжительным, но мощным. На дороге и опушках леса осталось неподвижной почти вся колонна врага. Было обнаружено до 200 трупов фашистских солдат и офицеров.
Теперь нужно было использовать успех для овладения Реконью. Командир 92-й стрелковой дивизии уточнил задачи полкам. 317-му полку предстояло занять Реконь, затем наступать на Верхнее Заозерье и далее на Раплю. 22-й полк, введенный в бой из резерва группы, должен был взять Полевичи и Красницы, развивая наступление на Чудцы. Две роты этого полка переподчинялись командиру 50-го разведбатальона для усиления действий в направлении Петровского.
Таким образом, 317-й и 22-й полки действовали друг от друга на удалении до 25 километров. 203-й полк оборонялся еще дальше на западе, в 50 километрах от главных сил дивизии. При этом 317-й полк закрывал образовавшуюся брешь между 4-й гвардейской и 60-й танковой дивизией, а 22-й полк уничтожал вражеские части, обходившие левый фланг гвардейцев.
Разбросанность полков 92-й дивизии по отдельным направлениям на фронте до 70 километров не только распыляла ее силы, но и резко усложняла управление частями, а также их снабжение. Но таково было решение возглавившего южную группу генерала Яковлева, который в постановке задач опускался до батальонов и рот.
Утром 15 ноября 317-й полк завязал бой за Реконь. Этот населенный пункт был настоящей крепостью. В двухметровой каменной стене и в домах находились огневые точки, на колокольне – наблюдательный пункт и пулеметы. 1-й батальон, наступавший в первом эшелоне, вышел на опушку рощи южнее Рекони, но был встречен огнем минометов и танков противника от монастыря и с восточного берега реки Реконька.
Полковник Поляков, учитывая, что снарядов для подавления целей в каменных постройках потребовалось бы много, приказал выдвинуть всю пушечную артиллерию 317-го стрелкового и 60-го артиллерийского полков на открытые позиции для уничтожения огневых точек в монастыре. С закрытых позиций вели огонь только гаубичная батарея 60-го и дивизион 70-го артполков.
Артиллеристы открыли точный сокрушающий огонь. Батарея, которой командовал коммунист старший лейтенант Г.П. Ситников, стреляла прямой наводкой. Пушки сбили наблюдательный пункт на колокольне и подавили орудие противотанковой обороны. Они поддержали наступление пехоты. За проявленное мужество Г.П. Ситников был награжден орденом Красного Знамени. Такой же награды удостоился командир батареи 70-го гаубичного полка лейтенант Г.Я. Гарбуз. Его гаубицы уничтожили несколько орудий и пулеметов врага, что обеспечило успех стрелковых рот в атаке.
В 5-й батарее 60-го артполка сражались братья Ефимовские: Николай – разведчиком, а Борис – связистом. Николай быстро обнаружил вражеские огневые точки в монастыре, но сам получил тяжелое ранение. Командиры орудий Ситников и Зыков, наводчик Крюков с пушками находились в боевых порядках рот. Метким огнем они подавили минометную батарею и уничтожили два пулемета врага.
Четко управляли огнем орудий старший лейтенант И.С. Бунин, лейтенант Манешко, заместитель политрука Завьялов. Они вывели из строя две вражеские пушки, три пулемета и два миномета, а затем подбили и фашистский танк (ЦАМО, ф.318, оп. 4651, д.13, л. 33, 125).
Батальон капитана Яковлева, поддержанный мощным огнем артиллерии и минометов, ворвался на южную окраину села Реконь и выбил оттуда противника. 3-я рота старшего лейтенанта Прохорова первой захватила два дома и отразила контратаку фашистов. Командир взвода старший сержант В.П. Баранников поднял бойцов в атаку и лично уничтожил 15 гитлеровцев. Старший сержант Ясюченя три раза водил отделение в атаку. В рукопашном бою он истребил пять фашистов.
Когда фланкирующие пулеметы врага задержали продвижение 1-й роты, сержант В.Г. Нелюбин под пулеметным огнем поставил 76-миллиметровую пушку на открытую позицию и ударил по огневым точкам в монастырской стене, потом он перенес огонь по минометам и вывел их из строя. Рота дружно пошла вперед, ворвалась в монастырь. Отличился санитар красноармеец М.А. Тупикин. Под градом пуль он выносил раненных с поля боя. А в общем с 30 октября по 15 ноября отважный воин-санитар доставил на медпункт батальона более 40 раненных бойцов с оружием.
Командир 317-го полка, наблюдая за действиями 1-го батальона, успешно атаковавшего врага в монастыре, направил 2-й батальон в обход Рекони. Капитан Маньковский бегом повел подразделение через лес на северную окраину Рекони. Там, развернув роты, он перерезал пути отхода фашистов по дороге на Верхнее Заозерье. Почувствовав угрозу окружения, те начали прорываться на север. 4-я и 5-я роты совместно с пулеметчиками старшего лейтенанта А.И. Плотникова вели уничтожающий ружейно-пулеметный огонь по противнику. 45-миллиметровые пушки начали бить по танкам, но с запозданием. Им удалось подбить две машины. Минометчики открыли шквальный огонь, сея панику среди фашистских захватчиков.
Однако роты не сделали сразу завалов на дороге. Поэтому часть танков противника вырвалась из западни. 6-я стрелковая рота старшего лейтенанта И.Т. Маркуша атаковала гитлеровцев на северо-западной окраине села. Красноармеец М.П. Авдеев первым ворвался в Реконь и задержал отход вражеских тыловиков с 58 повозками с боеприпасами. За этот подвиг он награжден медалью «За боевые заслуги».
К 19-00 15 ноября роты 1-го и 2-го батальона 317-го полка, разгромив фашистов, полностью очистили монастырь в Рекони. В селе и на его окраинах было обнаружено убитыми и ранеными более 200 гитлеровских солдат и офицеров. Дальневосточники захватили большие трофеи: 2 исправных танка, 3 миномета, 2 орудия, 10 легких и тяжелых пулеметов, несколько десятков автоматов и винтовок, 14 автомашин, из них 2 штабные, грузовую машину с боеприпасами и автомашину с обмундированием, 8 катушек кабеля и 10 телефонных аппарата, а также много повозок с боеприпасами и имуществом (ЦАМО, ф.318, оп. 4651, д.13, л.16).
Бой 317-го полка на высоте 90,5 и за Реконь комиссар И.П. Гарус впервые назвал тогда Реконьским побоищем. Это название вошло в историю боевых действий дивизии.
Полк в боях не имеет случаев отступления и невыполнения поставленных задач. Его подразделения разгромили до трех батальонов противника, сбили 18 фашистских стервятников, захватили много трофеев» (ЦАМО, ф.318, оп. 4665, д. 14, л. 179). Комиссар 317-го стрелкового полка был награжден орденом Красного Знамени.
Командующий 4-й армией генерал армии К.А. Мерецков уделял особое внимание ликвидации попыток фашистов распространить удары на юг от Тихвина. Вечером 15 ноября он прибыл на командный пункт 92-й стрелковой дивизии в деревню Зобище. Выслушав доклад командира дивизии о бое за Реконь, К.А. Мерецков согласился с названием Реконьское побоище. Он объявил благодарность всем воинам-дальневосточникам за умелые боевые действия. Связавшись по телефону с капитаном Маньковским, генерал армии поздравил командира батальона с победой под Реконью и сказал, что представляет его к награждению орденом Ленина. Вскоре ему досрочно было присвоено звание майор.
И.С. Маньковский – ветеран 92-й дивизии. Он прибыл в Приморье летом 1936 г., участвовал в формировании 317-го полка, командуя пулеметным взводом, ротой, батальоном. Был одно время начальником штаба полка. В период с октября 1938 г. по октябрь 1941 г. 2-й стрелковый батальон под командованием И.С. Маньковского считался одним из лучших в полку. Это он доказывал и боевыми стрельбами, и оборонительными работами по возведению укреплений на государственной границе, на учениях и инспекторских проверках.
Будучи по характеру спокойным и внимательным к людям, И.С. Маньковский в то же время зарекомендовал себя требовательным и вдумчивым командиром. Он очень любил тактику. Военное дарование его особенно раскрылось на фронте. Стремясь к нешаблонным формам боя, он показал себя незаурядным мастером маневра. И.С. Маньковский, как правило, хорошо организовывал разведку, быстро и точно оценивал обстановку, смело принимал решение на боевые действия. Все это обеспечивало успех. Подразделения, которыми он командовал, разгромили три батальона врага. Капитан был четыре раза ранен, но не покидал поля боя. В январско-майских боях 1942 г. И.С. Маньковский в звании уже майора командовал 317-м полком, затем стал подполковником и возглавил 53-ю стрелковую бригаду.
братское кладбище в Заозерье
