К ИСТОРИИ СОЗДАНИЯ СПЕЦИАЛЬНЫХ И ПРОВЕРОЧНО-ФИЛЬТРАЦИОННЫХ ЛАГЕРЕЙДЛЯ СОВЕТСКИХ ВОЕННОПЛЕННЫХ И ОРГАНИЗАЦИИ В НИХ «ГОСУДАРСТВЕННОЙ ПРОВЕРКИ»
А. Ф. Бичехвостhttp://www.sgu.ru/files/nodes/10090/033.pdfПервые лагеря для советских военнопленных были образованы после завершения неудачной советско-финской войны 1939 – 1940 гг. В полном объёме«справедливость» и суровость сталинских законов и пропагандистских установок в отношении к пленным испытали те советские военнослужащие, кто по приказсвыше был втянут в советско-финский конфликт, и в результате боевых действийоказался в плену.
Из приведенных в мемуарах Маннергейма данных о числе военнопленных, взятых при окружении советских войск севернее Ладожского озера,явствует, что в финском плену оказалось по меньшей мере 5 с лишним тысяч красноармейцев9.
Исследование «Россия и СССР в войнах ХХ века. Потери Вооруженных Сил» уточняет и конкретизирует эту цифру:
после подписания мирного
договора были возвращены из плена 5 468 человек
(из них 301 командир, 787младших командиров, 4 380 бойцов).
Добровольно остались в Финляндии примерно 99 человек (из них 8 командиров, 1 младший командир и 90 бойцов)10.
По другим данным возвратилось из финского плена 6 017 чел.11.
Согласно Московскому мирному договору от 12 марта 1940 г., противоборствовавшие стороны должны были незамедлительно возвратить друг другу военнопленных, захваченных во время вооружённого конфликта. Такой обмен, согласно договорённости, состоялся, после которого советских бойцов и командиров, побывавших в финском плену, ожидала трагическая участь. Их судьба решалась не на основании закона, а в высших эшелонах государственной власти. Своей жестокостью и правовым беспределом поражает содержание докладной записки Л. Берии,направленной И. Сталину летом 1940 г. В ней Берия «считал необходимым» 4 354 человека, бывших советских военнопленных, возвратившихся из Финляндии, «накоторых недостаточно материала для предания суду, подозрительных по обстоятельствам пленения и поведения в плену, решением Особого Совещания НКВД СССР осудить к заключению в исправительно-трудовые лагеря сроком от 5 до 8 лет»12.
«Предавали суду» тех, кого никак нельзя было заподозрить в добровольной сдаче в плен. Свидетель трагедии, разыгравшейся в жизни советских солдат и командиров, вызволенных из финского плена, вспоминал: «В марте 1940 года, когда было подписано перемирие, финны передали наших военнопленных – изможденных, обмороженных, инвалидов...
Их везли в санитарных поездах, к которым никого не подпускали. Домой они не вернулись»
13.
Как утверждал на основе личных наблюдений и бесед с заключеннымиЖ. Росси, каждую группу возвратившихся из плена тут же отправляли в неизвестном направлении, как оказалось впоследствии – в Южский спецлагерь, находившийся в Ивановской области14. Лагерь, обнесенный колючей проволокой, охранялся конвойными войсками НКВД. Заключенные были лишены права переписки,свиданий с родными и близкими. Место пребывания держалось в строгом секрете.
О количестве и составе переданных Советскому Союзу военнопленных, оказавшихся в Южском лагере, в справке начальника политуправления МВО дивизионному комиссару Лобачеву сообщалось следующее:
«Южский лагерь начал своюработу с момента поступления бывших военнопленных 25 апреля 1940 года. Люди поступали эшелонами по 500–600 человек.
На первое мая было 4 815,
на 10 –4 897.
29 человек отправлено в госпиталь в Вязники. В числе прибывших 314 человек начсостава от младшего лейтенанта до майора включительно»
15.
Прибывших первоначально заставляли соблюдать военный лагерный порядок
с физзарядкой по утрам. На работах их пока не использовали. При первом посещении бывшими военнопленными лагерной бани с их обмундирования, сданного в санобработку, спороли петлицы и знаки различия, а с головных уборов сняли красные звезды. Несколько дней спустя их расселили по лагерным отделениям и поместили в отдельных бараках. Днем освобожденных из финского плена водили под конвоем на работы, а ночью – на допросы, где их допрашивали работники лагерной оперчасти по поводу сдачи в плен.
В течение лета и осени 1940 г. допросы были окончены и дела бывших военнопленных отправлены на Особое совещание в Москву, откуда через несколько
недель для каждого пришли отдельные решения: «За сдачу в плен белофиннам направить в трудовые-исправительные лагеря на ...». Одни бойцы Красной Армии,
попавшие в плен к финнам, были обвинены в нарушении воинской присяги (НВП)
и отправлялись в лагеря для «трудового воспитания».
приговоренных к различным срокам, разместили в лагерях вдоль европейского и
азиатского берегов Ледовитого океана. Осужденные «за сдачу в плен белофин-нам» завозились в Воркутлаг ГУЛАГа НКВД СССР. Среди них были только представители рядового и сержантского состава, получившие среди заключенных прозвища «солдатики» и «герои финского плена». Люди, видевшие в Дудинке и Норильске не один этап заключённых, запомнили один, уникальный, таким: в новенькой военной форме, с костылями и палками в руках, с бинтами на незаживших ранах, обмороженных, контуженных, переживших войну и плен русских солдат
.
Новую военную форму им вскоре поменяли на лагерную одежду. 450 человек, попавших в плен ранеными, больными или обмороженными, вотношении которых не имелось «компрометирующих материалов», были освобождены и переданы в распоряжение Наркомата обороны. 232 человека были приговорены к расстрелу 16.
По утверждению Ж. Росси, «за измену Родине» был расстрелян комсостав17, но эти данные нуждаются в проверке.
Таким образом, неудачи в советско-финской войне были списаны на тех, на ком не было никакой вины за ее бесславное окончание. В отношении к бывшим пленным, вызволенным из финской неволи, проявилось больше произвола, чем желания и стремления объективно и беспристрастно разобраться в каждом факте сдачи советского военнослужащего в плен.
