Перейти в ОБД "Мемориал" »

Форум Поисковых Движений

Пожалуйста, войдите или зарегистрируйтесь.

Войти
Расширенный поиск  

Новости:

Автор Тема: Репатриантка из Шверина. 1947 год.  (Прочитано 1121 раз)

Геннадий Кушелев

  • Кушелев Геннадий Юрьевич
  • Эксперт
  • Участник
  • *****
  • Оффлайн Оффлайн
  • Сообщений: 10 722
  • Skype: g_kushelev
Репатриантка из Шверина. 1947 год.
« : 13 Апрель 2011, 21:16:33 »
Отрывок из воспоминаний отца (Кушелев Ю.В.).

"... Через несколько дней – а у нас как раз было свободное время после занятий – мы сидели в Ленинской комнате, читали прессу, играли в шахматы и просто трепались. Заходит дневальный и объявляет: «Кушелев, к старшине Санкину!» Раньше меня через дневального вызывали только помощник по комсомолу капитан (не помню фамилию), подполковник Трофимов и замполит подполковник Дударев, а тут – старшина Санкин, который сам постоянно находился вместе с нами и размещался этажом выше в нашей казарме в своей каптерке, которая служила ему рабочим местом, кабинетом и спальней одновременно. Доложил ему о прибытии. По его лицу пытаюсь угадать, зачем я понадобился. Санкин, как Мюллер в известном фильме со Штирлицем загадочно улыбался и молчал, что-то отыскивая в своих бумагах на столе. Я тоже молчу, жду, когда он сам заговорит. «Ну, да ладно, с этой фамилией – потом найду и скажу. Готовься завтра в командировку до польской границы. Повезешь с Машковским одну беглянку с детьми. Её дважды отправляли на Родину, а она дважды возвращалась в Шверин. Теперь её нужно сопровождать до границы, а все её документы передать начальнику поезда. А ты что такой кислый? Не хочешь сачковать почти неделю?» «Да нет, товарищ старшина. Это же не больного сопровождать на Рюген. Я только хотел узнать, нельзя ли мне поменять напарника?» «А чем тебе не нравится Машковский? Ты что, с ним в контрах?» «Не в контре, но хотелось бы с Журбой или с Ковалем.» «Ничем не могу помочь – его назвал Иванищев.» «Хорошо, сказал я, поедем с танцором. Будет вещи и детишек таскать в вагон.» «Именно так»,- подчеркнул Санкин. «Поможете женщинам из комиссии по репатриации посадить их в вагон с вещами, и они передадут вам документы.» "А как я узнаю, что они – это они?» «Они вас сами узнают, когда им представитесь. Фамилии ваши им сообщены, а вам называю – лейтенант Гончарова и с ней сержант, тоже женщина. Итак, в 12-30 они будут на вокзале для посадки на восточный поезд. В случае необходимости зайдешь к коменданту вокзала, он разрешит все вопросы, если возникнут. Все ясно?» «Ясно, товарищ старшина: в 12-30 быть на вокзале с вещами.» «Не с вещами, а с сухим пайком на пять суток. Это с запасом. Поезд в один конец идет примерно сутки – запомнил, когда ездил в отпуск.» «Все понял, товарищ старшина. Доставим, кого нужно куда нужно.» «Ишь ты, как заговорил. А когда возил беглеца на Рюген, небось не веселился.» «Я его охранял, и веселиться не пришлось.» «Ну все, иди отдыхай, а вернешься – доложишь.»
   На второй день, прибыв на вокзал и представившись лейтенанту Гончаровой, узнал от нее: «У вас проблем в пути не будет». Лейтенант назвала фамилию женщины с детьми и добавила, что та уже смирилась с необходимостью отправки на Родину. «Почему же она не хочет ехать домой?», - спросил я. «Не все так просто. Она была здесь в лагере для перемещенных лиц, жила в благоустроенном помещении. Пусть не такой, как на Западе, но хороший паек, а дома её ждет разруха и неизвестность» и замолчала на полуслове, чтобы не сболтнуть лишнего. Во время нашего разговора женщина стояла возле чемоданов и узлов, а ребятишки бегали по перрону. «Вот их места вагоне и документы. На границе вас встретят наши представители. Передадите им документы и возвратитесь домой. Восточное направление спокойное, но все же оберегайте их и в случае необходимости обращайтесь к нашим солдатам и офицерам. Их всегда много, отбывающих в отпуск и командировки. Правда, отпускники всегда веселые, но в пути всегда помогут.»
  Объявили посадку. Мы вместе с сержантом Машковским занесли и уложили вещи, распрощались с лейтенантом. Познакомились с женщиной и её детьми. Сказали, что будем охранять их в пути от бендеровцев. «От бендеровцев?», - усмехнулась она. «Да, от бендеровцев и других, им подобных.» Не помню её фамилии и имени. Запомнилось, что она была сильно подавлена и всю дорогу больше молчала, лишь изредка покрикивая на своих двоих мальчишек, которые были заметно пошустрей, чем девочка. Тогда кто-то из нас подходил к ним и спрашивал, какая нужна помощь. «Нет-нет, помощь не нужна. Ребята расшумелись, а у меня голова болит.» При нашем появлении ребята тут же затихали, а мы их просили сильно не шуметь, иначе не получат больше лимонада. Дети на какое-то время затихали, а потом все начиналось снова до окрика матери.
    В нашем вагоне ехали преимущественно военные и ряд гражданских сотрудниках СВАГ. Мы общались с ними, играли в карты. Никаких ЧП за поездку не произошло. На границе с Польшей в вагон зашла женщина, тоже лейтенант и, увидев детей, подошла к нам. Я передал её документы, сказал, что у их матери болит голова. Та, услышав мои слова, сказала, что уже почти не болит: «Это от бессонницы в лагере. Я три ночи не могла уснуть.» мы распрощались со своими попутчиками и стали ждать обратного поезда.
   Вернувшись в Шверин, доложил Санкину, что все обошлось без эксцессов. Он назвал меня молодцом и изрек: «Идите обедать и отдыхайте. Полдня. А завтра – чтобы как штык на занятия. Понял?» «да, все понял, товарищ старшина: отдыхать два дня по полдня.» «Не два дня, а один, сегодня. Это тебе не Рюген, когда ты не спал всю ночь. А в эту поездку вы просто сачковали и лодырничали. И не спорь, иначе вместо отдыха три наряда вне очереди получишь.» «хорошо, товарищ старшина, согласен на полдня.» «То-то же, не зарывайся, пока я имею право казнить или миловать!», - и, довольный, рассмеялся, а я отправился в пищеблок, хотя половина сухого пайка была не тронута."
Записан
С уважением,
Геннадий
Буду благодарен за информацию о побегах советских военнопленных
Suche alles über Fluchtversuche von russischen Kriegsgefangenen
Страниц: [1]   Вверх
« предыдущая тема следующая тема »